Мангуп (СИ) - Станислав Иродов

­- Большие военные корабли можно построить лишь в Венеции или Генуе. Но вот провести их через проливы невозможно,- сказал Мораки.

- Да, наша верфь пока таких кораблей построить не может. Лишь малые торговые суда и небольшие галеры. В Каффе строят лишь средние галеры двойного назначения, которые купцы расхватывают, как горячие пирожки. У меня была мысль купить парочку больших кораблей на Западе в разобранном виде и доставить частями в Феодоро через Молдову, а потом скопировать их и наладить кораблестроение в Авлите. Тогда мы бы надолго обезопасили себя от турецкого вторжения, - ответил  Александр.

На небольшом базаре возле причала торговали фруктами татары, громко зазывая покупателей на ломаном греческом языке:

«Лепёшки – 2 акче, курица – 4 акче!».

Греки торговали рыбой, готы – мясом. Парикмахеры евреи стригли желающих, а армяне ремонтировали обувь.

На Монастырской горе возвышались над портом и поросшей камышом Чёрной речкой внушительные стены крепости Каламита, что означало «камышовая», восстановленные дедом – князем Алексеем в 1427 году.

Грозно глядели на зеркальную гладь бухты жерла шести пушек – недавний подарок генуэзцев. Пять бомбард и один фальконет, стреляющий картечью из металлической рубки на расстояние до 130 шагов. На круглой башне с ещё не заделанной трещиной, оставшейся после недавнего землетрясения, реяло пурпурное знамя с двуглавым орлом – наследие Ромейской империи. Теперь Феодоро – третий Рим. Так мечтал дед Алексей. А его внук, единственный законный владетель Феодоро, вынужден покинуть свою Родину. «Но я ещё вернусь!»– подумал княжич, и в ярости сжал кулаки.

Раздался стук копыт. Александр сразу узнал всадника. Это был Теодорик Вельц, наставник и друг.

– Приехал меня проводить?– спросил княжич у подъехавшего рыцаря.

– Приехал тебя сопроводить,– ответил Теодорик, легко спрыгивая с коня. – Базилевс Телемах перед смертью просил меня быть твоей тенью, как раньше ты был тенью моей.

– Но я вырос, и мне уже не нужен наставник.

– Может, тебе не нужен и друг?

Александр подошёл к Теодорику и обнял его.

– Я безумно рад, что ты едешь со мной.

     Неф медленно шёл вдоль побережья. Теодорик ушёл спать в каюту. Александр и Мария стояли на палубе и прощались с родной землёй. Мимо проплывали берега залива с невысокими холмами. Когда-то их склоны были обработаны, и херсонцы собирали богатый урожай винограда. Сейчас холмы заросли травой, диким кустарником, одичавшим виноградом. Но кое-где ещё были ухоженные участки, и жили люди в небольших прибрежных селениях под охраной княжеских галер.

Неф вышел из залива, оставив справа заброшенную Жёлтую крепость, которую построили поляки в противовес Херсону.

Быстроходная галера Константина ушла вперёд, и довольно скоро скрылась из вида.

– Ты знаешь, почему погиб Херсон?– спросила Мария, глядя на гигантские развалины далеко за кормой.

– Когда татары отобрали у Херсона земли, ему для выживания осталась только торговля. Но генуэзцы не желали иметь конкурента в торговле. А когда они в 1261 году помогли Палеологам вернуть назад Византийскую империю, захваченную в 1204 году западными рыцарями во главе с венецианцами и превращённую ими в Латинскую империю, то кесари практически отдали им Херсон на растерзание, хотя тот и был свободным городом. Генуэзцы сделали всё, чтобы погубить конкурента в торговле. Сначала Херсон разрушил хан Ногай. Потом, как многие подозревают, по наводке генуэзцев, мурза Едигей в 1399 году, разбив крымского хана Тохтамыша и союзных ему литовцев, заодно окончательно разрушил древний город. Ещё раньше наша семья вынуждена была оставить Херсон и создать новую страну из осколков его земель. Наш дед князь Алексей мечтал восстановить Херсон. Менее чем за триста лет наша семья поменяла три страны: Халдею, Херсон, и оказались на древней готской земле – Дори в хазарском Мангупе - городе, построенном хазарами, на месте готской крепости Дорос. Наши с тобой предки по отцовской линии давно породнились с готами, поэтому, история готов – наша история. Мы отстроили столицу заново и назвали её Теодорос – Господин Земли Дори, что созвучно с именем нашего славного предка – святого Феодора.

– Случайно созвучно?

– Не знаю! Вряд ли!

Вот уже и татарская Кача осталась позади. Александр сошёл с верхней палубы и лёг в выделенной ему маленькой каюте. Скрипели деревянные надстройки, убаюкивал шум моря за бортом.

     Его разбудили крики. Потом прозвучал сигнал «Приготовиться к бою!» Александр сорвал с переборки саблю и быстро взбежал по деревянному трапу на верхнюю палубу.

Капитан и Теодорик стояли на мостике и смотрели вдаль.

На горизонте Александр насчитал более тридцати парусов.

     – Кто это?– спросил он у капитана.

     – Зихи, княжич, пираты. Волчьей стаей прижимают нас к берегу, Ветер северный. Мы не сможем уйти, – сказал капитан, и повернулся к помощнику. – Пушки к бою приготовить!

     – Не надо стрелять, капитан. Я сам с ними поговорю,- сказал Александр.

     Капитан с изумлением посмотрел на молодого княжича, и возразил:

     – Извини, но это судно принадлежит господарю Молдовы и я, как капитан, за него отвечаю. Когда пираты приблизятся на сто шагов, я дам залп.

     – На тридцать, капитан. Сначала мне надо с ними поговорить. Орудиями ты их всё равно не остановишь. Даже если каждое ядро попадёт в цель и потопит одну лодку, то это всего десять. Перезарядить орудия команда не успеет. Зихи пойдут на абордаж, и неизвестно, кто тогда победит. Ты отвечаешь не только за  судно, но и за невесту господаря.

– Послушай княжича,– сказал Теодорик капитану.

     Пиратские лодки подошли почти на тридцать шагов. Александр взял в руку рупор и обратился к пиратам на незнакомом капитану языке. Гребцы на лодках тут же перестали грести, вслушиваясь в слова Александра. Когда он закончил, воинственные, одетые во всё чёрное люди на лодках что-то закричали на том же непонятном языке, стали размахивать саблями. Потом лодки развернулись и ушли в открытое море.

     – Что ты им сказал, княжич?– спросил капитан.

     – Я им просто назвал своё имя и имена моих родственников из черкесского княжеского дома Цымблаков. А мои родственники в Зихии – Черкессии весьма уважаемые люди. Да и кровная месть для адыгэ не пустые слова. Если бы мы шли под флагом Феодоро, они бы не стали нападать на нас. Феодориты в этих водах плавают без опаски.

     Когда Александр спустился на палубу, Мария сказала ему: