Святой инстинкт - Арета Хэртнелл

— Извини, извини.

Она полулежала на траве, которая покалывала ее обнаженные ноги. По-видимому, Том вынес ее на руках с корта и до сих пор не выпустил из объятий. Как прекрасно чувствовать эти сильные и надежные руки! Будь у нее выбор, она бы осталась в их плену навсегда, слушала бы этот низкий голос, произносящий нежные слова… Веки Джейн дрогнули, и, открыв глаза, она встретилась взглядом с Томом, который склонился над ней так низко, что их лица почти соприкасались.

Он облегченно вздохнул и тихо спросил:

— С тобой все в порядке?

Почувствовав на лице теплое дыхание, плененная его близостью, она утвердительно кивнула.

— Да.

— Пожалуйста, извини меня. Я не хотел причинить тебе боль.

— Я знаю. — Почему она с такой готовностью прощает его? Ей следует хотя бы рассердиться, а вместо этого она лежит в истоме и благосклонно дарует ему прощение. Но ведь стоит ей проявить недовольство, и он выпустит ее из своих объятий, перестанет смотреть на нее с неописуемой нежностью.

— Все мое внимание было обращено на мяч, — продолжал корить себя Том. — Когда я заметил, что ты отвернулась, было уже поздно. — Он дотронулся до ее щеки. — Мне очень жаль. Ни за что на свете я не решился бы причинить тебе боль.

— Но ты рисовался на корте, — проворчала Джейн.

— Да, рисовался, — покаянно признал Том.

Он беззащитно улыбнулся, и сердце девушки наполнилось теплом, а грудь начала трепетно вздыматься. Это было то самое упоительное состояние, от которого перехватывает дыхание и надежду вновь пережить которое Джейн похоронила, когда распался ее брак. Неужели сейчас она действительно испытывает это восхитительное чувство? Происшествие на корте тому виной или причина в чем-то ином, более значительном?

Ее глаза жадно следили за лицом Тома. Она хотела как можно дольше наслаждаться давно забытым радостным бурлением крови.

— Ты очень хорошо играешь в теннис, — едва узнавая свой голос, сделала она комплимент.

Том долго не отвечал, его глаза тоже неотрывно смотрели в ее лицо. Казалось, он старается запечатлеть в памяти мельчайшие детали ее облика. Наконец его взгляд застыл на губах девушки. Срывающимся глухим голосом Том сказал:

— В колледже я был чемпионом.

Воцарилось долгое многозначительное молчание, они смотрели друг на друга, словно каждый, не имея до этого такой возможности, страстно мечтал насладиться внешностью другого. Джейн приоткрыла рот. Том сделал то же самое. Похоже, ее сердце готово выскочить из груди — или это бешено колотится его сердце?

Рука Джейн скользнула за воротник его тенниски.

— Том?

— Джейн…

Он все ниже и ниже склонял голову. Девушка безотрывно следила за его губами, они уже почти касались ее губ, она ощущала их вкус… Вот сейчас, сейчас…

Джейн почувствовала, как напряглись его мышцы, и услышала тяжелый вздох. Бессознательно пальцы Тома стиснули ее бедро, но он тут же разжал их, словно обжегшись. Резким движением он вскинул голову, порывисто вскочил на ноги, и Джейн очутилась на траве.

Том отошел к растущему поблизости дереву и прижался лбом к грубой коре ствола. Тяжело дыша и дрожа всем телом, он безостановочно бил себя кулаками по бедрам, всем своим видом напоминая человека, отчаянно пытающегося восстановить утраченный над собой контроль.

Испытывая безмерную обиду и разочарование, девушка поднялась с травы. Ей с трудом удалось устоять на ногах — полученная травма давала себя знать. Тупая боль пульсировала в ушибленной ноге.

— Что случилось, преподобный Уорбер? — тоном, полным сарказма, осведомилась она. — Неужели презираемая вами женщина чуть не ввела вас в соблазн? Небесам не угодно, чтобы вы целовались с таким мерзким созданием, как я?

Том резко повернулся, его голубые глаза метали молнии. Джейн заметила, что ему стоило неимоверных усилий спокойно произнести:

— Тебе лучше посидеть, пока не вернутся родители. Ты едва оправилась от обморока.

— А кто в этом виноват? Кому, как не тебе, знать, что кротость одна из главных добродетелей? Ты же во время игры просто распоясался. Теперь этот ужасный синяк не пройдет целый месяц.

— Никто его не заметит, если ты… — Похоже, он собирался сказать колкость, но вовремя взял себя в руки. — Если ты не станешь заниматься тем, чем занимаешься.

— Как ты проницателен! Я и без тебя понимаю, что несколько недель не смогу позировать.

— У тебя есть работа в галерее.

— Которая приносит лишь треть моих доходов. Я имею только комиссионные от продажи и целиком завишу от денег, получаемых за работу натурщицей.

— Ты могла бы демонстрировать одежду, — сорвался Том. — Но тебе это представляется слишком нудным, не так ли?

— Одетой я не выгляжу столь же эффектно, как обнаженной.

Похоже, это замечание еще сильнее разозлило его. Глаза Тома скользнули по ее фигуре, затем он быстро отвел их и вытер руки о свои белые шорты.

— Тебе лучше сесть, — нетвердым голосом повторил он. — Ты пережила шок.

— Как и вы, ваше преподобие. Ты только что показал себя таким же человеком, как и все.

— Я никогда не утверждал обратного.

— Разве, святой отец?

— Почему ты так разозлилась? Потому, что я не поцеловал тебя? Поверь, несмотря на сан, я ничем не отличаюсь от других мужчин. И я совсем не против поцелуев. Просто слишком эмансипированные и сексуально раскованные женщины мало меня волнуют.

Дикая ярость овладела Джейн, заставив вспыхнуть до корней волос.

— Не я заставила тебя лечь со мной на траву. Я очнулась и обнаружила, как ты нежно гладишь мой зад.

— Я… — Он запнулся и с трудом проглотил слюну. — Я не осознавал, что делаю. Тебе было больно, и я лишь… хотел понять, насколько серьезен ушиб.

— Ха! — вскинув голову, рассмеялась Джейн. — Ты еще и лицемер. Тебе это нравилось!

Неизвестно, чем закончилась бы перепалка, но в самый ее разгар приехали с рынка родители.

— Вы уже закончили? Кто победил? — крикнул Бен в открытое окно автомобиля.

— Я, — коротко и сухо ответил Том, помогая Джейн добраться до машины.

— Дорогая, ты хромаешь? — встревожилась Дорис, когда дочь тяжело опустилась на заднее сиденье.

— Да, хромаю. Том попал в меня мячом.

— Том? — Интонацией и взглядом Бен строго потребовал от сына объяснений.

— Случайно, — начал оправдываться тот, как нашкодивший мальчишка. — Она повернулась спиной, когда я подавал. От этого не умирают, не волнуйся, — пожал плечами Том, устраиваясь на заднем сиденье.

— Том! — рявкнул Бен.

— Мне пришлось спасать свою жизнь! — жалобно воскликнула Джейн.