Амариллис - Shinmaya

На следующее утро под надзором Тонкс и Миссис Уизли друзьям было разрешено отправиться за покупками в Косой Переулок. Первым делом Гарри зашел в Гринготтс, чтобы пополнить запас золотых монет. Потом они побывали у Мадам Малкин, там Рон купил новую мантию, так как из прошлогодней он уже вырос.

— Близнецы очень хорошо помогают семье, — покраснев до ушей, сказал он. — Теперь мы можем позволить себе хорошие новые вещи.

При слове «близнецы» перед глазами Гарри невольно встала картина их поцелуя, и он изо всех сил старался ее прогнать.

Пополнив в аптеке запасы ингредиентов для зелий, друзья отправились в магазин книг «Флориш и Блоттс».

— Вам прислали также список рекомендуемых книг? — спросил Гарри у Рона и Гермионы. Они посмотрели в свои письма, и оба утвердительно кивнули.

Гермиона подошла к прилавку первая.

— Нам, пожалуйста, три комплекта стандартных учебников для шестого курса и мне, дополнительно вот это, — она начала вслух зачитывать свой список: -

Грегори Грабофф «Жизнь и смерть: классификация материй»,

Джойс Роллинг Распутин-Толстой «Свет и Тьма — истоки противостояния», он же «Древние артефакты»,

Жаннет Арконт «Разрешенные и непростительные заклятия»,

Николо Перрети «Практические приемы магической борьбы»,

Вагния Ванга «Предчувствие, как один из методов ориентирования»,

Альбус Дамблдор «Сильные и слабые стороны тьмы». Это все…

Гарри и Рон удивленно уставились в свои списки.

— И нам… — неуверенно сказал Рон.

— По комплекту, — закончил Гарри…

— И вы тоже решили стать мракоборцами? — удивленно спросил Гарри, когда они вернулись на Площадь Гриммо.

— А как ты думал?! — воскликнула Гермиона. — Мы же не оставим тебя одного разбираться со всем этим… Мы поможем тебе!

— Конечно, ведь мы твои друзья, — поддержал ее Рон.

— Спасибо вам, — сказал Гарри, почувствовав, как кольнуло в сердце. У него есть друзья, которые пойдут на все ради него, которые готовы отдать жизнь, а он думает о каком-то обещании, данном Малфою… Он уже готов был сказать: «Пойдемте, я кое-что вам расскажу», как Гермиона прервала его мысль.

— Между прочим, — сказала она, — почти все, кто состоял в ОД, собираются стать мракоборцами, за исключением Чанг и этой ее подружки, Мариэтты Эджкомб. Ты, Гарри, надеюсь, не расстроен?

Гарри покачал головой.

— Ничуть… Что, и даже Невилл?

— Ага. Я, вообще-то удивлен, но может быть, он ведь хочет отомстить за родителей, — предположил Рон.

Гарри вздохнул.

— Давайте собираться… — сказал он.

На платформе 9ѕ как всегда было людно. Гарри, Рон, Гермиона, Джинни и Миссис Уизли прошли через барьер за 15 минут до отправления. Миссис Уизли протянула всем сэндвичи.

— Мама, ты сошла с ума? — заорал Рон.

— Что такое, Рон? — вздрогнула Миссис Уизли.

— Ты… Сегодня ты сделала их с ветчиной, не с говядиной, как обычно…

Миссис Уизли смутилась.

— Ну, думаю, это потому, что Фред и Джордж больше не учатся, и мне приходится меньше суетиться… — быстро говорила она, словно оправдываясь.

— Успокойся, Мам, — сказал Рон, — я наоборот рад.

— Хорошо-хорошо, Рон, только больше не надо меня так пугать. А теперь поторопитесь, скоро отправление.

Друзья прошли в вагон. Рону и Гермионе предстояло отнести свои вещи в вагон для старост, а Гарри и Джинни пошли искать свободное купе.

— Как-то скучно без близнецов, — сказала Гермиона. — И почти никаких знакомых лиц…

Гарри кивнул, он и сам чувствовал некую подавленность, тяжелую щемящую грусть.

— See ya, — сказал он друзьям.

— Вот тут никого нет, — сказал Гарри, открыв дверь очередного купе. Они с Джинни втащили внутрь свои вещи и убрали их на верхние полки.

— Так, ну все, — сказала девочка, — я пойду, разыщу Дина, у меня с ним назначено свидание

— Прямо здесь, в поезде? Когда ты успела? — оторопел Гарри.

— Я переписывалась с ним все лето! — Джинни хитро улыбнулась и выбежала из купе.

Гарри оставалось только сидеть в одиночестве и смотреть в окно. Он задумался о том, что ждало его в этом году в Хогвартсе… Сможет ли он перестать винить себя в смерти Сириуса? Сможет ли он удержаться от очередных глупостей и ловушек, которые ему подстроит Волдеморт? Этого Гарри не знал. Но в одном он был уверен: он больше никому не позволит себя обманывать!

«Сириус… Если бы я не был таким глупцом, ты был бы жив…»

Гарри в отчаяньи уронил голову на руки. Он услышал, как отъехала в сторону дверь купе, потом снова закрылась с тихим скользящим звуком.

— Надеюсь, ты держишь слово, Поттер? — раздался над самым ухом капризный голос. — Потому что я свое — держу…

— Малфой, — с негодованием воскликнул Гарри. — Что ты делаешь в моем купе?!

Блондин усмехнулся и поправил волосы, сбившиеся на лоб.

— Ты же не купил его, а Поттер? Значит, я имею право здесь находиться.

— Ну да, — равнодушно бросил Гарри. — А кстати, где твои телохранители-гиппопотамы?

Малфой картинно закатил глаза.

— Туп, как всегда, — констатировал он. — Я пришел напомнить тебе о твоем обещании… И сказать, что я выполняю свою часть уговора, о котором никто не должен знать. Так зачем, по-твоему, я должен тащить сюда Крэбба и Гойла?

— Если ты все сказал, то можешь убираться, — твердо сказал Гарри.

Слизеринец нервно повел бровью.

— Я уйду… Но, учти, Поттер, из-за тебя я солгал отцу. И получил суровое наказание… так что…

— О, Малфой, ты хочешь, чтобы я тебя пожалел? — с сарказмом спросил Гарри.

— Нет. Я просто хочу сказать, что уже ничего тебе не должен. Мы — квиты!

— Что ж, прекрасно, я рад, что больше нас ничто не связывает!

Малфой подошел к двери, собираясь уйти, но обернулся и сказал напоследок:

— И запомни, твое обещание касается также нищеброда и грязнокровки. Ты и им тоже ничего не скажешь… Пока, Поттер.

Он открыл дверь и лицом к лицу столкнулся с Роном и Гермионой.

— Кого ты назвал грязнокровкой? — вспылил Рон. — Что, хочешь снова превратиться в слизняка? Могу это устроить!

— Успокойся, Рон, — Гермиона прошла внутрь. — Малфой уже уходит, не так ли?

Слизеринец, ничего не сказав, прошел мимо Рона.

Друзья сели напротив Гарри.

— Итак, — начала Гермиона. — Ты по-прежнему не хочешь ничего нам сказать?

Гарри молча покачал головой.

— Что это у тебя за дела с Малфоем? Что ты не должен нам говорить? — очень раздраженным тоном спросил Рон.

— Простите, я обещал не говорить никому… — тихо сказал Гарри. — Даже вам… Мне, правда, очень жаль.