Знак ворона - Ингвар Хольгерсон

Но Рейвен словно и не заметил ее.

- А что, приличный вид утром нужно иметь только придворным? Хоть бы умылся перед завтраком. И, кстати, не по адресу ты обращаешься. Теперь тебе другому богу молиться надо, однорукому. Вот так-то, Дэн, воин Грифона. И не стой с разинутым ртом, еда остынет. - И вышел, довольно улыбаясь.

Дэниел действительно застыл, как пораженный громом. Во вчерашней суматошной беседе он словом не упомянул Рейвену про недавние события в Эстере, и теперь пытался понять, откуда же это стало известно. Правда, долго стоять ему не пришлось, потому что появился мальчишка-слуга с тазом, кувшином и полотенцем. Вздохнув, Дэниел стал умываться.

Завтракали они не в кабинете, а в большой гостиной на этом же этаже. В просторном помещении, стены которого были задрапированы таальскими коврами, стоял не полумрак, но полусвет; по непонятной прихоти Рейвена, которой Дэниел уже перестал удивляться, все окна в его покоях днем прикрывались тонкими шторами. А на ореховом резном столе красовался целый парад яств и вин, которому позавидовали бы в любом знатном доме. Дэниел ел, не особо задумываясь, что перед ним. Для него, неискушенного в тонкостях кулинарии, все выставленное на стол было одинаково вкусно. Рейвен же, будучи в каком-то загадочном настроении, капризничал, как маленький ребенок. Прислуживающий за обедом парень не менее четырех раз бегал на кухню по его требованию, принося различные соусы. Потом Рейвену не понравился вид осадка в двух уже открытых бутылках, потому он распорядился отнести обе в людскую, а сам послал за новыми. Только сбившийся уже с ног слуга вернулся с вином, ему было заявлено, что хозяин желает попробовать каких-то особенных пирожков с мясом и чесноком, которые, поэтому, должны быть изготовлены немедленно. Когда парень вновь убежал, Дэниел с интересом спросил:

- Дурью маешься?

Рейвен откинулся в кресле:

- Что ты понимаешь, солдат, я наслаждаюсь жизнью. Я остро чувствую ее вкус.

- При помощи соуса?

- Хотя бы. И при помощи соуса, и при помощи муската, и при помощи десятков других мелочей... Просто ты прямой, как копье: сказали - сделаем, приказано - исполняй. Потому и поесть по твоему значит просто набить желудок для сытости, чтобы голод делом не мешал заниматься. А хорошая еда - это как хорошая загадка.

- А слуга-то, бедный, тут при чем? - спросил Дэниел.

- Дорогой мой маршал, когда дворянин боится даже прикрикнуть на собственного слугу, это признак того, что он сам не вырос из коротких штанишек. А я плачу своим ребятам именно за то, чтобы они исполняли мои маленькие прихоти. И сомневаюсь, что кто-нибудь из них захочет сменить место службы. Я ведь идеальный господин: не прихожу домой пьяный, как свинья, не держу вонючую псарню, не играю в кости, не устраиваю шумных приемов... Так что, тут ты не прав.

Дэниел слегка напрягся.

- Да, кстати, о загадках, а откуда ты узнал про это?

- Про что, про это? - Рейвен улыбнулся. Дэниел смущенно зашарил

взглядом по столу.

- Про Грифона, тролли тебя заешь!

Лицо Рейвена озарила тонкая усмешка.

- Ну, пряжку я заметил у тебя еще вчера. А подобные вещи мне случается видеть не впервые, так что догадаться было несложно. С именем тоже просто: Дэнов в королевстве хоть пруд пруди. И проще сократить твое, чем придумывать что-то новое. А какое у тебя теперь истинное Имя я, естественно, понятия не имею.

Дэниел задумался, потом спросил:

- Слушай, а что, по-твоему, значит этот грифон?

- Точно - кто ж его знает. Но насколько я понимаю, изображения мифических животных - знаки высокого достоинства, и носят их обычно или мастера воинского ремесла, или принятые в Клан рыцари. В твоем случае это может означать и то и другое сразу. Такое уже бывало. Например Хальгрим, виконт Эльда, из Таальхольта носил Единорога.

Дэниел мгновенно припомнил узкое лицо виконта, его бело-красный плащ, скрепленный... Седьмое небо! На том приеме, в Кариссе, еще удивлялись, почему его дорогой наряд был скреплен простой железкой!

Рейвен негромко рассмеялся, увидев откровенное удивление на лице друга.

- Твоя беда, Дэн - то, что ты не обращаешь внимания на мелочи. Готов заключить пари на сотню крон, что ты всю эту символику уже не раз видел, в том числе и на собственных офицерах. Пряжки там всякие, железные браслеты на левой руке, стальные кольца и прочее. Ведь видел?

Дэниел почти сразу вспомнил стальной, с выгравированной на нем стрелкой, браслет на руке капитана Ридона, его заместителя на восточной границе; пряжку с прыгающей рысью, украшавшую пояс лейтенанта-наемника из Швица; вспомнил, и мрачно промолчал.

- Ну вот, - удовлетворенно сказал Рейвен. - А потом удивляешься, почему на сороковом году жизни впервые услышал о Свободных воинах. Ничего, многие и на смертном одре об этом не узнают. А вывод из этого для тебя один - много странного есть на белом свете.

Некоторое время Дэниел продолжал мрачно молчать. Вот ведь привычка у Рэя - ткнет во что-нибудь носом, как щенка в лужу, и сказать нечего. Получается глупо и обидно. Однако обижаться на Рейвена, тем более на Рейвена в таком настроении было бессмысленно. Потому, выдержав ожидаемую паузу, Дэниел спросил:

- А кто они такие, эти Свободные воины? Чего они хотят?

Рейвен тоже ответил не сразу, делая вид, что занят созерцанием окружающего сквозь бокал с вином.

- Люди, Дэн, обыкновенные люди. Почти обыкновенные. И воины, действительно, очень неплохие. Просто многое в мире они для себя обьясняют не так, как принято в королевстве. И уж вовсе не по-митраистски.

Дэниел кивнул, вспомнив беседу с Эро.

- Для понятности можно сказать, что они представляют из себя некий орден, только не такой, как трандальцы, а тайный. Притом, данный орден не рвется захватывать где-то власть и смещать королей. Как правило, до всякой придворной политики им и дела нет. Так что очень удивляюсь, зачем ты им понадобился. Просто сгораю от любопытства.

Пауза затянулась. Дэниел понял, что, раз уж он сам начал разговор, Рейвен от него не отстанет и, вздохнув, начал рассказывать.

Когда он изложил недавние события, Рейвен задумался.

- Не все я, конечно, понимаю, но, в общем, доступно. Так что, можешь гордиться тем, что твои заслуги в Каринтии не признает только Его Величество.

- То-есть?

- То-есть сейчас они играют в политику на стороне королевства. Скорее, конечно, не за королевство, а против ордена, но это в данном случае детали. И ты представляешься им ключевой фигурой. Фигурой настолько важной, что они решили привлечь тебя к нынешнему конфликту, даже с риском для себя. Но именно привлечь, а не заставить. Ощущаешь разницу, маршал? Они никогда и никого не заставляют.