Хранители Академии. След Чайки - Броня Сопилка

И я жду, затаив дыхание, что девушка откроет свои неземные глаза и снова позовет меня. Но, под моим взглядом она – осыпается пеплом.

И пеплом осыпается мое сердце…

«Понимаю твою боль, – шелестит в голове грустный шёпот. – Ей тоже было очень больно, но она знала, с кем и с чем столкнулась. Как печально для неё закончился поиск Легендарной любви. Впрочем, с ним всегда так. Творец не любит, когда нарушают его законы».

– Кто или что ты? – решаюсь спросить я.

«Я отнятый тобой её хранитель, я – её последний дар тебе».

– Дар?.. Но разве достоин её даров я? Её убийца…

– Но разве достоин её даров я? Её убийца…

«У каждого свои недостатки», – философски замечает голос в голове, и Лина с удивлением узнает в нём ворчливые интонации Лисса.

Видение померкло, острота ощущений притупилась, Лина удивленно поморгала, и потянулось рукой к затылку – задумчиво почесать. Рука прошила голову – и от неожиданности девушка и вовсе села. Одним сознанием.

Встряхнулась и огляделась по сторонам. Хранители подозрительно молчали, ей тоже не особо хотелось говорить. Точней, не то, чтобы не хотелось, просто мыслей и вопросов было слишком много, и на некоторые, похоже, она могла ответить и сама. В памяти всплывала новая – или же верно сказать: очень и очень старая? – информация.

Расследование Тафин Сой-Садоро всё-таки провел. Повторное и доскональное – первое оказалось слишком поспешным, хотя все улики были на лицо: беснующаяся ведьма, демоническая тварь, ненависть толпы и много, очень много трупов. Чего ещё нужно для скорого приговора? И всё же девушка, которую он сжёг как ведьму, не была ею.

По крайней мере, изначально.

Откуда она взялась, выяснить не удалось, зато было ясно как день, что она лекарь, она вылечила уйму народа и советовала излеченным уходить из города, говоря, что для жизни эта местность не пригодна. Впрочем, тут целый мир становился всё менее пригодным для жизни.

Та женщина, которую изначально он счёл околдованной (её звали Анкарин), оказалась одной из первых излеченных и покинувших вместе с детьми гиблое место. Она снова вернулась в город, приведя с собой нескольких друзей поклониться Святой, а тут – костёр. Анкарин, не задумываясь, бросилась к инквизиторам в попытке остановить этот ужас. Смело, но глупо. Если бы здесь был не Тафин со своей группой, а любой другой инквизитор Пресветлого, последовательницу ведьмы сожгли бы рядом, не разбираясь. Хотя, насчет глупости, Тафин ошибся, Анкарин была готова пойти на костер вместо своей святой, или вместе с ней, и даже принести жертву, такую же, как она. Она ещё долго требовала себя сжечь, чтобы хоть немного очистить мир и исправить то, что они натворили, но потом получила предложение получше. Какое – Лина не вспомнила, решила, что уточит у хранителей.

Позже, когда весть о чудесном очищении города разнеслась по округе, сюда потянулись и другие люди, вылеченные колдуньей-лекаркой. Да и просто люди. Они опасливо поглядывали на инквизиторов, но подходили к месту сожжения святой и возносили благодарственные молитвы.

Молитвы не Великому и Многомудрому Пресветлому, а Святой Сигалин, и инквизиторы этому не препятствовали.

Голос в голове Сой-Садоро назвал его ведьму иначе, чуждым именем, не прижившимся в народе, и Тафин оставил его для себя. Святая Сигалин стала спасительницей Прометиды. А Сигаалль, чудесная и неповторимая, – его наваждением, мечтой и целью поиска в веках. И он чувствовал, а может это нашептывал таинственный голос, что ему придется выйти за границы привычно бытия, чтобы найти её.

Но пока у него осталось много дел в Прометиде – свергнуть Пресветлого, не по праву назвавшегося богом, и прекратить безумное осквернение мира. И отомстить, отомстить за эту дикую ошибку, ибо только месть могла утишить боль выжженного сердца.

– Неслабые планы, однако, зародились у нашего Тафина, – отметила Лина задумчиво.

«Угу», – согласился Лисс.

– И как? Воплотил?

«А то! Чуть сам богом не заделался, вместо Пресветлого! – воодушевленно заявил Лисс, а Тани добавила голосом зомби:

«Но умер вовремя».

– Не поняла…

«Ай, это долгая история, – заюлил лис-хранитель, словно ему на хвост наступили. – И раз уж ты не вспомнила её, то не стоит тебе о ней и знать. Главное, что мерзавца этого Таф изничтожил, а что сам при этом помер – это уже не важно. И даже полезно. К тому же с ним оставались мы, а с нами не пропадешь».

Невидимая Тани устало вздохнула, явно закатывая глаза.

«По-моему, кто-то нахватался хомячьих замашек», – пробормотала она.

– Так, стоп! – Лина вспорхнула сознанием под потолок, едва не прошив его насквозь. На тело, оставшееся внизу, даже не посмотрела. – Вы? Зачем вы? Вы оба?

«Ну, Лин! – возмутился Лисс. – Ты порой просто непробиваемо тупишь, честное слово. И ладно ещё – раньше, но сейчас, когда с тобой двойная доза таланта!»

«Она не хочет в это верить, что непонятного? – вступилась за хранимую Тани. – Она даже предпочла его глазами смотреть, чтобы не прочувствовать снова. И, пожалуй, лучше бы она совсем не вспоминала».

– Это была я? Это всё-таки была я… я и Фил, наша первая встреча.

«Яркая вышла встреча, ага. Ой!.. – похоже, призрачный Лисс схлопотал призрачный подзатыльник. – Ой, хватит тут трагедь разводить! Что было, то было, и даже не они виноваты, это всё шуточки Каверзного».

«Не шуточки, а закон, и ты допрыгаешься! Вот обратит он на тебя внимание и превратит нас в пыль первозданную».

«Тоже вариант – никаких тебе забот и поисков, знай, кружись в пустоте бесконечности, и не надо париться с этими… ыы…мм»

На сей раз кое-кому закрыли рот. Лина вернулась в тело и прочистила горло – возня хранителей насторожено утихла – и заявила. Не вслух, благо, – мысленно, но со всей строгостью, на которую была способна:

– Так! Если вы сейчас мне всё-всё не расскажете, я сама вас в пыль превращу! 

Картину прошлой жизни скиталицы Сигаалль более-менее удалось восстановить через час. Что-то Лина вытрясла пинками и угрозами из хранителей, что-то вспомнила видениями.

Не спроста Тафин Сой-Садоро, бывший инквизитор Пресветлого и будущий его убийца, не смог выяснить, откуда пришла Сигаалль. Для легенды Святой Сигалин её происхождение стало прикольным бонусом: