Акбар Наме. Том 4 - Абу-л Фазл Аллами

что якобы Шах Абу-л-маали — потомок великих сайидов Термиза, и правители Моголистана и принцы Кашгара заключали в прошлом союз с их семьями. Так как он искал защиты от возвышенного рода, следовало бы отнестись к нему по-доброму и возвысить его, дабы видели, что он пользуется благосклонностью и находится в большом почете, а также отдать ему в жены ее дочь — сестру Мухаммад Хакима, дабы заботился об этой семье, как о собственной, и прославил ее, и принес ей пользу, и обратил вражду в согласие. В результате вероломных речей этих людей бесхитростная бегим решила осуществить сей неразумный план, и ответила2 на письмо Шах Абу-л-маали в утешительной форме, и приняла последнего в Кабуле с почетом. Не испросив разрешения у Двора Его Величества Шахиншаха, она по собственному почину отдала в жены Абу-л-маали дочь Фахру-н-нису бегим, соединив сей побег рода державы и религии с этим негодяем. И вскоре пожала плоды опрометчивых действий, ибо прошло немного времени, и в результате этого союза бегим лишилась жизни.

205

Вот как было дело. Когда Абу-л-маали, который всегда славился отсутствием ума и ограниченностью, а также обладал другими подобными качествами, стал хозяином в этом доме, то перестал контролировать свой нрав. Его злобная натура стала еще хуже от общения с подстрекателями. Он не обращал внимания на бегим и ее положение и не следовал ее веским советам. В поведении его не было ни капли благодарности и преданности. В это время несколько смутьянов, таких, как Шагун, сын Карача-хана, и Шадман, который уже давно имел зуб на бегим, присоединились к Абу-л-маали. Они уверяли, что, пока бегим жива, положение его шатко, и скоро его предадут смерти, как Фазил бека, его сына Абу-л Фатха и Шах Вали Атку. Поэтому ему следует действовать смело, и взять инициативу в руки, и воспитать мирзу Мухаммад Хакима, еще юного мальчика, в соответствии со своими взглядами. Тогда все кабульцы склонят перед ним послушные головы в смирении. Сей негодяй, не подумавший о последствиях и внявший таким недостойным советам, предпринял шаги по осуществлению злобных планов. У него не осталось больше ни капли разума, и он погряз в пропасти невежества. И пустил по ветру смуты (акук) плоды прав (хакук) семьи. И презрев недавние милости бегим, стал готовиться к убийству — наихудшему из преступлений!

206 Наконец он вступил в сговор с негодяем Шагуном и этим

подлецом из Мавераннахра, прозванным Казизада, и отправился в дом бегим. Абу-л-маали вошел с одной стороны, а два мерзавца — с другой. В доме находилось несколько женщин, и они по ошибке пролили кровь другой дамы. Когда же поняли, что ошиблись, и это была не бегим, пошли ее искать и присоединились к Абу-л-маали. Они попытались осуществить задуманное, и когда бегим догадалась, что те затеяли, то заперла дверь своей комнаты перед их носом. С помощью соучастников Абу-л-маали выломал дверь, вошел и умертвил бегим3 — подобным злодеянием поднял флаг тирании. Это

поучительное событие произошло в середине фарвардина, Божественного месяца, что соответствовало середине шаабана 971 г.х. (апрель 1564 г.). Убив бегим, лицемер отправился на поиски мирзы Мухаммад Хакима. Обнаружив его среди других мальчиков4, взял с собой в диванхану. Челядь мирзы была вынуждена прислуживать ему (Абу-л-маали). На следующий день он казнил Хайдар Касим Кохба-ра, чья семья верно исполняла свой долг перед династией уже не одно поколение и который в то время имел должность вакила мирзы и занимался управлением страной. Вместе с ним предал смерти Ходжа Хас Мулка и некоторых других. А также взял под стражу брата Хайдара, Мухаммад Касима. Марди Мухаммад Майдани, Баки Как-шал, Хасан-хан и Махасан-хан5, брат Шихаб-ад-дин Ахмад-хана, и несколько слуг бегим объединились, чтобы убить Абу-л-маали. Один из них, Иди Сармаст, донес об этом [негодяю], и тот вместе со своими приспешниками вооружился и приготовился к битве. Смельчаки ступили на правую дорогу к крепости, в то время как Абу-л-маали выступил с противоположной стороны. Несколько человек погибли с обеих сторон, но Абу-л-маали вышел победителем и изгнал противника из крепости. Когда упала завеса ночи, все разошлись в разные стороны. Какшалы поспешили в Горбанд, Майдани в Майдан, в то время как Хасан-хан и Махасан-хан отправились в Джелалабад. Заключенный

в тюрьму Мухаммад Касим, брат Хайдар Касима, бежал и направился в Бадахшан. Он сообщил мирзе Сулейману о трагедии в Кабуле и злодеянии Абу-л-маали и призвал его отправиться в Кабул. Несмотря на юный возраст, мирза Мухаммад Хаким пришел в ужас от случившегося с его матерью и по совету доброжелателей отправил послания мирзе Сулейману в надежде на помощь и с просьбой прибыть [в Кабул].

Услышав о случившемся, мирза Сулейман препоясал чресла намерения и приготовился отправиться в эту обитель удовольствия, которая всегда была объектом его желаний. Он собрал войско Бадахшана и выступил на Кабул, взяв с собой Харам бегим. Абу-л-маали пришел в смятение, узнав о намерениях мирзы Сулеймана. Полагая, вследствие собственной глупости, что мирза Мухаммад Хаким на его стороне, в качестве одного из своих прав (даст-авез)6 добился, чтобы тот сопровождал его войско. Он проявил инициативу и выступил из Кабула до того, как туда мог прибыть мирза Сулейман. Достигнув реки Горбанд, укрепился у основания моста. Очень скоро мирза Сулейман с бадахшанскими силами стал на другом берегу, и обе стороны выстроились. А справа подошло соединение из Кулаба, и Абу-л-маали выслал против них часть кабульцев. После того как противники сошлись на поле боя, Абу-л-маали сообщили, что кабульцы терпят поражение. Тогда он поместил в центре войск мирзу Мухаммад Хакима, чтобы его видел мирза Сулейман, и бросился на подмогу своим растерявшимся воинам. Воспользовавшись моментом, люди мирзы Мухаммад Хакима взяли под уздцы его коня и отвели к реке, где спешно передали мирзе Сулейману. После этого вся кабульская армия оказалась дезорганизована и разбежалась. Когда Абу-л-маали вернулся и узнал о положении дел, то пришел в крайнее замешательство и прекратил сопротивление, приняв поражение. Ба-дахшанцы преследовали его до Чарикарана, где схватили, и привели к мирзе Сулейману, который радостно вступил в Кабул вместе с мирзой Мухаммад Хакимом. Через пару дней он отправил этого тирана в цепях к мирзе, приказавшего его удушить. Это было осуществлено в день ормазд, в начале хурдада, Божественного месяца, соответственно, это Ид Рамазан7 [12 мая 1564 г.].

207

Своими глазами я