Легенды Абалака - Людмила Вячеславовна Федорова

Василиса Премудрая Илью обняла, изумрудными глазами ласково посмотрела на всех и ответила:

– Ладно, Светлана, бывает, не казни себя, не кори зазря, хорошо, что Господь помиловал, живы все, мы сами не ожидали, что так они далеко в жестокости зайдут. Давайте лучше все думать, как можно справиться, одолеть Ставра и Василису Микулишну…

Алёша Попович голубыми глазами весело блеснул и предложил:

– А в чём проблема? Почему мы такую наглость терпеть должны? Я и Илья возьмём по мечу хорошему, кольчуги с шеломами наденем и сразимся со Ставром Годиновичем и Василисой Микулишной!

– Да, конечно! И сразу же оба в рай отправитесь, оставив Василису Премудрую и Светлану вдовами! – недовольно произнёс, нахмурившись, Дедушка Мороз – Нет, не одолеет Ставра Годиновича и Василису Микулишну никто, кроме Настасьи Микулишны, младшей сестры жены Ставра. Равной ей ни богатырши, ни богатыря никогда не было и не будет на земле русской, ибо силушка её не в оружии диковинном, ни в силе физической, выглядит она обыкновенной стройной девицей милой. Но за доброту души её дал ей Бог особый дар: если выпьет она три ушата святой воды, то непобедимой становится…

Василиса Премудрая, Снегурочка и Светлана одновременно плечами пожали с вытянутыми лицами и спросили:

– Дедушка Мороз, а почему же никто не видел ни разу Настасью Микулишну?

Дедушка Мороз сел на стул резной деревянный и стал объяснять:

– Дело в том, что старшая сестра, Василиса Микулишна, Настасью невзлюбила люто, и, когда отошёл ко Господу их отец, купец богатый Микула, Василиса Микулишна стала над сестрой всячески издеваться: и словами бранными обидными оскорбляла, и работу грязную всю поручала, и по лицу светлому била, и за косы светлые таскала, и на холод в рубахе с сарафанчиком выгоняла. И так было, пока Василиса Микулишна замуж за Ставра Годиновича не вышла, только тогда сестру на волю отпустила. От обиды, горя, одиночества и страха закрылась тогда Настасья в крошечной избушке-лачужке на краю Абалака и старается не выходить лишний раз оттуда…

– Бедная Настасья! Пойдёмте просить её сражаться с Василисой Микулишной, и будем помогать ей жизнь заново наладить, чтобы ту боль, ту обиду и страх забыла она… – изрекла Светлана и с Дедушкой Морозом пошла к избушке Настасьи…

Подошли к махонькой избушке, Дедушка мороз в дверь постучал и басом произнёс:

– Настасья прекрасная, Настасья-Настасья, двери гостям отвори, да гостей в избушку-лачужку пусти…

Дверь отворилась и на пороге появилась девица красная со светло-русыми косами, глазами большими серыми, в рубашке светло-голубой с золотым крестиком нательным, с украшением на лбу цветочной повязкой из бисера, а ногах лапти простые.

– Здравствуй, Настасья Микулишна, поговорить мы пришли с тобой… – произнёс Дедушка Мороз той девице.

– Что ж, проходите, Дедушка Мороз, садитесь за стол, уж не обессудьте, что угощение простовато, что Бог послал. Да и женщина, что с вами, пусть проходит, присаживается, познакомите нас, кто такая… – достаточно приветливо, но без тени радости или улыбки ответила Настасья.

Светлана шубку расписную сняла, вошла вместе с Дедушкой Морозом в горницу, тихо села за стол и осмотрелась. Да, убранство горницы скудное было: лубочные иконы Христа, Богородицы и Святой Троицы в красном углу, стол со стульями самые простые деревянные, лавка, накрытая простынкой, печка русская, а в самом углу большой кованый сундук и большой ушат.

Поставила Настасья на стол Светлане и Дедушке Морозу кашу гречневую с салом да хлеб с маслом со словами:

– Угощайтесь, гости дорогие, да говорите, за каким таким делом пожаловали вы ко мне…

Дедушка Мороз броду седую длинную поправил и начал речь:

– Настасья Микулишна, ты, наверное, слышала, знаешь, что сестра твоя старшая, богатырша Василиса Микулишна с мужем Ставром Годиновичем всякое зло и обиду жителям Абалака давно творят, а сейчас совсем, разбойники окаянные , распоясались, хотят погубить царицу Василису Премудрую с царём-богатырём Ильёй Муромцем и самим править Абалаком сказочным. Ты, зная и сестру, и мужа её, понимаешь, что ничего хорошего они не сделают, а только горе всем принесут. Ты – самая сильная из богатырей на всём свете белом, никто, кроме тебя их не одолеет, не победит, не приструнит. Вот, и я, и Светлана, богатырша, жена Алёши Поповича, о которой ты, может, слышала, что она семь лет назад Марью Моревну одолела в бою и изгнала, пришли просить тебя от имени всех жителей сказочного Абалака: выпей три ушата святой воды и сразись с сестрой и мужем её в бою честном…

Светлана скромно отвела взгляд глаз светло-зелёных, кокошник чуть-чуть на лоб сильнее надвинула, а Настасья послушала всё это, молча, без звука единого, откинула за спину косы светло-русые, и со скорбью в глазах серых ответила:

– Ой, нет, нет, нет, не просите даже, не хочу, не могу, не буду. Да, я знаю о задумках недобрых сестры моей, слышала я и о Светлане и её победе над Марьей Моревной, но вот пусть Светлана и идёт сражаться, а я сказала: нет! Не могу я, Василиса – сестра моя, не по-христиански это будет. Да и я её и боюсь ужасно, до дрожи, и обижаюсь сильно, что так жестоко она со мной обращалась, и била, и на мороз босиком выгоняла, и работой чёрной тяжёлой загружала, в, общем, так не люблю её, что и видеть, и вспоминать-то имя её не желаю! Нет в моей жизни её сейчас, и слава Богу!

Светлана с мольбой во взгляде и на лице обратилась к Настасье:

– Да, все понимают, тяжело забыть, пережить унижения такие, очень тяжело идти на бой с сестрой, но, неужели ты подведёшь всех, оставишь в беде? Не по-христиански не с сестрой-разбойницей сразиться, а не по-христиански бросить нас в такой беде! Только ты можешь ведь победить этих злодеев двух! Мы все умоляем…

Настасья бисерное украшение поправила, глаза закрыла и твёрдо ответила:

– Прекратите уговаривать меня! Не хочу, не могу, я объяснила, почему. Да и не обязана я вам свои чувства выкладывать, как на исповеди. Раз сказала «нет», значит, нет!

– Но, Настасья, милая, послушай меня, человека пожилого и мудрого… – начал Дедушка Мороз, но Настасья прервала его тем же тоном:

– Я сказала нет, значит, нет! У вас ещё есть другие дела или разговоры ко мне? Нет? Значит, идти можете, долго здоровьица вам, не обессудьте!

Дедушка Мороз и Светлана встали, поблагодарили и пошли в терем Василисы Премудрой и Ильи. Светлана немного задержалась на пороге избёнки и слышала, как зарыдала Настасья.

«Мдаа, тяжёлый случай, ведь она действительно могла бы всех спасти, но она не решиться идти в бой, просто потому что сестра её так запугала когда-то…».

Пришли в терем Дедушка Мороз и Светлана несчастные, а им навстречу выходят