1612. Минин и Пожарский. Преодоление смуты - Андрей Савельев

Оценка этих реформ и следовавших за ними изменений существенно искажена идеологизацией, захватившей наш народ на многие десятилетия. Обличение «крепостничества» – одно из направлений беспрестанной агитационной работы, которая привела к тому, что оценка крепостного права кажется самоочевидной и уже не требующей никакого осмысления. Значительную роль в изобличении пороков крепостничества сыграла русская литература, которая подбиралась коммунистическими идеологами вполне определенным образом, чтобы продемонстрировать: большевицкий погром был вполне оправдан и подготовлен возмущением народа. Мол, «низы не могли жить по-старому».

Реальность различных форм зависимости человека от человека, приводящая к несвободе, носит совершенно иной характер, отличаясь от привычной нам точки зрения. Например, античный период истории всегда связывают с рабством и полагают, что его крах обусловлен именно этим: невозможностью сохранения подобных отношений. Между тем, рабство определяло статус несамостоятельных людей, которые не способны распоряжаться своей жизнью и ответственно относиться к своим обязанностям в отношениях с другими людьми. Это вовсе не означало, что раб был «вещью» и с ним можно было творить все, что угодно. Напротив, рабу никто не отказывал в человеческом достоинстве. Например, в одном из диалогов Платона описывается ситуация, когда за убийство раба полноправный грек был связан хозяином этого раба, и брошен в канаву до прихода представителей власти, которые должны были расследовать преступлении. Там убийца и скончался.

Отношения зависимости, которые, согласно марксистской историософии, называются «феодальными», также не были однозначно негативными. Они структурировали и стабилизировали общество, позволяя ему плодотворно развиваться. Невозможно совместить образ забитого и нищего русского крестьянина с образом чудо-богатыря – суворовского солдата, пришедшего на государеву службу из крестьян. Невозможно совместить россказни об ужасах крепостничества с биографией Михайло Ломоносова.

Картины бедствия крестьян, описанные Радищевым в «Путешествии из Петербурга в Москву», – следствие помрачения рассудка, искажающего восприятие социальной действительности. О чем Пушкин написал: эти картины написаны пером, которое обмакнули в желчь. Им противостоят другие картины, на которых «следы довольства и труда». Страдальческие мытарства некрасовских мужиков опровергаются его же более глубокими стихами. И вполне успешной жизнью Некрасова как писателя, карточного игрока и помещика.

Александр II (Фото между 1878 и 1881 гг.)

Представление истории как постоянно развивающейся идеи свободы, связано с европейской мыслью, где эта идея, в самом деле, начиная с эпохи Просвещения, представляется как ключевая и вневременная. Разумеется, идея свободы охватывает лишь небольшой период и небольшой регион. Она сыграла выдающуюся роль в крушении традиционных обществ и погрузила человечество в беспрерывные войны и революции, потребовавшие положить на алтарь свободы столько жертв, сколько не было в эпохи самых страшных тираний.

Отмена крепостного права не стала продуктивным решением. Оно породило целое движение «шестидесятников» – образованцев, не верующих в Бога и ненавидящих Россию. Из нигилистов и бездушных рационалистов, описанных Тургеневым в «Отцах и детях», выросли террористы, чья ненависть к России сочеталась со страстью к абстракции свободы – выросшей в сознании этих людей бесовщины. «Бесы», описанные Достоевским – тип людей, едва коснувшихся образования и получивших вместе с ним яд западничества, составленный из иллюзий, фобий и развитых из того и другого формальной логики, доводящей до убежденности в своей правоте. «Право имею», как полагал герой Достоевского из «Преступления и наказания». До сей поры люди этого типа полагают, что имеют право клеветать на Россию и желать ее уничтожения.

Суть проблем, связанных с крепостной зависимостью, отразилась в бессмертной поэме Гоголя «Мертвые души». Страдание крестьянина наступали только там, где помещик лишался рассудка. Самые несчастные крестьяне – плюшкинские. А не блещущий человеколюбием Собакевич, напротив, гордился добротностью своих подопечных. Фантазерство Манилова убивало среди его крестьян чувство ответственности, и хозяйство приходило в упадок. Точно так же, как при Плюшкине юный Прошка становился вором, а при жулике Чичикове слуга Петрушка – пройдохой. Крестьяне, рассуждающие в начале романа о колесе чичиковской брички, – это совсем другой человеческий тип, это не забитая часть общества, а его опора.

Возникновение крепостного права в России связано с тяжелыми условиями жизни и русским менталитетом, склоняющим к странствиям и мечтаниям тех, кому государственная необходимость полагает необходимым трудиться в поте лица. Привязанность русского крестьянина к земле была необходима, поскольку только так можно было удержать и сохранить хозяйственный механизм, в котором постепенно складывались условия развития. Свобода, о которой грезят и сегодняшние нигилисты, разорвала бы Россию в клочья, русский народ без жесткого управления и сильной власти разбрелся бы и распался. Что, собственно, мы и видим теперь, когда самые умные ищет себе приложения сил вдали от родины, а брожение очень свободны (хотя бы в сравнении с крепостным периодом) людей доводит их до одичания, распада родовых связей – носителей народной памяти, основы народного самосознания.

Ощущение кризиса в крепостном праве преследовало властных и общественные круги России весь XIX век. Но реформы каждый раз откладывались по двум причинам: 1) начиная с декабристов, стало ясно, что предоставление более широких прав личности чревато революционным взрывом и распадом государства; 2) попытка обязать землевладельцев большей ответственностью за положение крестьян чревата государственным переворотом.

Фактически перед русским государством стояла проблема становления современного общества, в котором необходимо сложить общую гражданскую солидарность нации и сотрудничество между различными социальными слоями. С одной стороны, следовало привить крестьянству более самостоятельной образ жизни, без расчета на помощь государства и помещика. С другой стороны, нужно было превратить помещика из нахлебника и самодура в хозяйствующего предпринимателя. Ни того, ни другого отмена крепостного права не обеспечила. Потому что проводилась, исходя не из сложившегося положения дел и государственной необходимости, а из стремления следовать прогрессистским тенденциям, наблюдаемым в Европе.

Увлекшись реформами, Государь не заметил тех опасностей, которые грозили ему лично и стране в целом, не нашел средств для их искоренения. Гнилостные идеологические бактерии, порожденные французскими романами и сделавшие моду на нигилизм, распространились среди полуграмотных разночинцев.

Д. В. Каракозов, совершивший 4 апреля 1866 года одно из неудачных покушений на российского императора Александра II

Дворянская вольность после декабристов, сдавленная волей Николая I, больше не подавала признаков жизни. Но как только эта воля, прерванная внезапной смертью самодержца, перестала действовать, дворянское праздномыслие проникло в толщу читающей публики, мечтавшей приобщиться к аристократизму именно через вольнодумные идеи. Масонский дух цареубийства, выдаваемый за тираноборство, стал распространился как настроение никчемного сброда, шатавшегося по городам и весям Империи в поисках великой миссии для своих ничтожных сил. Это был буйный родственник того «призрака», что бродил тогда же по напитавшейся марксизмом Европе, намереваясь броситься в объятья к российскому нигилизму и с ним на пару «грянуть на царей».

А. К. Соловьёв, совершил неудачное покушение на Александра II

Покушения на Царя первоначально были делом крохотной группы авантюристов, деятельность которой закончилась после выстрела Каракозова 4 апреля 1866 года. Но именно это преступление, посягнувшее на жизнь Помазанника Божия, стало отправным пунктом для существенных перемен в государственном управлении и сворачивания ряда реформ, с огромным трудом проводимых в течение десятилетия. Государь как будто понял преждевременность многих своих замыслов, увидев неспособность высшего общества выдвинуть действительно талантливых управленцев, бездеятельность и вялость чиновников, ущербность дворянства и крестьянства, озабоченных стремлением извлечь из реформ максимальную выгоду для себя, наглость журналистского сословия, возбуждавшего эти стяжательские настроения и склонявших народ к бунту, а «верхи» – к измене.

Столовая Зимнего дворца после покушения на императора Александра II. 1879 г.