Хризалида - RinoZ

и делегация имела здоровую смесь из магов, для поддержания щитов, разведчиков, для обнаружения хитростей, и солдат, чтобы удерживать линию в случае, если остальным будет необходимо отступить. Преодолев полпути к первым вратам, они крайне очевидным образом остановились и расположились. Действуя с огромной осторожностью, Кууланта сплела воедино связь разума и протянула её в сторону трио магов в группе Голгари.

[Приветствую вас от имени Колонии] формально начала она. [Я пришла прояснить, чего же именно вы хотите]

Все каменные люди долго что-то обсуждали между собой, прежде чем был послан ответ.

[Перерождённого муравья. Мы хотим, чтобы вы привели его сюда, дабы он мог выйти на дуэль с Высшим Клинком Бальтой. Высший Клинок желает своими собственными руками сгладить позор, который существо наслало на его дом]

Кууланта сильно опешила от подобного. Эти парни прошли весь путь, преследуя Старейшего? Ради чего? Какой-то придуманной обиды? Она не могла как-либо оправдать подобные действия, однако не позволила себе показать растерянность. Верная своему имени, она осталась спокойной.

[Когда вы упомянули 'перерождённого', вы имели ввиду члена нашей семьи, захваченного вашим народом? Большого? С сияющим панцирем?] Лучше будет удостовериться.

Ещё больше обсуждений.

[Именно так]

Хорошо, что подтвердили это.

[Вам же известно, что тот, кого вы упоминали, в данный момент вовлечён в сражение с вашими союзниками на другой стороне улья?]

[Известно]

…

[Будет непросто привести того, кого вы хотите, сюда в это место] высказалась Кууланта с преуменьшением. Там же битва идёт! они забыли об этом?

[Мы считаем, что перерождённый не пожелает смерти этой личности. Его зовут Гранин, и он довольно хорошо знал желанного нами монстра]

По всей видимости Старейший не захотел бы, чтобы этот Голгари погиб. Наверняка даже эти вторженцы не были такими глупыми, чтобы пытаться торговаться, если бы не были уверены приемлемости этих действий. С другого же коготка существовал крайне маленький шанс, что Старейший смог бы выйти из сражения с Легионом. Ощущая некоторую подавленность, Кууланта попрощалась и вернулась ко вратам к Слоан. Она быстро объяснила генералу ситуацию, которая заставила того на время задуматься.

«Нужно будет посоветоваться с теми двумя. Они могут знать что-то, что может помочь разобраться в этом.»

Глава 671. Осада (Часть 17)

Не понадобилось много времени, чтобы найти в пределах Колонии двух советчиков Голгари. Корун и Торрина взволнованно ждали новостей в комнатах Энид. Колония не желала позволять им двоим сражаться на первых рядах, несмотря на множество их просьб. В итоге сам Старейший был тем, кто отказал им, отправив эту парочку на чай и печенье с мэром, пока битва, определяющая их выживание, проходила без них.

Нет нужды говорить, что они были более, чем немного шокированы призыву ко вратам во время битвы, и ещё более шокированы по прибытии, узнав обстоятельства.

«Да во имя гранитных причиндалов моих праотцов!» Ругнулся Корун. «Этот глупый аристократ всерьёз пытается устроить дуэль чести против монстра здесь и сейчас?! С головой Гранина на кону? Это безумие!»

Торрина пристально уставилась на врата, будто бы её взгляда было достаточно, чтобы пронзить сотни тонн металла, что находились между ею и её наставником.

«Мы должны спасти его,» она обернулась к своему товарищу по троице, «мы не можем просто взять и оставить его там.»

Обычно холодную и отстранённую Торрину нигде не было видно, её заменила та, чьи глаза были переполнены страхом. В данный момент талантливая Формировательница будто бы понятия не имела, что она должна предпринять. Увидев такую перемену в ней, Корун затих, пока ломал голову в попытке найти решение.

[Должна вам сказать] обратилась к ним Кууланта, [в данный момент у нас нет намерений приводить сюда Старейшего для сражения с этим Голгари]

Корун опешил от того, насколько прямолинейным был с ним маг, однако он не мог поддержать их решение, когда на кону была жизнь его наставника.

[Я тебя уверяю] взмолился он, [Энтони бы не хотел смерти Гранина!]

Кууланта взглянула на него.

[Вероятно и не хотел бы] признала она, [однако пожелает ли Старейший пожертвовать сотнями его сестёр, чтобы прийти сюда и сразиться насмерть против противника с неизвестным уровнем силы? Это действительно в лучших интересах Колонии, забрать принятие решения у Старейшего и позволить ему сосредоточиться на битве, что происходит перед ним]

[Вот как теперь Колония относится к своим самым старшим членам?] Спросил Корун. [Вы контролируете Энтони и принимаете за него решения?]

[Не пытайся судить то, как мы относимся к членам нашей собственной семьи!] Обычно спокойный маг продемонстрировал свою разрастающуюся ярость через свой гневный тон, [Старейший сражается за выживание всего нашего вида. Чего стоит один Голгари, вне зависимости от того, кто он, по сравнению с этим?]

Как бы сильно он не хотел спорить, Корун не мог сказать Кууланте, что она не права. Он некоторое время боролся сам с собой, прежде чем его плечи не обмякли в поражении.

[Мы правда ничего не можем сделать?] Взмолился он. [Гранин так много сделал для Энтони. Это неправильно, что мы бросаем его]

Он посветлел, когда его поразила идея.

[Вы могли бы позволить пойти мне] сказал он, [возможно они бы приняли меня, как замену. Я мог бы обсудить всё с ними, или сразиться вместо Энтони]

Торрина старалась вслушиваться в разговор, с каменным молчаливым лицом наблюдая, как Корун старался вести переговоры с Колонией для спасения её учителя, но после этого она не могла продолжать молчать.

[Корун, тебе нельзя идти!] Заговорила она. [Тебя в первую же секунду зарубят!]

Её товарищ по троице сжал зубы.

«Ты не можешь точно знать этого,» громко высказался он, «я сильнее, чем ты думаешь.»

«Я знаю, что ты хорош, но это же Высший Клинок! В битве один на один у тебя нет и шанса. Если тебя убьют, то они убьют и Гранина, и тогда останусь лишь я.»

Бремя горечи единственной выжившей из троицы не было тем, что она желала нести, не тогда когда она могла спасти по крайней мере одного из тех, кто наиболее дорог ей в её жизни.

«Тогда что ты предлагаешь делать?» Шикнул Корун, его раздражение нарастало. «Они не получат Энтони, и если никто не выйдет, то Гранина можно считать трупом!»

«Пожалуйста, успокойтесь,» пронзил удручённость, что опустилась на двух Формирователей, новый голос. «Я возможно мог бы помочь в этом вопросе.»

Вне врат, Бальта быстро терял своё терпение.

«Когда они уже приведут зверя мне на убой?» Требовательно спросил он.

«Мы не знаем, Высший Клинок,» попытался скрыть своё раздражение и ответить с должным почтением Формирователь. Откуда ему было вообще знать?! Он же вёл тут переговоры с муравьями! Кто знает, как они на что реагируют!

Он ощутил облегчение, заметив новое шевеление у врат, гигантская, возвышающаяся муравьиная голова разделилась надвое, пока врата слегка распахивались, и появилась фигура. Это не был муравей, что разочаровывало, однако по крайней мере в их сторону была хоть какая-то реакция. Маг мог лишь надеяться, что этого было достаточно, чтобы смягчить настроение раздражённого аристократа, прежде чем тот начал вымещать его на них.

Бальта наблюдал за приближением отдалённой фигуры с прикрытыми глазами, высматривая каждую деталь, которую может подметить его взор. То, что он увидел, заинтриговало его. Это не был обычный посланник. Нечто в его движениях говорило о том, что он имел высокий уровень. В каждом шаге присутствовали уверенность и равновесие, которыми обладали лишь носители истинной силы. Насколько знал Высший Клинок, здесь с этими жалкими муравьями не должно быть никого подобного. Он воспротивился желанию склониться вперёд, чтобы лучше рассмотреть, дабы не показать своё любопытство, пока пытался собрать больше информации.

Собирать было особо нечего. Фигура была укутана в тёмную робу и будто бы не имела оружия, капюшон был поднят, чтобы скрыть её лицо, было невозможно даже определить расу или пол.

«Остановись там,» отозвался Формирователь, когда загадочная персона оказалась в менее, чем двадцати шагах. «Покажи себя и поясни свои намерения.»

Фигура не дёрнулась, чтобы опустить свой капюшон, пока