Ключи для влюбленных - Люси Гордон

И в другом письме:

Жди меня на следующей неделе. Не беспокойся, я никогда не оставлю тебя. Я придумал отговорку для Алисы, и она поверила мне. Если тебе удастся встретить меня в аэропорту, будет замечательно. Если нет, то я поеду в наше гнездышко и подожду тебя там.

— Я и правда ему тогда поверила, потому что слишком любила. — Алиса показала Драго дату на листе бумаги. — Оно написано незадолго до моего дня рождения. Мы собирались отметить его вместе, по Джеймс сказал, что ему предложили хорошую работу фотографа и он должен встретиться с работодателем. По возвращении он заявил, что только впустую потратил время.

— Вы ни о чем его не расспрашивали?

— Я никогда не вдавалась в подробности, так как полностью ему доверяла. Я и представить себе не могла, что он настолько презирает меня.

— Зато теперь вы можете презирать его, — в отчаянии сказал Драго. — Хоть такая, но месть.

— Да, — тихо произнесла она, чувствуя опустошение в душе, — вы, конечно, правы.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Драго принялся читать следующее письмо, при этом выражение его лица становилось все мрачнее.

Ты говоришь, что твой муж — тиран. Любовь моя, мне больно это слышать. Я считаю, что ты оказалась пойманной в ловушку, тебя запугали. Но скоро это закончится, я приеду и спасу тебя.

— Это ложь! — в ярости воскликнул Драго. — Я всегда хорошо относился и к ней, и к Тине, клянусь!

— Вы не должны убеждать меня в этом, — покачала головой Алиса.

— Как она могла так лгать ему?

— Она играла выбранную роль, желая разжечь чувства Джеймса.

Алиса взяла еще несколько конвертов. В каждом письме Джеймс и Карлотта обменивались нежностями. При мысли о том, что ее бывший возлюбленный явно питал сильные чувства к Карлот-те, Алиса испытала душевную боль.

— Мы прожили вместе десять лет, — сказал Драго. — До ее измены я считал себя счастливейшим из мужчин.

— И вы всегда были преданы ей, — произнесла Алиса так, будто утверждала это.

— Конечно, — с презрением бросил он. — Я никогда не предал бы ее!

Последние его слова прозвучали как крик о помощи. Она машинально потянулась к нему. Он сжал ее руку в своей ладони настолько сильно, что Алиса вздрогнула.

— Извините, — он отпустил ее руку, — я причинил вам боль.

— Ничего страшного, — солгала она.

— Может, черт с ними, с этими письмами?

— Нет, нужно довести все до конца. О худшем мы уже знаем.

И Алиса принялась читать вслух послание Карлотты:

Вчерашний вечер оказался замечательным. Жаль, что я не могу позвонить тебе. Мне хочется рассказать об одной тайне, но я должна видеть твои глаза.

— О какой тайне она говорит? — задумался Драго.

Алиса какое-то время молчала, потом продолжила:

Это лучший из подарков судьбы. Наш ребенок станет подтверждением нашей большой любви.

— Ребенок! — Драго напрягся.

Ошеломленная Алиса закончила чтение:

Любимый, не сомневайся, этот ребенок от тебя. С тех пор как мы встретились, между мной и мужем нет никаких отношений. Никто, кроме тебя, никогда не любил меня так сильно и уже не полюбит.

- Ублюдок! — Драго схватил письмо и начал быстро читать его, потом скомкал. — Я не могу поверить.

— Она сказала, что вы не жили с ней как муж и жена.

— Да, но… — он простонал. — За несколько месяцев до этого я сказал ей, что хочу второго ребенка, но она решила подождать. Мы поссорились, и она перестала подпускать меня к себе. Я пробовал помириться, но она отказывалась… Теперь я понимаю, что такая ситуация была для нее выгодна!

Драго с такой силой стукнул кулаком по журнальному столику, что тот треснул. Затем последовал поток крепких выражений по-итальянски. Алиса же тупо смотрела в пространство.

Алиса и Карлотта забеременели от Джеймса почти одновременно. Когда она ждала его на Рождество, намереваясь сообщить о ребенке, во Флоренции с такой же новостью его ожидала Карлотта.

Поднявшись на ноги, девушка подошла к окну. Спустя мгновение рядом оказался Драго.

— Извините, что заставил вас пройти через все это. Я не знаю, как загладить свою вину. Хотите, я ударюсь головой о стену? Накричите на меня, прокляните…

Она пожала плечами.

— Не о чем беспокоиться. Мы же знали, что они были любовниками.

Драго молча смотрел на Алису, на этот раз он не осуждал гостью за сдержанность, поскольку начинал постигать происхождение подобного хладнокровия.

— Одним предательством больше, одним меньше, — сказала она. — Год назад оба погибли. Все закончилось. Теперь вы понимаете, почему я запрещаю себе давать волю эмоциям. А сейчас я хочу лечь спать.

— С вами все хорошо? — спросил он, понимая, что его вопрос неуместен.

— Конечно, я просто устала.

— Пошел снег, а значит, ваши вещи могут задержаться в дороге. В шкафу есть кое-какая женская одежда, но она принадлежала Карлотте.

— Не беспокойтесь обо мне, — равнодушно проговорила девушка. — Мне ничего не нужно. Спокойной ночи.

Алиса направилась в спальню. Закрыв дверь, она какое-то время стояла, прислонившись к ней спиной, изо всех сил стараясь взять себя в руки.

— Все прошло, — тихо сказала она, — уже ничего не изменить.

Обхватив себя руками, Алиса добрела до кровати. Словно заклинание она принялась повторять, что у нее все в порядке. Затем приказала себе подняться и посмотреть вещи Карлотты, находящиеся в шкафу. Перебирая ее одежду, Алиса снова и снова внушала себе, что ее эмоции под контролем, но все оказалось бесполезно.

Достав из ящика комода ножницы, она вдруг принялась резать наряды Карлотты. Сколько это продолжалось, неизвестно. Остановившись, Алиса, будто придя в себя, посмотрела вокруг, увидела кучу искромсанной одежды и громко разрыдалась.

В ее комнату ворвался Драго.

— Алиса, что…

Увидев разрезанные платья своей покойной жены, он умолк. Под его пристальным взглядом Алиса швырнула ножницы в угол.

— Идите сюда, — скомандовал Драго.

— Не трогайте меня! — крикнула она, тяжело дыша.

Он протянул к ней руки, но Алиса увернулась от него и побежала к парадной двери.

— Вернитесь! — крикнул он, но ответом ему был только порыв сильного ветра. На улице началась снежная буря.

Выбежав на улицу, Драго принялся искать Алису. Спустя долгое время он наткнулся на что-то мягкое, уже успевшее покрыться слоем снега.

Алиса.

— Бог мой! — Драго опустился перед ней на колени. — Что же вы делаете!