Леди на балу (СИ) - Карина Пьянкова

— Кэтрин… — обреченно вздохнула Энн, съеживаясь. Эмили выглядела не лучше.

Младшие знали, в том, что касается приличий и репутации, я строже матери и отца. Потому что я лучше них знаю, как же это горько остаться безо всякой надежды на замужество и счастье. Матушка в своей жизни получила все, что только могла получить женщина, она лишь догадывалась, каково это прожить до старости неприкаянной, без собственного дома и своих детей.

— Дорогие, матушке нездоровится, она хочет вернуться домой.

Оба наших родителя отличались поистине завидным здоровьем, а мама лишь изредка страдала от бессонницы, так что сестры прекрасно поняли, что на самом деле я им сказала.

— Но, Кэтрин… — попыталась было возмутиться Эмили, жалобно глядя на мистера Оуэна.

Голубые ясные глаза средней из девиц Уоррингтон без сомнения многих могли сподвигнуть на доблестные свершения. Но не тогда, когда мои, карие, не имеющие никакой прелести, внушают здравомыслие.

— Попрощайтесь с джентльменами, — велела я и «навсегда», пусть и не было высказано однако же прозвучало.

О да, я волновалась за дорогую Эбигэйл, которой кто‑то пожелал подлить снотворного. Но здесь находились ее родственники, в обязанности которых входит забота о юной девице. Мое же внимание в первую очередь принадлежит моей собственной семье. Нет, нам решительно нужно уехать, пока мои сестры не уронили себя.

Что ж, на этот раз мой милый Эдвард оказался совершенно прав. Мне не стоило заводить это знакомство. И не стоило желать ему настолько богатую невесту, а Энн и Эмили настолько знатных женихов. Когда честолюбие становится столь сильно, что заставляет забыть об здравом смысле и осторожности, оно ведет к краху.

Сестры, поняв, что я не отступлюсь, сумели выдавить из себя слова прощания и покорно пошли со мной искать родителей. Довольно на сегодня развлечений.

Однако когда я уже заметила в толпе собравшихся поодаль дам матушку, на меня буквально свалилась Эбигэйл, которая, как оказалось, совершенно не желала пока лишаться моего общества. Услышав о моем намерении вернуться домой, мисс Оуэн со слезами на глазах принялась упрашивать остаться до конца вечера… И я не смогла ей отказать в такой малости. В итоге я оставила младших под материнским присмотром и позволила подруге отвести себя в сторону.

— Ах, Кэтрин, как же я рада, что вы все‑таки остались! — рассмеялась Эбигэйл, которая просто сияла от счастья. — Мне так не хватает женского общества… Тетя Чавенсворт чудесна, но в ее почтенных летах уже не может стать подругой для молодой девицы. А брат и кузен… что мужчины понимают в наших женских нуждах? Надеюсь… Дядя не сказал ничего такого, что бы заставило тебя отказаться от нашей дружбы?

Я поспешно заверила мисс Оуэн, что лорд Дарроу не сказал мне ничего подобного был крайне любезен.

— Должно быть, вы понравились дяде Николасу, — растеряно покачала головой девушка. — Прежде мало какие молодые леди выдерживали общение с ним… Но если он не напугал тебя…

Напугал. До смерти напугал. Но я все равно улыбалась и уверял мисс Оуэн? что более милого, воспитанного и доброжелательного мужчины в своей жизни еще не видела. Хотелось бы, чтобы и дальше подобного лорду Дарроу увидеть не пришлось, но тут все в воле всевышнего.

— Ты знаешь, здесь так много очаровательных и милых людей, — тем временем стала восторженно делиться своими впечатлениями от нашего местного общества моя новая подруга. — Тетушка Чавенсворт, конечно, писала мне прежде, насколько доброжелательны местные люди, но я, признаться, не верила до конца. Однако же действительность превзошла все мои ожидания!

Я с трудом удержалась от того, чтобы разъяснить Эбигэйл, почему же люди так приветливы с ней и что им на самом деле нужно. Мисс Оуэн явно жила в своей собственном идеальном мире, который никак не походил на ту реальность, коя окружала всех иных людей. Пожалуй, я даже готова была понять все тревоги его милости лорда Дарроу из‑за своей прелестной племянницы. Эбигэйл, несмотря на всю ее очевидную образованность, не хватало рассудочности и жизненной хватки. Мисс Оуэн была наивна и верила в лучшее. Судя по тому, что теперь девушка оказалась в глубокой провинции в гостях у престарелой тетушки, чистая душа Эбигэйл Оуэн сослужила ей не самую добрую службу.

— Дорогая Эбигэйл, вам не стоит так полагаться на первое впечатление, — начала я издалека. — Человеческая натура слишком сложна и нельзя понять ее за несколько минут разговора. К тому же порой люди не настолько добры, как нам того бы хотелось…

Барышня Оуэн нахмурила светлые брови.

— Ах, Кэтрин, вы сейчас так напоминаете моего дядю, что мне даже дурно становится, — проговорила она. Уголки ее улыбчивого рта поползли вниз.

От такого сравнения я только зябко передернула плечами и с трудом удержалась от крестного значения.

— Но ведь его милость очень мудр и прозорлив, — неуверенно улыбнулась я. — Разве он часто ошибается в оценке людей?

Мисс Оуэн только досадливо вздохнула и не стала отвечать, из чего я предположила, что его милость и правда в большинстве случаев оказывался прав. По крайней мере, мои планы по поводу его племянницы лорд Дарроу раскрыл с первого же взгляда. А ведь в искусстве лицемерия я за пять лет, что выезжала в свет, уже достигла некоторых высот. По крайней мере, никто из наших соседей и предположить не могли, будто милейшая мисс Кэтрин Уоррингтон водит с ними дружбу из сугубо корыстных побуждений.

— Оставим эти разговоры! — нашлась мисс Оуэн. — Давайте еще потанцуем! Тут достаточно кавалеров и не нужно лишать их счастья пройтись с нами в танце.

О да, откажись Эбигэйл от танцев по какой‑то прихоти, наверняка это бы многих джентльменов привело в уныние. А вот даже если бы я вовсе не появилась в бальной зале — того бы могли просто и не заметить. Однако когда мою подругу пригласил повторно мистер Канингем (что уже становилось не слишком приличным), до меня снизошел мистер Уиллоби, чему я немало удивилась.

Не сказать, чтобы я была особо рада его выбору партнерши… Если не сказать иначе. Да и зачем ему вдруг уделять мне внимание, после того, как я открыто дала понять, насколько сильно не одобряю общение племянников лорда Дарроу с моими младшими сестрами? Странно.

— Мисс Уоррингтон, чем же мы с кузеном удостоились такой немилости? — насмешливо спросил мистер Уиллоби, ведя меня в танце.

Наверняка все знакомые нашей семьи сходят с ума, пытаясь понять, чем же вызвано внимание к скромной персоне.

— Мистер Уиллоби, вы желаете зла моей семье? — ответила вопросом на вопрос я, глядя прямо в глаза молодому мужчине. Приличия запрещали вести себя так молодой женщине, но в тот момент я была скорее дуэньей для Энн и Эмили, а не молодой девицей на выданье.