Мировой ядерный клуб. Как спасти мир - Яков Иосифович Рабинович

самого маленького котла уранового нужны были десятки тонн чистого урана, а в распоряжении лаборатории № 2 имелись лишь несколько килограммов этого металла. В те годы урановая руда нигде на территории СССР не добывалась. Геологическая разведка урана уже развертывалась, но быстрых решений не могло быть. В Европе, как было известно, уран для немецкого проекта добывался в Болгарии, Чехословакии и в Восточной Германии. Болгарские рудники были взяты под контроль в начале 1945 г., почти сразу после освобождении Болгарии. Но болгарская урановая руда была бедной, и обогатительных комбинатов здесь не было. Урановые рудники в западной части Чехословакии и в Саксонии подвергались разрушению американской авиации. Делалось все возможное, чтобы помешать германским атомщикам создать атомную бомбу и применить ее на завершающем этапе войны. После высадки союзных войск в Европе в США была создана особая группа «специального назначения», так называемая Alsos Team, в задачу которой входил захват на территории Германии любого оборудования, связанного с урановым проектом, а также немецких запасов урана и тяжелой воды. Эта же группа осуществляла арест и депортацию в Англию немецких ученых-атомщиков. В результате активных действий американского атомного «спецназа» в первые месяцы 1945 г. в Германии были разобраны и отправлены в Англию два немецких экспериментальных урановых реактора на тяжелой воде. Один из этих реакторов находился возле Лейпцига в будущей советской зоне оккупации.

Как всегда, с опозданием наши советские специалисты прибывали в стратегически важные районы Германии, где производились ракеты Фау-1 и Фау-2, а также с опозданием прибыла группа собственной трофейной «урановой команды» НКВД и ученые Лаборатории № 2. Группа ученых атомщиков, знающих немецкий язык, в сопровождении офицеров НКВД, возглавлявшаяся заместителем наркома НКВД Авраамием Павловичем Завенягиным, прибыла в Берлин в середине мая 1945 г., уже после капитуляции Германии. В состав группы входили физики Флеров, Кикоин, Харитон, Арцимович и другие. Все они были в форме полковников Советской армии. Им частично повезло, что как раз в это время в Берлине был главный немецкий эксперт по производству чистого металлического урана профессор Николаус Риль (Nikolaus Riehl), который добровольно согласился помогать своим советским коллегам. Этот специалист высокого класса родился в 1901 г. в Санкт-Петербурге в семье немецкого инженера фирмы «Сименс», которая сотрудничала с российскими энергетическими компаниями. Риль жил в России до 1919 г. и свободно владел русским языком, прекрасно знал где в Германии находятся основные атомные объекты, а также сырье, основные компоненты необходимые для производства атомного оружия. Риль повез советских ученых в Ораниенбург (Огаnienburg), город к северу от Берлина, где находился главный завод Германии по производству чистого урана для реакторов. Когда группа ученых прибыла на место, то воочию убедилась, что за несколько недель до окончания войны завод был полностью разрушен американскими бомбежками. Это было сделано целенаправленно, когда стало известно, что этот завод стратегического значения, как и город попадают под советскую зону оккупации; американской разведке было известно, чем этот завод может быть полезным в разработке советскими учеными атомного проекта. Поврежденные остатки заводского оборудования, тем не менее, демонтировались и отправлялись в СССР, уже хотя бы было четкое представление о принципе получения чистого урана, столь необходимого для реакторов.

С помощью расспросов Кикоену и Харитону удалось все же найти склад уранового сырья, оксида урана в другом городе. Там оказалось почти 100 тонн оксида урана. Еще 12 тонн урана было найдено в другом городке. Вслед за удачными находками необходимого сырья для реакторов удалось найти общий интерес с немецкими специалистами. В Москву были отправлены Николаус Риль с семьей, и несколько опытных инженеров немецкого уранового завода. Они поехали добровольно, в Германии им делать было нечего. В июле 1945 г. специалисты, которые прибыли с Германии во главе с Николаусом Рилем приступили к переоборудованию завода «Электросталь» в Ногинске Московской области в урановый завод. Работа проводилась в ускоренном темпе, все необходимое оснащение исполнялось без особой задержки, вне очереди. И уже в конце 1945 г. здесь началась переработка оксида урана в чистый металлический уран. Первые партии литого металлического урана стали поступать в Курчатовскую лабораторию в январе 1946 г. и шли на сборку уран-графитового экспериментального реактора.

Во время переоборудования завода «Электросталь» зону завода сразу превратили в своего рода обнесенную колючей проволокой концлагерь. Немецкий профессор Николаус Риль в своих воспоминаниях, опубликованных в Германии в 1988 г., объясняет без всякого удивления, что колючая проволока была нужна, «чтобы строительные рабочие, занимавшиеся переоборудованием завода, не могли покидать его территорию… Эту работу выполняли в основном заключенные, преимущественно советские солдаты, вернувшиеся из немецкого плена. По возвращению на родину их встречали не цветами и танцами… Вместо этого они получили несколько лет заключения за то, что проявили трусость на поле боя».

Переоборудованный завод «Электросталь», который перерабатывал оксиды урана в чистый металлический уран, стал известен в НКВД под кодом «Строительство-713» – это был один из первых «островов» атомного ГУЛАГа. Число заключенных, обслуживающих завод, в 1950 г. достигло 10 тысяч человек. Если в американском атомном проекте участвовало 125 тысяч человек, то в советском было занято втрое больше. К 1950 г. число людей, вовлеченных в атомный проект превысило 700 тысяч. Больше половины из них составляли заключенные, треть– военно-строительные части МВД. Только около 10 процентов приходилось на вольнонаемных, свобода передвижения которых была, однако сильно ограничена. Для ускорения работ для заключенных и вольнонаемных рабочих был установлен 10-часовой рабочий день. Не всякий мог выдержать такую нагрузку, при довольно скудном питании и неимоверном трудовом напряжении.

Для осуществления столь важной для обороны страны задачи необходимы были знающие высоко эрудированные специалисты тогда отдельно от уже работавшей группы Николауса Рыля команда Завенягина заключила контракты в Восточной Германии еще с двумя группами немецких ученых. Одну из них возглавил знаменитый физик Густав Герц (Gustav Hertz), получивший в 1925 г. Нобелевскую премию. Другую возглавил Манфред фон Арденне (Manfred von Ardenne). В состав этих групп входили известные и малоизвестные физики и химики. Для них были созданы нормальные условия для жизни и творческой работы. Перед каждой из групп были поставлены конкретные задачи. Главной задачей для каждой из групп были разные методы разделения изотопов урана-235 и урана-238. Для осуществления поставленных задач для этих ученых были созданы специально оснащенные необходимым оборудованием институты на берегу Черного моря возле Сухуми. Сложность осуществления поставленной задачи требовали все новых исследовательских проблем. С этой целью несколько позже был создан еще один немецкий институт для радиохимических и радиобиологических исследований. Всего в СССР с 1945 по 1955 г. работало в урановом проекте около 300 немецких ученых и инженеров.

Какова же была структура руководства в осуществлении атомного проекта? Согласно Постановлению ГКО № 9887 от 20 августа 1945 г. была