Путь воина - Луис Ламур

Мы видели так же следы копыт оленей. Хороший охотник не ушел бы из этого леса без добычи.

Затем след оборвался.

Утром мы снова набрели на него - всего несколько отпечатков ног на земле, в том месте, где они переходили через ручей, и один из тех, кто был босиком, поскользнулся. Спустя несколько часов, мы наконец нашли то, чего мы оба ждали с таким нетерпением. Место привала.

Прежде всего, мы внимательно оглядели все со стороны, и затем я подошел поближе, а Янс принялся искать следы, оставленные, когда они уходили отсюда.

Он остановился у самого края того места, где когда-то был устроен лагерь.

- Они все так же упорно идут на север, - сказал он. - А ты нашел что-нибудь?

- У всех троих были мушкеты, - сказал я.

- У троих?

- Двое из них, те, которые шли босиком, были без оружия.

- Рабы, - заключил он.

- Возможно... скорее всего, - согласился я.

- Этот Питтинджел... тот человек, который сидел в колодках вместе со мной... он думал, что Питтинджел торгует рабами.

- Он думал. Нам ничего не известно, Янс, и не стоит делать поспешных выводов, прежде, чем у нас будут на то веские доказательства. В конце концов, этот человек может оказаться доброрядочным христианином.

Янс презрительно фыркнул, а затем спросил:

- Что у тебя еще?

- Девчонки были здесь. Я нашел их следы. Очень мало, потому что им, видимо, не давали разгуливать. Маленькие следы, и другие, чуть побольше. Потом их связали и уложили на землю. И еще здесь что-то стряпали.

- Рабы?

- Нет, кто-то из тех, других. - Мы сидели рядом на земле в тени дерева, прислушиваясь к малейшему шороху. - Это старый лагерь, Янс. Сюда приходили раза два или три до того. Несколько раз, мне так кажется.

Во всяком случае, костер здесь разводили не однажды, некоторые из камней уже совсем черные от гари и копоти, а иные еще не успели закоптиться. Угли были прибиты дождем, после чего поверх них был разведен новый костер. Не слишком большой костерок.

Мы отдыхали, жуя вяленную оленину, прихваченную с собой.

- Индейцы не могли оставить после себя эти следы, и девчонок, похоже, несли на носилках. Так что, индейцы тут определенно не при чем.

Янс взглянул на меня через плечо.

- И что ты об этом думаешь, Кин?

- То же самое, что и ты. Кто-то выкрал девчонок, а всю вину поспешил спихнуть на индейцев.

- А их продать в рабство?

- А почему бы и нет? Прочитай Библию. Белых людей держали в рабстве несколько тысячелетий, до того, как в рабство были обращены чернокожие. У египтян были рабы-евреи, да и не только они. Были рабы римляне и греки, а также рабы, вывезенные из Англии и Галлии.

Джереми рассказывал мне о набегах африканских работорговцев на побережье Англии и Ирландии. В один из таких набегов целая деревня Балтимор, что на Ирландском побережье, была захвачена и увезена в рабство. - Немного помолчав, я добавил. - За молоденьких, симпатичных девчонок, наверное, можно выручить хорошие деньги, продав их на невольничьем рынке в Африке, или какому-нибудь плантатору в Вест-Индии.

- Но для этого должны быть определенные условия. Например, корабль. Без корабля им никак не обойтись.

- Верно, а для корабля нужна какая-нибудь укромная бухта или залив, где можно было бы причалить или встать на якорь.

Янс внезапно вскочил на ноги.

- Пошли отсюда!

Нам даже не было никакой необходимости обсуджать это между собой, потому что мы оба пришли к одному и тому же осознанию. Если те, кто похитил девочек, были работорговцами, то тогда, они, скорее всего, чрезвычайно заботились о том, чтобы не быть никем обнаруженными, а мы отправились на их поиски. А это означало, что теперь они сами сделают все, чтобы найти нас, и скорее всего, постараются разделаться с обоими.

Оказавшись в лесу, мы шли быстро, держась на расстоянии друг от друга, чтобы наши следы на земле были бы как можно менее заметными. Выйдя к открытой лужайке, мы поспешно обогнули ее. Наши лошади были оставлены в лесу, и теперь нам придется возвращаться к тому месту, проявляя особую осторожность. Конечно, было бы гораздо разумнее с нашей стороны оставить их на время у Пенни, потому что в этих лесных чащобах и на простиравшемся невдалеке побережье проку от них было бы все равно мало.

Мы нашли лошадей в том же месте, где и оставили их. Кругом все было тихо, и тогда мы быстро поехали прочь, стараясь оказаться как можно дальше от побережья, направляя коней в самую чащу. Когда той ночью мы легки спать, я долго лежал без сна, прислушиваясь к размеренному дыханию Янса.

Я думал о своей сестренке Ноэлле, которая была теперь очень далеко от меня, в Англии, и я представил ее на месте пленниц, надеящейся на спасение даже тогда, когда помощи ждать неоткуда.

Они обе очень напуганы, Диана Маклин старается, как может, подбодрить маленькую Керри, а их окружают те незнакомые люди. Вот они лежат связанными на земле, и дрожа от страха, в ужасе думают об уготованной им чудовищной участи, уже даже не надеясь то, что их найдут.

- Янс, - прошептал я.

Он тут же проснулся.

- Что?

- Мы должны найти их, Янс.

- Мы их найдем. - Он перевернулся на спину. - Слушай, Кин, ты, наверное, о чем-то думаешь? А что, по-твоему, Джозеф Питтинджел? У него есть корабль. И он запаздывал с прибытием.

ГЛАВА 5

Открыв глаза, Диана Маклин посмотрела вверх, туда, где высоко над землей переплетались ветки деревьев. Еще не рассвело, но она слышала, один из рабов тоже уже проснулся. Это были первые чернокожие африканцы, которых ей довелось увидеть воочию, и поначалу она даже не знала, как вести себя с ними и как разговаривать. С индейцами ей доводилось сталкиваться, но эти люди были совсем другими.

Да и возможностей для общения почти совсем не было, потому что рядом неотступно находились трое белых мужчин, их охранявших. Все три сторожа относились ко всему с большим подозрением и не доверяли никому, и все же она чувствовала, что один из рабов был настроен по крайней мере сочувственно. Рабы, хотя оба они и были чернокожими, вели себя совершенно по-разному.

Она отнюдь не питала иллюзий на свой счет. Никто в бухте не станет слишком усердствовать, чтобы найти ее. Вот Керри - это совсем другое дело, потому что ради нее Пенни пойдут на все. Конечно, ее отец тоже сделает все, что в его силах, но дело в том, что сам он знал лес много хуже ее, а обыватели из их поселения будут только обещать, но не станут чересчур утруждать себя поисками. Если им с Керри и суждено убежать отсюда, то они должны будут сами что-то для этого предпринять, тем более, что времени на раздумья почти совсем не осталось.

Охранявшие их сторожа были злы на весь свет и испуганы. Время шло, и она чувствовала, как нарастает их беспокойство. Очевидно, их пугала необходимость держать на этом берегу двух белых девчонок-пленниц. И хотя очень немногие пуритане из Плимута, мыса Анны или из многочисленных мелких поселений, разбросанных в их окрестностях, были приверженцами прогулок по лесу, среди них все же находились такие, кто занимался поисками новых участков земли, которые были бы выгодны с точки зрения коммерции, то есть где-нибудь на побережье. А корабль, который должен был забрать девчонок и их самих, как назло, задерживался.

Лежа без движения, Диана раздумывала над тем, как ей теперь быть. Единственной ее надеждой был раб, которого все называли Гарри.

Это был высокий, крепкого телосложения молодой человек с правильными чертами лица. О том, что в прошлом он был воином, можно было догадаться уже хотя бы по тому, как он держал себя и по тем нескольким шрамам, которые она заметила еще раньше. Другой раб был коренаст, ниже ростом и более смиренен, но из разговоров других она поняла, что он был превосходным рыбаком и лодочником.

Сев на земле, она начала расчесывать и заплетать волосы. Генри прошел мимо нее, собирая ветки для костра.

- Скоро, - чуть слышно проговорила она, - это должно быть скоро.

Он не ответил. Услышал ли он ее? Понял ли? А если понял, поможет ли? А что если с ним она окажется еще в худшем положении? Наверное, нет, или, может, она лишь тешит себя этой надеждой?

Куда бы они не пошли, что бы они не делали, один из троих охранников всегда был рядом и настороже.

Она не сомневалась в том, что Генри обдумывает собственный план побега. Но за все время пути она слышала от него лишь пару слов по-английски. Обычно он разговаривал по-португальски, обращаясь к одному из стражников - высокому, худощавому человеку, который хорошо говорил на этом языке.

- Если бы ты нам помог, - снова еле слышно сказала она, когда он подошел к костру с ее стороны, - то мы ушли бы вместе.

Неопрятного вида толстяк сел на земле, пристально глядя на нее.

- Ты что, говоришь с ним? - грозно спросил он.

- Что? - Она непонимающе глядела на него. - Если хочешь знать, я проклинаю все на свете. Я не могу больше спать на голой земле.

Косо взглянув на нее, стражник проворчал:

- Ничего, скоро ты будешь спать в другом месте, можешь не сомневаться.