Мировой ядерный клуб. Как спасти мир - Яков Иосифович Рабинович

«И счастлив тот, чей путь судьба однажды верно обозначит…». В Геттингене, под руководством будущего нобелевского лауреата М. Борна, Роберт блестяще защищает докторскую диссертацию, вместе со своим учителем разрабатывает сверхноваторскую теорию взаимодействия свободных электронов с атомами, создает теорию двухатомных молекул – и возвращается в США уже известным ученым. Двадцатипятилетнему физику делают лестные предложения лучшие университеты запада и востока страны, но Оппенгеймер принимает решение в пользу менее оплачиваемых, но более перспективных должностей в Технологическом институте и Калифорнийском университете, где создает новые лаборатории и читает первый в американских вузах курс квантовой механики. И одновременно делает первые расчеты теории нейтронной звезды, обосновывает наличие пока еще никем не открытых «черных дыр» в Галактике. При всем этом молодой физик не остается аполитичным: женитьба на «красной идеалистке» Джин Тэтлок вполне соответствовала его собственным взглядам. Роберт явно симпатизирует испанским республиканцам, делает пожертвования некоторым коммунистическим организациям. Правда, оставаясь верным левым убеждениям, «штатным» коммунистом он так и не стал, чему была несказанно рада Китти Харрисон, его вторая жена. Шел 1939 год. В Европе уже началась Вторая мировая война. Гитлер не скрывал ни своих планов по достижению мирового господства, ни того, что намерен добиваться этого любой ценой. Осенью того же года по личному требованию фюрера В. Гейзенберг, О. Ган, К.-Ф. Вайцзеккер и ряд других крупнейших немецких физиков объединяются в «Урановое общество» и к лету 1942 г. экспериментально доказывают осуществимость контролируемой ядерной реакции. США, Англия и СССР лучшие других понимали значимость этого факта для стран антигитлеровской коалиции и всего мира: ведь в руках нацистов уже были захваченный в Бельгии урановый концентрат и завод тяжелой воды в Норвегии. К тому же в немецком Ораниенбауме фирма «Аэругезельшафт» уже начала производить металлический уран.

Первым забили тревогу англичане: кабинет министров страны срочно финансирует предложенный немецкими учеными-эмигрантами проект «Трубный сплав» по скорейшему созданию английского ядерного оружия. Почти в это же время на рабочий стол президента Соединенных Штатов легло письмо А. Эйнштейна и Л. Сцилларда о том, что имеющийся у нацистской Германии уран действительно может стать исходным материалом для изготовления оружия массового уничтожения. Поддержанный Великобританией, Рузвельт тотчас же санкционирует создание собственного атомного оружия, берет это дело под личный контроль и поручает директору радиационной лаборатории Калифорнийского университета Э. Лоренцу немедленно приступить к созданию американского атомного проекта. И, хотя Лоренц долго не решается включить придерживающегося левых взглядов Оппенгеймера в число будущих атомщиков, Роберт старательно рассеивает эти сомнения и вскоре назначается научным руководителем сверхсекретного проекта «Манхэттен». В расположенный на пустынном плато штата Нью-Мексико крохотный Лос-Аламос съезжаются лучшие физики XX в., американцы и эмигранты, – Ферми, Сцилард, Лоуренс, фон Нойман, Бор, Понтекорво – более десятка настоящих и будущих «нобелевцев». Демонстрируя Белому дому свою лояльность, Оппенгеимер ставит во главе теоретиков проекта известного своими антикоммунистическими убеждениями талантливого профессора Эдварда Теллера. В Лос-Аламос из Англии был приглашен и чудом эмигрировавший из нацистской Германии известный физик Клаус Фукс. (О том, что Фукс был связан с коммунистами, Оппенгеимер предпочел умолчать.) К марту 1943 г. недавний пансион для мальчиков превратился в строго охраняемый и сверхзасекреченный научный центр, пределы которого запрещалось покидать каждому из 40 тысяч его сотрудников. Охрана была приставлена и к самому Оппенгеймеру. Работа над атомной бомбой шла днем и ночью.

Вопросом создания ядерного оружия занялся и Советский Союз, с 1941 по 1945 гг. получавший необходимые данные от завербованного НКВД британского дипломата Маклина, а также и от ненавидевшего нацистов Фукса, сотрудничавшего с советской резидентурой в Лондоне, а потом и во время работы в американском Лос-Аламосе – через советских резидентов Зарубиных.

В то же время, возникшее в Лос-Аламосе открытое противостояние между Оппенгеимером и Теллером привело к тому, что последний был фактически отстранен от работы. Оскорбленный Теллер начал срочно собирать компромат на своего недавнего начальника, а в это время к Оппенгеймеру и его коллегам настойчиво искали пути очередные советские резиденты. Особенно привлекал их тот факт, что, будучи ярым противником нацизма, Оппенгеимер всячески старался избежать монополии одной (даже своей) страны на атомное оружие. Спустя некоторое время один из руководителей советской военной разведки генерал Судоплатов и его коллега по военно-технической разведке генерал Квасников напишут, что «в традиционном смысле Оппенгеймер, Ферми и Сцилард не были нашими агентами. Агентами назвать их было нельзя». Однако тот же Судоплатов в своих мемуарах совсем не случайно отметил, что сотрудники ЦРУ, работавшие весной 1942 г. с попавшими в их руки секретными архивами ЦК КПСС, неожиданно обнаружили материалы Коминтерна о связях Оппенгеймера с членами законспирированной ячейки Компартии США. Сопоставив все эти факты, окончательный вывод сегодня сделать нетрудно…

Что же до происков Теллера, то они оказались небезуспешными. В 1943 г. с его подачи армейская контрразведка США рекомендует отстранить Оппенгеймера от руководства, настойчиво упоминая о своих подозрениях в связях ученого с левыми кругами. Однако в августе Оппенгеймер выбивает у Теллера почву из-под ног: неожиданно сам сообщает представителю ФБР имена лиц, которые, по его мнению, могли быть коммунистическими агентами в его лаборатории. В это же время английские ВВС и норвежские подпольщики уничтожают немецкие запас тяжелой воды, что сразу же вывело нацистскую Германию из гонки за обладание атомной бомбой. И все же США и Великобритания работу над созданием атомного оружия продолжили. В марте 1944 г. Вашингтон уже начинает планировать первое испытание американской атомной бомбы (проект «Тринити»).

Атомная эра человечества началась уже после победы над нацистами, когда 16 июля 1945 г. на полигоне Аламогордо в Нью-Мексико состоялось первое в истории испытание атомного оружия. На участке диаметром 1,6 км было уничтожено все – живое и неживое. Но США готовили гораздо более страшное действо: чтобы доказать миру свое превосходство, Гарри Трумэн сменивший неожиданно скончавшегося Рузвельта, с согласия Англии, а также своих политиков и ученых, включая самого Оппенгеймера, отдает приказ бомбить и без того уже разгромленную Японию, 6 августа сброшенная с бомбардировщика «Энола Гей» единственная атомная бомба с издевательским для своего предназначения названием «Малыш» сжигает 200 тыс. мирных жителей Хиросимы. Через три дня такая же участь постигает жителей Нагасаки. На фоне этого огненного кошмара последовавшая 15 августа окончательная капитуляция Японии прошла почти незамеченной.

Невзирая на поздравления Трумэна, потрясенный масштабами трагедии Оппенгеймер уходит со своего поста. «Я чувствую кровь на наших руках», – через год скажет он Трумэну при встрече. «Не беспокойтесь, все пойдут в