Ради Флага над Рейхстагом - Вячеслав Яковлевич Бавидов

– Подмога из соседних деревень, – сказал Тимур. – Наши соседи, они нам помогут. Мы всегда друг другу приходим на помощь.

– А где находятся эти соседи? – спросила Ира, у которой уже появилась маленькая надежда на то, что она всё-таки вернётся когда-нибудь домой живой и невредимой, но для этого надо было дать этот странный «отпор».

– Один сосед на севере, другой – на западе, ещё двое – на юге и на юго-востоке.

– И как нам теперь быть? – смело спросил Олег.

– Мы разделимся, – сказал Тимур. – Насколько я понимаю, у нас ещё есть время. Пока они не дошли до нашего дома, мы успеем добраться до соседей и привести подмогу. Одни мы не справимся.

– Ну, хорошо, давайте попробуем, – сказала Ира, глядя испуганно на Олега, который вообще не планировал никакого путешествия по незнакомым местам.

– Зоя, я пойду на север, а ты иди на запад. Вы оставайтесь в доме, – обратился Тимур к близнецам, – ждите, когда мы вернемся. Зоя, придётся поторопиться, потому что потом надо будет идти на юг и на юго-восток.

– Хорошо, – ответила она.

– Нет уж, подождите, – сказал Олег. – Так не пойдёт. Я пойду тоже. Куда надо идти?

– Куда ты собрался? – закричала Ира. – Оставайся здесь, и будем ждать их.

– А смысл тут сидеть? Вдруг эти фашисты придут раньше, и что мы с тобой будем делать?

Сестра с ужасом смотрела на брата. Она никогда его таким не видела: смелым, уверенным и самоотверженным.

– Ира, надо собраться. Мы должны им помочь.

– «Им»? – спросила Зоя. – Может быть, не «им», а «нам»? Ведь нам всем нужна помощь.

– Нам всем, – поправил себя Олег.

– Ладно, тогда иди на юг, – сказал Тимур Олегу.

– Я с тобой, – закричала Ира, – я тут одна не останусь.

– Хорошо, – сказал Олег. – Тогда мы вдвоём пойдём на юг, – выдал свой вердикт брат. – Как мы поймём? Что это соседи? Куда идти?

– От нашего дома идут три дороги, которые ведут к каждой деревне. Но когда пойдёте на юг, там будет развилка. Держитесь правой стороны.

– А почему мы должны держаться правой стороны? – спросила Ира.

– Ну, потому что если вы пойдёте налево, то это юго-восток, а если направо – дойдёте до южной деревни.

– Поняла, – грустно ответила Ира, соглашаясь на это странное путешествие.

– Раз всем всё понятно, выдвигаемся ночью, – закончил беседу Тимур.

Через пару часов стемнело. Зоя взяла свою керосинку, чтобы хоть как-то видеть дорогу. У близнецов был телефон с фонариком, а Тимур, спрятав тубус в надёжное место в подвале, прихватил с собой ракетницу с единственным патроном, хотя он не очень себе представлял, в какой именно момент она может ему понадобиться.

– Ну что, все готовы? – спросил Тимур, глядя на близнецов, которые всё ещё были в ужасе. – Самое главное – придите с подмогой, не задерживайтесь. Если вы опоздаете или придёте без помощи, тогда мы точно потерпим поражение, а так у нас есть шанс победить врага, ну или хотя бы продержаться, пока не придут наши.

– Хорошо, – твердо сказал Олег.

Ребята разошлись в разные стороны.

Зоя, подходя к калитке, аккуратно накрыла дядю Ваню большим отрезом ткани, спустя несколько минут шла по тропинке через поле, где была заботливо высажена пшеница. Она шла в надежде, что всё получится. Она очень верила в это и мысленно просила, чтобы ей помогли, но кого она просила, не понимала, и почему-то глядела в чёрное ночное небо, усыпанное многочисленными звёздами.

Тимур шёл через густой хвойный лес к северу, в темноте цепляясь одеждой за ветки, неуверенно ставя ногу на тропу. Ему было страшно, он боялся, что ничего не выйдет. Он не мог себе этого позволить, потому что это было единственное, что могло бы спасти их, – дать отпор врагу. Но больше мальчик боялся потерять Зою и этих двух странных близнецов. Тимур не мог позволить им погибнуть, а тем более Зое. Она была единственным близким человеком в его одинокой жизни. Она заставляла Тимура испытывать такие чувства, о которых он никак не мог ей рассказать.

Ира с Олегом шли по дороге, освещая тусклым светом фонарика на телефоне дорогу, благо заряда батарейки ещё хватало. Дойдя до реки, они перешли деревянный мост, где каждый шаг сопровождался скрипом, и попали в берёзовую рощу, по которой шли, не понимая, куда должны прийти, что должны увидеть и где должны оказаться, пока не добрались до той самой развилки.

– Вот она, развилка, – радостно сказала Ира, осознавая, что они на правильном пути. – Так, нам направо, пойдём, Олежик. – Ира повернула направо и медленным шагом пошла дальше.

– Подожди, – сказал Олег.

– Чего ждать-то? – спросила Ира. – Не бойся, тут вроде всё хорошо, дорога идёт в гору.

– Я не боюсь… – начал Олег. – Он сказал, что надо быстро вернуться, Ира.

– Да, поэтому пошли быстрее, по дороге поговорим.

– Я понимаю, что я, наверное, поступлю сейчас неправильно, но ты видела, насколько они отважные. – Олег стоял на месте как вкопанный и продолжал говорить то, что с трудом ему давалось.

– Кто? – подойдя к брату ближе, задала глупый вопрос Ира, но лишь для того, чтобы посветить на него фонариком и, может быть, понять по выражению лица брата, что именно он дальше будет говорить.

– Зоя с Тимуром. Мы… Мы должны быть такие же, как они.

– Какие такие же, как они? – начинала злиться сестра. – Они здесь выросли, они всё знают. Это их жизнь, не наша. У нас она совершенно другая. Мне привезут новый телефон, – кричала она, – а не этот калькулятор. – Ира трясла кулаком, держа светящийся гаджет.

– Ира. Дело не в этом, дело не в телефонах… Ты понимаешь, что это всё серьезно? Мы можем никогда не вернуться домой. Теперь это наша жизнь, – грустно пытался объяснить сестре свою мысль Олег.

– Это не наша жизнь. Мы вернёмся домой! – кричала Ира на брата.

– Ира. Сейчас надо им помочь. Нам помочь, – поправил сам себя Олег.

– Да мы помогаем. Идём за какой-то подмогой – слово-то какое странное. И я не знаю, кто это. Что ты хочешь? Как ещё им помочь?

– Ира, ты идёшь направо, а я иду налево…

– Ты чего это решил? Я одна не пойду.

– Ира, мне надо пойти на юго-восток. Чем больше людей, тем вероятнее, что мы спасемся.

– Нет, – заплакала Ира, – нет, я не пойду одна и тебя не отпущу. Мы вернёмся домой, к маме и папе. Мы обязательно вернёмся туда. Не может быть так, это же неправильно. – И, упав на колени, она заплакала. – Я не могу и тебя потерять.

Олег подошёл к сестре,