боло-боло - P.M

Деньги — это социальный договор, соблюдение которого контролируется полицией, правосудием, тюрьмами, психиатрическими больницами. Это не естественно. Как только эти институты рухнут, деньги потеряют свою «ценность» — некому будет ловить «воров».*

Денежные соглашения будут заменены новыми — зила. Зила — это свод правил гостеприимства.**

Зила включает в себя следующие основные догово­рён­ности:

Таку

Каждое ибу получает от своего боло ящик из прочного материала размером 50х50х100 см, в котором оно может хранить вещи, принадлежащие только ему лично.

Ялу

Каждое ибу может получить в каждом боло питание из местных продуктов в 2000 калорий в течение как минимум одного дня.

Гано

Каждое ибу может получить в каждом боло пристанище в течение одного дня (как минимум).

Бете

Каждое ибу может получить в каждом боло по возможности наилучшее медицинское обслуживание.

Фази

Каждое ибу может ехать, куда оно хочет, — границ нет (см. Зуми).

Нами

Каждое ибу само решает, где и как реализовывать или распространять свой образ жизни, стиль одежды, язык, сексуальную ориентацию, религию, философию, идеологию и т. д.

Яка

Каждое ибу может вызвать другое ибу или группу ибу на дуэль (на основании существующих правил).

Нуго

Каждое ибу может получить от своего боло капсулу со смертельным ядом и в любое время покончить жизнь самоубийством. Оно может потребовать помощь для этой цели.

Такие договорённости полностью зависят от повсеместного существования множества боло, поскольку одиночные ибу не смогли бы гарантировать постоянного соблюдения этих договорённостей. Зила — это минимальная гарантия выживания, которую могут предложить общности боло своим членам и определённому проценту гостей. Боло — это своего рода компромисс между ибу, который гарантирует им жизнь и свободу передвижения. Боло может отказаться от зила, если количество гостей превысит 10% собственного населения. Ведь подобное гостеприимство может привести к десятипроцентному увеличению продуктов питания, десятипроцентному увеличению построек и жилья и десятипроцентному увеличению качества медицинского обслуживания. Большие объединения (тега или фудо — кварталы или города) располагают большим количеством ресурсов и могут помочь боло в ситуациях, когда гостей будет очень много (большие праздники, встречи и т. д.). Естественно, исходя из нашего сегодняшнего мышления, мы захотим сразу задать вопрос: почему боло должны проявлять такое гостеприимство? Не станет ли это поводом для паразитизма и эксплуатации боло со стороны странствующих бездельников? В самом деле, многие традиционные сообщества приобрели такой печальный опыт с так называемыми «альтернативными» туристами. Такой риск, конечно, существовал бы, если бы боло-боло не распространилось по всей планете. В этом случае гостеприимство было бы не равноценным обменом между боло, а односторонней услугой. Но поскольку каждое ибу, живущее в боло, является также возможным гостем, каждое боло заинтересовано не только в том, чтобы проявлять гостеприимство, но и в том, чтобы принимать гостей как можно щедрее. Конечно, возможно, что странствующие одиночки ибу будут жить исключительно за счёт гостеприимства оседлых ибу. Но и эта опасность не велика, так как кочевой образ жизни имеет свои недостатки и ограничения. Странник не может полноценно участвовать во внутренней жизни боло и всегда должен привыкать к образу жизни своих хозяев. Он не имеет никакого влияния на развитие боло, не может принимать участия в долгосрочных мероприятиях, должен всё время обрывать контакты с людьми. С другой стороны, странники могут принести большую пользу хозяевам. Странствование можно даже считать своего рода «работой», которую выполняют для себя и других. Странники приносят с собой новости, знания, моду, идеи, рассказы, продукты и т. д. Путешествие является одной из форм коммуникации. Так что гости заинтересованы в том, чтобы проводить такую «работу», ведь тогда они могут рассчитывать на щедрый приём. В этом случае гостеприимство и странствование становятся одной из форм общественной жизни.

Сохранение муну (репутации) заставит боло проявлять гостеприимство. Гостеприимство важно для боло ещё и потому, что странники делятся своими впечатлениями, куда бы их ни занесло. Репутация боло становится очень важным фактором, поскольку от неё зависят взаимные договорённости с другими боло (фено). С негостеприимными, замкнутыми боло не очень-то захотят иметь дело. Поскольку в отношениях между боло нет места анонимному посредничеству, репутация и честь снова становятся решающим фактором. Деньги не пахнут, а вот пренебрежение гостеприимством не забывается никогда. В этом боло похожи на старинные рыцарские семьи, для которых «честь» была важным понятием. Боло будет таким «рыцарским замком»…

* Идея денег как «простое и практичное» средство обмена общепринята среди утопистов и теоретиков альтернативных направлений. Правда, некоторых из них волнует только их избыток (инфляция), образование громадного состояния, «злоупотребление» деньгами ради реализации целей капиталистов, и они мечтают о преобразовании денег в меру объёма работы. Характерно, что американский утопист Калленбах кажется и не замечает, что доллары по-прежнему в обращении в его «Экотопии» как это было и раньше. Предлагать систему прямого, личностного и экологического обмена и в это же время допускать существование махины анонимной, безличностной, централизованной циркуляции денег — это, право, если рассудить, вздор! Деньги как общепринятое средство для обмена предполагают массовое производство (только в случае, если продукты измеряемы и сопоставимы), централизованную банковскую систему, массовую дистрибьюцию и т. д. Деньги определённо предполагают наличие фундаментальной анонимности и безответственности каждого за всё, что приводит к созданию механизмов разрушения природы и человека. Поскольку Калленбах позиционирует эти механизмы как моральные проблемы (уважение к природе и т. д.), он нуждается в (очень благожелательном, очень демократическом, даже феминистическом) государстве (Большая Сестра), чтобы устранить повреждения, нанесённые системой, через регулируемые цены, законы и тюрьмы (конечно, последние — просто «учебные лагеря»). Ему приходится запрещать политически то, что он разрешает экономически: пространство для моральности открыто. Про ограниченное использование местных валют см. «Зади».

** Зила — это не новинка, а всего только возвращение к старым «законам» племенного гостеприимства, которые действовали на протяжении нескольких тысяч лет, задолго до American Express, Visa или Master Card. Сегодня во многих промышленно развитых странах гостеприимство упало до критического уровня, поскольку нуклеарные семьи слишком малы и не располагают всем необходимым для предоставления крова на длительный срок. Гостеприимство никогда не воспринималось как некое проявление благотворительности. Семья принимала гостя со всеми почестями, дабы не опозориться в глазах своих соплеменников. Если количество гостей превышает установленную границу, количество путешественников уравновешивается автоматически (примерно до 10%). Таким образом, зила — это саморегулирующийся процесс обмена.

Таку

Первым и самым необычным атрибутом зила является таку. Таку — это сундук из толстой жести или прочного дерева.

Согласно обычаям боло, каждое ибу может получить одно таку. Всё, что находится в таку, является собственностью ибу, которой оно может распоряжаться по своему собственному желанию. Всё остальное на Земле будет общей собственностью. Никто, кроме владельца-ибу, не имеет доступа к предметам, находящимся в таку. Ибу может положить в таку всё, что хочет, может брать его с собой, куда хочет, и никакое другое ибу не имеет права проверять таку или требовать ответа о содержимом таку, даже в случае убийства или воровства. Таку — это табу, оно абсолютно неприкосновенное, священное и личное. Это исключительно личное достояние. Но только таку. Ибу может хранить там грязное бельё или автомат Калашникова, наркотики или старые любовные письма, змей или препарированных мышей, бриллианты или земляные орехи, стереоустановку или собрание почтовых марок. Мы можем только догадываться. В таку может находиться всё, что угодно, до тех пор, пока это содержимое не начнёт вонять и шуметь (т. е. не выйдет за пределы таку).

Ибу нуждается в собственности, поскольку оно верит в свою исключительность и может быть принципиальным и извращённым. Таку является чистой, утончённой и абсолютной, но ограниченной площадью и некоторыми правилами формой собственности. Таку напоминает ибу о том, что оно не является абу, убу, гагу или чем-то ещё, неопределённым, неслышным, любым, и что оно — единственное и неповторимое ибу. Естественно у ибу имеется много возможностей хотя бы для минимальной интимности: это зеркала, друзья, психиатр, одежда, дневники, родимые пятна, фотоальбомы, сувениры, письма, молитвы и т. д. Ибу не обязательно иметь предметы, чтобы в общем экстазе сохранить свою идентичность. Но потеря личных вещей всё-таки может быть очень неприятна для ибу, и оно должно обезопасить себя от этого. Может быть, ему нужно тайное общение с коллекциями предметов, фетишами, книгами, амулетами, украшениями, трофеями и реликвиями, чтобы подчеркнуть свою неповторимость. Ему нужно владеть чем-то, что можно показать другому ибу, если оно завоюет его доверие. И действительно, раскрыть можно только то, что было тайным и неприкосновенным. Всё остальное очевидно, скучно и не имеет ни обаяния, ни блеска.