Диссертация - Марина Столбунская

первого контакта, и он боялся выглядеть глупо в этой плотно населённой среде.

Смешно и досадно, одна девушка проявила к нему нешуточный интерес, ребята гоготали, что запала, и толкали Марка в плечо, будто этого ему только и не хватало, чтобы с ней сблизиться.

– Да ладно вам, она страшная, – пытался отмахиваться он.

– Ты чё, дурак, это Анька-то страшная?! – возмущались они в ответ, исходя завистью. – Тебе чего надо-то? Всё при ней! Может, ты педик?

«Чёрт! – думал Марк. – Это совсем плохо!»

Пришлось мутить с Анькой, хорошо неделя всего оставалась, и ничего особенного не требовалось, просто сидеть рядом и болтать с девушкой. Он больше расспрашивал, всё из того же природного любопытства, пользовался моментом, чтобы поизучать противоположный пол, протестировать некоторые реакции, о своей же жизни плёл придуманную заранее повесть, где не было ничего из его реальной действительности.

– Мой папа был машинистом тепловоза, а мама врачом. Когда это случилось, я во втором классе учился. Жили мы в частном доме, однажды ночью коротнула проводка и начался пожар. Как сейчас помню этот едкий чёрный дым и нестерпимый жар. – Марк ёжился, а девушка широко раскрывала глаза. – Папа вынес меня на улицу, успел, кинулся за мамой, и тут крыша рухнула, они оба погибли, а я рядом стоял и меня слегка задело. Видишь, шрам на лбу? – Он отодвигал чёлку и показывал Анне когда-то рассечённый лоб, а она ахала.

Этот шрам ему поставила мама, как раз в тот год, когда он был во втором классе. После очередного дня рождения маленький Марк не успел вовремя спрятаться, и она разбила о его лоб бутылку. Он потерял сознание, но его черепная коробка выдержала.

– Ладно хоть не сдох, Зародыш, а то ещё в тюрьме из-за тебя сидеть, – говорила ему мама, а он лежал несколько дней дома в кровати, голова болела и кружилась. Молчал, никому не рассказал об этом.

– И ты попал в детдом? – Аня вывела его из задумчивости.

– А, нет. Тётка, папина сестра, оформила опекунство, и я жил в её семье. У неё тоже были дети, двое, мальчик и девочка, мы жили дружно, они приняли меня как родного. Но всё равно это рана на всю жизнь, не забыть. Понимаешь?

– Да. – Девушка сочувственно жалась к нему, а он стискивал зубы от нарастающего ощущения отвращения.

– Смотрю, замёрзла. Пойдём в корпус, завтра рано вставать. – Она, наверное, думала, какой же он порядочный.

Марк знал, что такие истории играют на имидж и за ними можно спрятаться, если что, мол, детская травма, шок, до сих пор не оправлюсь.

«Интересно, как она посмотрела бы на меня, расскажи я ей правду о шраме? – хитро щурясь, подумал юноша, лёжа на раскладушке, и почувствовал озноб, вспомнив прикосновение к его плечу девичьей груди. – Спасибо, мама». – Он со скрипом повернулся на бок и закрыл глаза.

Ближе к концу срока картофельной ссылки выпала и Марку очередь дежурить.

– Ильин и Раевский остаются, остальные по автобусам! – скомандовал курировавший студентов молодой препод.

Фамилии он ещё не все знал, но юноша, с которым Марку сегодня предстояло провести день, был ему хорошо знаком, он являлся чуть ли не центральной фигурой наблюдения, неформальный лидер, очень заносчивая «душа компании». Марк прокрутил в голове тактику общения, с таким типом стоило вести себя уверенно и нагло, говорить рублеными и твёрдыми фразами, ставить на место зазнайку безразличным к нему отношением, они этого очень не любят, привлекать внимание – их конёк.

– Тебе – второй этаж, мне – первый, – сухо сказал Марк устроившемуся на подоконнике Артёму Ильину.

– Это с чего это ты командовать вздумал? – лениво зевнув, ответил напарник.

– Ладно, убирайся на первом, он грязнее, – на то и был расчёт.

– Я, может, ваще ничё мыть не буду, и так чисто, – огрызнулся он.

– Да мне пофиг, делай что хочешь, – безразлично ответил Марк и, взяв стоявшее в углу ведро, направился на улицу за водой.

И половины не набралось, как в опустевшем дворе нарисовалась странная компания, состоявшая из троих деревенских амбалов и хрупкой девушки.

– Этот? – грубо ткнул Марка в грудь один из них, обращаясь к ней.

– Нет! – капризно огрызнулась она.

– Брешешь? Он? Говори!

– Да нет же!

– Эй, парень, ты тут один? – Амбал обратил на студента наглый взгляд и сплюнул.

– Да, все уехали в поле. Я дежурю. Не видишь? – Марк закрыл кран, и поставил полное ведро на землю. – А чего надо-то?

– Тьфу! Чё брехала тогда? – Он повернулся к девушке.

– Не брехала я, так и сказал, что один будет дежурить, полы мыть. Приходи, мол, покувыркаемся.

– Покувыркаюсь я тебе, дура! Точно не он?

– Да не. – В разговор вступил другой плечистый юноша с огромными кулаками. – Видал я его, он кудрявый, в замшевой куртке, не такой, тот симпатичный.

– Ты чё, разбираешься, кто из парней симпатичный? – с наездом спросил первый.

– Ну, девкам нравится. Ты, парень, – обратился он к Марку, – знаешь такого, кудрявого, покрупнее тебя, и куртка у него модная? Знаешь?

– Я с первого курса, ещё вместе не учились, видел, но как зовут, не помню.

– Так, ты передай энтому хахалю, что ежели возле Маньки ещё раз увижу, без зубов отсюда уедет. Она сеструха моя. Усёк?! – угрожающе прогремел защитник девушки.

– Ага, – спокойно ответил Марк. – Передам, обязательно.

– Считай, свезло ему. – Амбал ещё раз сплюнул, и они пошли восвояси подобру-поздорову, а студент направился в корпус.

Только он переступил порог, как Артём, а это именно его они искали, кудрявого соблазнителя деревенских девок, кинулся к Марку обниматься, весь белый от колотившего его страха.

– Спасибо тебе, братан, выручил так, что по гроб жизни благодарен буду! – задыхаясь, бормотал он, а юноша спокойно отстранился. – Если бы не отмазал, они такую отбивную из меня сделали бы!

– Просили тебе передать, чтобы к Маньке не совался больше.

– Да больно надо, – с облегчением выдохнул он. – Слушай, так тебе благодарен.

– Ой, ладно, ты лучше давай полы вымой, а то засекут и будет штрафной.

– Да я и не собирался отлынивать, так просто сказал. Только это, давай я уж на втором, и воды мне принеси. А? Вдруг вернутся? Побаиваюсь. Понимаешь? – Не умел дамский угодник за свои поступки достойно отвечать.

– Хорошо, принесу. Если девку не сильно попортил, то не вернутся.

– Да не портил я её, болтали да чмокнул пару раз. Вообще-то, она сама согласилась сегодня прийти сюда. Кто ж знал, зачем?

Студенты дружно помыли вместе полы, не деля этажи, возбуждённый Артём рассказывал о своих злоключениях с девушками, часто он попадал в курьёзные ситуации, Марк смеялся, в общем, время они провели весело. На