Заживо погребенные - Иэн Рэнкин

Он повернулся и зашагал прочь от главного входа в колледж. Дорожка, ведущая от подъезда, была хорошо освещена, и Ребус наблюдал, как он идет по ней, а затем завернул под лестницу, где стояло несколько телефонных кабинок.

Ему ответили после пятого гудка. Ребус смотрел на лестницу и был готов сразу повесить трубку, если только кто-нибудь там появится.

– Это я, – произнес он в трубку. – Надо встретиться. – Выслушав ответ, он продолжал: – И как можно скорее. Сможете в этот уик-энд? Это не касается вашего ноу-хау. – Он помолчал. – А может, и касается. И сам не знаю.

После того как ему дали понять, что с уик-эндом ничего не получится, он кивнул. Выслушав еще несколько слов, Ребус повесил трубку и толчком распахнул дверь в туалет. Открыл кран и остановился перед умывальником. Не прошло и минуты, как в туалет вошел еще кто-то. Алан Уорд, хмыкнув, направился в одну из кабин. Ребус слышал, как скрипнула защелка, а потом Уорд начал расстегивать брючный ремень.

– Напрасная трата времени и мозгового вещества, – раздался из кабины голос Уорда. – Напрасные усилия.

– Старшему следователю Теннанту не удалось тебя убедить, правильно я понимаю? – обратился к нему Ребус.

– На что мы, черт возьми, тратим время!

Восприняв эту фразу как утвердительный ответ на свой вопрос, Ребус не стал больше отрывать Уорда от дела, ради которого он сюда пришел.

3

В пятницу они с утра снова принялись за дело Ломакса. Теннант попросил доложить о проделанной работе. Несколько пар глаз уставились на Фрэнсиса Грея, но сам он сверлил взглядом Ребуса.

– Джон просидел над документами намного дольше, чем любой из нас, – сказал он. – Давай, Джон, доложи преподавателю, что нам удалось выяснить.

Чтобы собраться с мыслями, Ребус выпил несколько глотков кофе.

– Большая часть того, что нам удалось сформулировать, это всего лишь гипотезы, причем не новые. Мы пришли к выводу, что жертву поджидали. Им было известно, где и в какое время он бывал. Но дело в том, что на этой аллее тусовались девушки, однако ни одна из них не заметила там посторонних.

– А они, разумеется, не самые надежные на свете свидетели, так? – перебил его Теннант.

Ребус перевел взгляд на него:

– Они вообще не хотят светиться в полиции, вы ведь это имеете в виду?

Вместо ответа Теннант пожал плечами. И пошел кружить вокруг стола. Интересно, подумал Ребус, заметил ли он, что сегодня утром лиц со следами похмелья уже меньше? Что греха таить, некоторые выглядят так, словно дети разукрасили им лица цветными мелками, но Алану Уорду не понадобились его стильные солнцезащитные очки, и глаза Стью Сазерленда хоть и обведены черными кругами, но белки без кровавых прожилок.

– Так вы считаете, это дело рук гангстеров? – спросил Теннант.

– Мы считаем это наиболее вероятным объяснением, этого же мнения придерживалась и группа, проводившая первоначальное расследование.

– Но?… – Теннант через стол смотрел в глаза Ребусу.

– Но, – продолжил за него Ребус, – здесь тоже не все так гладко. Если это удар, нанесенный гангстером, то почему об этом никто не знал? У криминальной полиции Глазго есть информаторы, однако никто ничего такого не слышал. В таких делах, конечно, бывает, натыкаешься на стену молчания, однако и в ней обычно есть какая-то щель, которая и обнаруживается в ходе расследования.

– И что же вам удалось из этой щели выудить?

Теперь вместо ответа пожал плечами Ребус.

– Да ничего. Просто все это немного странно, и только.

– Ну а что известно о друзьях и подельниках Ломакса?

– Да это просто дикая банда вроде семи гномов. – За столом негромко зафыркали. – Вдова мистера Ломакса Фенелла вначале была в числе подозреваемых. Ходили слухи, что она вовсю погуливает за спиной супруга. Никаких доказательств ее причастности не нашли, а сама она не была расположена к откровенности.

Фрэнсис Грей откинулся на стуле и распрямил плечи.

– Она почти сразу же перевезла свой фургон к Чибу Келли.

– Ну и ну, – покачал головой Теннант.

– Чибу принадлежат два паба в Гоувене, так что стоять за стойкой для него дело привычное.

– Можно быть уверенным, что он и сейчас там?

Грей кивнул:

– Его засадили в тюрьму Барлинни, но не надолго: за скупку краденого. Его пабы приносят больше дохода, чем большинство ресторанов индийской еды. Да и Фенелла не из тех, кто будет безутешно тосковать – многие из мужчин в Гоувене знают, что она предпочитает на завтрак…

Теннант задумчиво качал головой.

– Детектив Баркли, вы чем-то опечалены? Баркли сложил руки лодочкой.

– Да нет, сэр, все в порядке.

– Вы уверены?

Баркли снова развел ладони, пытаясь при этом скрестить под столом ноги.

– Это потому, что мы слышим об этом впервые.

– О миссис Ломакс и Чибе Келли? Теннант дождался утвердительного кивка.

Баркли, а затем снова переключил внимание на Грея.

– Итак, детектив Грей? Это вы выяснили, объединив усилия всей группы?

Отвечая, Фрэнсис Грей старался не смотреть на Баркли.

– Не относитесь к этому серьезно, сэр. Подтверждений того, что Фенелла и Чиб знали друг друга, когда Рико был жив, мы не нашли.

Теннант вытянул губы трубочкой.

– Вы согласны с этим, детектив Баркли?

– Вполне, сэр.

– А как остальные? Правильно ли поступил детектив Грей, не раскрыв вам всю информацию?

– Не вижу в этом ничего плохого, – сказал Джаз Маккалоу, остальные согласно закивали.

– А у нас есть шанс допросить миссис Ломакс? – неожиданно звонким голосом спросил Алан Уорд.

– Не думаю, – ответил Теннант, стоявший напротив него.

– Выходит, у нас не много надежд достичь какого-то результата?

Теннант пригнулся к его плечу.

– Не думаю, что результаты вашей работы, детектив Уорд, делают вам честь.

– Как прикажете вас понимать? – вызывающе спросил Уорд, пытаясь встать на ноги, но Теннант примирительно похлопал его ладонью по спине.

– Сидите, я вам все объясню. – Когда Уорд снова опустился на стул, Теннант убрал руку и снова зашагал кругами вокруг стола. – Это дело можно считать отложенным, но не закрытым. Если вы убедите меня в том, что необходимо выяснить что-то, возможно, кого-то допросить, я это организую. Но вы должны меня убедить. В прошлом, детектив Уорд, вы проявляли даже излишний энтузиазм в том, что называется методикой проведения допросов.

– Да этот сучонок наркоман все наврал.

– И поскольку его жалоба не подтвердилась, мы, естественно, должны признать, что вы не совершили ничего противозаконного.

Теннант послал Уорду лучезарную улыбку, однако лицо у него было такое невеселое, какое Ребусу нечасто доводилось видеть. И вдруг, хлопнув в ладоши, он объявил:

– За работу, джентльмены. Сегодня я хочу посмотреть, как вы будете разбирать и анализировать протоколы допросов. Работайте парами, так легче. – Он указал туда, где у стены стояла чистая доска. – Я хочу получить поэтапную схему первоначального расследования с вашими комментариями и критическими замечаниями. Подмечайте все, что они пропустили; все сопутствующие обстоятельства, особенно такие, которыми, по вашему мнению, следует заняться поподробнее. – Услышав, что Стью Сазерленд проворчал что-то, Теннант бросил на него пристальный взгляд и объявил: – Кто не видит в этом смысла, может отправляться вниз. – Он глянул на часы. – Через три четверти часа у курсантов начинается трехмильный забег. Так что, сержант Сазерленд, вам хватит времени надеть на себя майку и шорты.

– Сэр, я тут ни при чем, – ответил Сазерленд, картинно поглаживая себя по животу. – Легкое расстройство желудка, только и всего.

Сердито посмотрев на него, Теннант вышел из аудитории. Медленно, словно нехотя, шестеро мужчин снова сложились в единую команду, распределив между собой ворохи лежащих на столе бумаг. Ребус обратил внимание, что голова Тама Баркли постоянно опущена и что он старательно избегает встречаться глазами с Фрэнсисом Греем.

А Грей работал в паре с Джазом Маккалоу. Сначала Ребусу показалось, что он расслышал, как Грей сказал: «А ты знаешь дразнилку про «Барклиз-банк»? На юге ее все знают. «Тот, кто ходит в «Барклиз-банк», тот, конечно, мастурбант». Но Маккалоу не поддержал разговора.

Примерно через час Стью Сазерленд, захлопнув очередную папку, с грохотом водрузил ее на груду таких же, лежавших перед ним, и, встав со стула, потянулся, разминая затекшие ноги и спину. Сделав несколько шагов по комнате, он подошел к окну и, повернувшись к столу, некоторое время смотрел на своих коллег.

– Мы зря тратим время, – сказал он. – Мы никогда не найдем того, что нам надо.

– А что нам надо? – поинтересовался Алан Уорд.

– Имена или кликухи тех, кого Рико прятал в своих дальнобоях и лежбищах в то время, когда его грохнули.