Варвар - Юрий Монастырский

– Знаю, мне об этом рассказывали. Такое имя носил великий скифский царь.

– А ты молодец, действительно Ариант. Я слышал, что ты пытался убить Венатора и ранил мерзавца Хербса.

– Хербс застрелил моего друга охотника Доброгаста. А откуда тебе это известно?

– Обо всём мне рассказал твой дружок. Я спал рядом с ним в сарае. Ты его видел?

– Видел, но недолго.

– Скорее всего, он едет где-то позади нас. Видишь, наша подвода вторая в караване, а на первой его точно нет.

На следующий день Аристон подсел поближе к Арианту.

Дорога наша длинная, – сказал он, слегка похлопав мальчика по плечу, – сколько тебе лет?

– С тех пор как я родился, прошло пятнадцать зим.

– Зим, лет неважно, значит – пятнадцать, почти взрослый. Давай, я тебе расскажу про те страны, где мне приходилось бывать, и прежде всего про Рим, Великую Римскую империю, куда мы, скорее всего, попадём.

– Конечно, расскажи.

– И ещё, я буду произносить некоторые слова и фразы по-гречески, а ты постарайся их запомнить. Возможно, в будущем это тебе пригодится.

– Согласен.

– Тогда слушай.

Несколько часов Аристон рассказывал мальчику историю Рима: возникновение города, республики, войны с Карфагеном и с варварами, рассказал, как возникла империя, как императоры боролись за власть. Рассказал о сотнях тысяч рабов, сражающихся на аренах, возводящих дворцы и храмы, строящих дороги и каналы, работающих на полях и в домах богатых римлян. Рассказал о самом городе, раскинувшимся на семи холмах, о великолепных дворцах и виллах римской знати; о Форуме[36] – сердце города, о величественных храмах Юпитера[37], Юноны[38], Минервы[39], о политической и экономической жизни империи. Он старался, чтобы его рассказ был доступен, не вдавался в детали, акцентировал внимание на простых доступных подростку вещах и событиях.

– Неужели всё это правда? Неужели люди могут такое создать? – воскликнул Ариант.

– Конечно, правда. Рим прекрасен, но не для всех. По крайней мере, не для меня. В результате политики Рима даже моя родная страна стала для меня опасной. Я бежал из Греции под чужим именем на торговом корабле и попал в Ольвию. Но и Ольвия – греческий город, и в нём те же законы, что и в Афинах. Долго в нём нельзя было находиться, и я с таким же беглецом отправился на север. Около года мы провели в плену у сарматов. Это кочевой народ, обитающий в степях, через которые мы будем ехать. Сарматы удивительны тем, что в их племенах верховодят не мужчины, а женщины. Они воюют наравне со своими мужьями, так же хорошо стреляют из лука и метают копья, а в могилу умершей женщины кладут оружие. Через год они нас отпустили, и мы пошли дальше на север. Там жили оседлые племена. Кстати, их язык такой же, как и тот, на котором разговариваешь ты. Вероятно, твоё племя тоже относится к ним. Прожив с ними несколько лет, мы отправились ещё дальше на северо-восток, однако непроходимые леса и болота заставили нас повернуть обратно. Там людей почти нет, лишь изредка встречаются неизвестные никому дикие племена. Мой товарищ погиб, а я вернулся в знакомое селение. Через год решил идти на юго-запад через Дакию[40] в Далмацию[41] поближе к своей Родине. Но видимо боги решили иначе. Рабом я быть не хочу и не буду. И уж если суждено мне вернуться в Грецию, то не рабом.

Шёл день за днём. Караван медленно, но неуклонно двигался через бескрайние леса на юг. Дорог не было и порою в заболоченных поросших густой травой низинах колёса повозок так глубоко уходили в мягкую пропитанную водой почву что, несмотря на все усилия, волы не могли сдвинуть свой груз с места. Тогда пленников поочерёдно выпускали из клеток, и они, под крики и ругань охраны, помогали измученным животным сдвинуть с места свои передвижные узилища.

Ариант и Аристон, как и прежде, ехали в одной клетке. Грек, видя, как легко спутник запоминает незнакомые ему греческие слова, часами обучал его своему родному языку.

– Судьба раба, понимающего речь хозяина и умеющего правильно ему ответить, несравненно легче, – говорил он своему ученику.

– Но я не хочу быть рабом и мне не надо никакого хозяина. Я хочу выбраться из этой проклятой тюрьмы? – мальчик со злостью ударил по решётке.

– Хочешь сбежать? – Аристон внимательно посмотрел на своего спутника. – Мы в пути уже две недели. Леса скоро закончатся и начнутся степи. Там это сделать труднее. Пойми, малыш, главное – не клетка, ведь нас периодически выпускают из неё, чтобы мы могли размяться. Венатору важно доставить пленников покупателям в хорошем физическом состоянии. Главное – собаки.

Мальчик молча кивнул, вспомнив, как его легко догнал натренированный для ловли людей пёс.

– Так вот, нужно нейтрализовать этих животных, хотя бы на время, сделать так, чтобы они не слышали наш запах.

– Но как же мы сможем это сделать?

Вместо ответа Аристон повернулся и стал что-то внимательно высматривать вдоль тропы, по которой они ехали. Через час он удовлетворённо хмыкнул и, указав пальцем на небольшое невзрачное растение, напоминающее обычный бурьян, сказал: «Наконец-то я увидел то, что нам нужно». Если мы разомнём эти листья и натрём ими себе ноги, собаки не возьмут след. Запах травы отобьёт им нюх. Запомни её и на привале нарви несколько пучков. Я сделаю то же самое.

– Хорошо, – Ариант с восторгом посмотрел на своего нового товарища, – но откуда ты это знаешь?

– Откуда, откуда…, – пробормотал грек, – я же тебе говорил, что несколько лет жил и путешествовал в этих местах. Я знаю много растений, которыми можно лечить, а можно и убивать. Этому я научился у одного старика, с которым всё лето собирал разные полезные травы. Видишь те холмы, за ними протекает довольно большая река. Путь здесь один – по распадку к реке. Там есть брод и Венатор это знает. Скорее всего, остановка будет сразу за рекой, потому что дальше опять начинается очень большой лес. Скоро вечер, а как ты знаешь, ночёвки он делает только на открытых местах. Труднее сбежать. Теперь обрати внимание на дверь клетки. Она закрыта на примитивный замок. Такие замки тысячами изготовляются ремесленниками в Греции. Умному человеку его открыть несложно, но нужно одно простое приспособление. Вот оно.

Из складок одежды Аристон достал небольшой крючок из толстой проволоки и, повернувшись спиной к пленным сарматам, протянул его Арианту.

– Проволоку я нашёл в том сарае, где мы ночевали первый раз, а согнул её, засовывая в паз между полом и брусьями. Если крючком зацепить скобу замка и сильно потянуть под определённым углом, то замок откроется. Мне уже не раз приходилось такое делать. Это несложно. Венатор жадный и не хочет тратиться на более надёжные, но и более дорогие запоры.

– Так что будем бежать сегодня?

– Здесь наиболее благоприятное место для побега. Главное – есть река, я надеюсь, она нам поможет.

Через час караван остановился на берегу небольшой, но быстрой речки, левого притока Борисфена. Венатор, обойдя подводы, приказал всем узникам встать на ноги, держа над головами соломенные подстилки. Затем ездовые погнали волов в реку. Глубина её в этом месте была не более метра, дно песчаное, поэтому животные без особого труда в течение получаса перетащили телеги с клетками на другой берег.

– Ночёвка! – Закричал главарь разбойников, – Сдвинуть телеги. Пленных по очереди на кормёжку и прогулку.

– Ищи траву, и смотри, не перепутай, – Аристон улыбнулся и слегка подтолкнул мальчика к выходу.

Вскоре ночная тьма окутала речной берег. Освобождённые от волов телеги с клетками были сдвинуты в центр поляны, а по периферии разместилась охрана.

Постепенно лагерь затих, утомлённые за день узники уснули.

– Бежать нужно не сейчас, а перед рассветом, – прошептал грек, – тогда сон крепче и вероятность того, что кто-то заметит наш побег – меньше. Да и охрана, скорее всего, уснёт.

– А как быть с моим другом? Давай возьмем его с собой.

– Малыш, риск и так очень большой, а если мы начнём его разыскивать, то обязательно кого-то разбудим. Мне очень жаль, но помочь ему невозможно. Говори тише, не потревожь сарматов.

Ещё никогда время не тянулось так медленно. Лёжа на жесткой соломе, устремив взор в небо, Ариант ждал, ждал, с трудом сдерживая накопившуюся в нем энергию. К середине ночи звёзды и луна закрылись тучами, и стало совсем темно.

– Пора, – наконец прошептал Аристон, – пока боги на нашей стороне, видишь, как темно. Натри себе ноги травой, но часть оставь, ещё пригодится.

Повозившись минуту с замком, он открыл дверь, и они выбрались наружу.

– Ложись, и ползи за мной вон к тем кустам.

Добравшись до леса, беглецы осмотрелись. Стояла полная тишина. Их никто не преследовал.

– Сейчас – к реке, – вновь прошептал грек, – бежим вдоль берега вниз по течению.

Ариант побежал, вкладывая в этот бег всю энергию, всю мощь молодого истосковавшегося по свободе тела. Ветки кустов и деревьев хлестали по лицу, ноги проваливались в рыхлую почву, какие-то невидимые в темноте колючки царапали тело. Больше всего он боялся потерять из вида, бежавшего впереди товарища, боялся заблудиться в этом незнакомом лесу, перепутать дорогу и возвратиться обратно к каравану.