Владыка Зазеркалья - Илья Романов

Всё это походило на гонку. Враг впереди на несколько шагов, за ним преимущество внезапности, но теперь предатели будут понимать один простой факт — я иду за ними и в следующий раз подготовлюсь лучше.

Наша колона без проблем проехала укрепления военных, которые пропустили нас без досмотра и всего прочего. Хватило того, что водитель головной машины предъявил документы с печатью Совета. Люди не знали, кем являлись вампиры и Агилар в частности, но номера машин и печать Совета сделали всё, что нужно.

Разрушенные здания резко сменились аккуратными улицами, чистыми дорогами и парками. Люди здесь тоже пребывали в суматохе, полицейских хватало, но ни о какой панике речь не шла. Беда миновала их, чего не скажешь о большей части города. Марсель придётся очень долго и упорно восстанавливать.

В богатом квартале, где и находились поместья и особняки эмигаратнов, было относительно тихо. Те разумные, что пытались разобраться в ситуации, выходили на улицу и провожали нашу колону обеспокоенными взглядами, но никто не пытался выбежать на дорогу и остановить.

— Слишком тихо, — осматриваясь по сторонам, произнёс Агилар, когда мы прибыли в точку назначения. Вампиры покидали машины и рассредотачивались по периметру одинокого, очень богатого трёхэтажного особняка. Шараз любил роскошь и уединение. Князь повёл носом, принюхавшись к обстановке, а затем добавил: — Пахнет кровью.

Держа ладонь на рукояти Предвестника, я сделал несколько шагов вперёд и остановился. У Высшего Вампира обоняние в разы сильнее моего, но и мне удалось уловить витающий в воздухе запах железа.

Кованые ворота, украшенные замысловатым рисунком, были закрыты. За кирпичными стенами виднелись садовые деревья, да и весь особняк с первого взгляда был… спокоен. Вот только где охрана? Гвардия не дежурила у ворот, нас никто не встречал.

После ритуала очищения мой источник дышал на ладан, нужно было дать ему «остыть», чтобы впоследствии не было сильного отката. Мне и так после того, как найду Лису и вернусь в Милитариум, нужно будет хорошо отдохнуть. Поэтому пойду старым путём, проверенным.

Предвестник с шелестом покинул ножны. Агилар позади меня отступил на шаг, а ближайшие вампиры быстренько разошлись в стороны.

Одного короткого, едва заметного взмаха хватило с лихвой. Меч напоролся на невидимую преграду и разрезал её, словно бумагу.

Тихий хлопок ударил по ушам, будто лопнул большой мыльный пузырь, после чего перед нами предстала совсем иная картина.

— Иллюзия, — сплюнул в раздражении Агилар. — Ненавижу иллюзии.

Никак не комментируя его слова, у вампиров и правда были проблемы с иллюзиями, я двинулся вперёд. Сквозь ворота, обагрённые кровью. Их будто тараном выбили, одна створка валялась на земле, а вторая висела на верхней петле.

Весь внутренний двор особняка был усеян трупами гвардейцев. Десятками разорванных в клочья тел, лишь часть из которых хоть как-то сохранилась. Но и этим счастливчикам не особо повезло. Их кожа — бледный пергамент, распахнутые глаза поглотила серая пелена, лица застыли в гримасе ужаса, а распахнутые рты в немом крике. Кровь уже успела высохнуть, образовав застывшие лужи.

Вампиры рассредоточились и принялись осматривать трупы, но я и так знал, что их убило. Как знал и Агилар.

— Здесь была Ламия, — презрительно скривился мой старый друг. — Я думал эти твари все сдохли.

— Как видишь — не все, — невозмутимо произнёс я, осматривая место бойни.

Мозаика постепенно складывалась. Теперь стало понятно, кого я заметил возле печати в гольф-клубе. Ламии, разумные создания, являющие собою нечто между человеческой женщиной и змеей в истинной ипостаси, были мастерами иллюзий. Опасные и хитрые, а также очень сильные.

По природе своей они чем-то походили на суккубов, но если демоницы лишь частично забирали жизненную силу у своих жертв во время… определённых действий сексуального характера… то вот Ламии выпивали свою добычу досуха и способ этот в корне отличался. Я насчитал около тридцати с чем-то трупов, среди которых порядка десяти представляли собой бледных мертвецов. Неплохо эта тварь здесь отъелась.

Поместью Советника тоже досталось. Левая часть дома была разрушена, будто здесь прошёлся торнадо и слизал часть крыши со стенами. Окна выбиты на всех трёх этажах, но это понятно — крик Ламии не сильно уступал той же Банши. Эти существа глушили своих жертв, обманывали иллюзиями, а затем терзали плоть и выпивали жизнь.

Поднимаясь по ступенькам крыльца я подмечал всё больше деталей. Как например то, что входную дверь выбили изнутри, а не снаружи. На первом этаже также обнаружились тела, в основном бледные. Прислуга с гвардейцами в перемешку. На стенах виднелись трещины — результат крика.

— Ты думаешь о том же, о чём и я, Альтиор? — собранный и готовый ко всему, произнёс Агилар.

— Она атаковала изнутри, — кивнул я, держа путь в сторону лестницы. Под ботинками хрустели осколки потолочной люстры. — Заметала следы.

Подтверждение этой догадки мы обнаружили весьма скоро. В одной из комнат в левом крыле особняка.

Это был кабинет, хозяину которого не чуждо желание роскоши и богатства. Крепкая мебель из красного дерева, украшенная резьбой и позолотой. На небольших постаментах и нишах внутри стен находились артефакты Срединного Мира, которые любил собирать Шараз. В основном из старой эпохи и за одну лишь продажу этой небольшой коллекции можно было выручить баснословную сумму в золоте.

Советник любил жить на широкую ногу, а ещё любил прикладываться к редкому алкоголю, бутылки которого обнаружились у небольшой барной стойки возле дальней стены. Большая их часть разбилась, отчего в кабинете витал своеобразный запах с нотками спирта.

— Похоже, он её хорошо разозлил, — пробормотал я, подходя к столу.

Советник обнаружился в кожанном кресле, но мёртвым. И с нашей последней встречи он никак не изменился. Невысокого роста, с огромным пузом, которое с трудом держали пуговицы серого костюма, заляпанного кровью. Широкие ладони с пальцами сосисками, на которых были нанизаны золотые перстни с драгоценными камнями. На толстой шее, будто удавка, висела массивная золотая цепь с широкими звеньями. Круглое лицо с обрюзшими щеками, проплешины в угольно-чёрных, блестящих от воска волосах, которые Шараз любил зачёсывать назад. Картину же завершала дыра в голове размером с кулак. Куски черепа и мозга покоились прямо за ним на стене,