Арт-терапия женских проблем - Коллектив авторов

В воображении возник золотой дракон – „Я должен“. Ищу этот образ на фотографии. Это „Гвоздики“. Нет и намека на чувства – „Я должен“. Но зрачки широкие, они выдают чувства. Беленькая водолазка, часы на руке. Я хорошая, скромная девочка. Ни намека… Мама может быть довольна. Сразу взгляд цепляет еще две фотографии – „Встреча выпускников“ и „Новая прическа“. Институт я все-таки закончила, мама может быть довольна… Спокойная поза, нет рисовки, черная одежда. И нет напряжения. Я просто стою. Я доказала… И теперь я сама чувствую удовлетворение. А прическа? Мама всегда говорила, что мои волосы выглядят неухоженными. „Зачем ты их красишь, зачем стрижешь? Зачем подстригла челку? В тебе нет лоска, нужно быть солидной…“.

Здесь (на фотографии) мама может быть довольна. А я все равно стригусь и крашусь, доказывая ей свою самостоятельность, протестуя против ее давления, которое, хоть и в меньшей степени, но ощущается мной и сейчас. И сразу глаза устремляются на фотографию „В танце“. Да, я бесшабашная, веселая, стриженная, крашенная, несолидная. Да, я такая. Это протест? Как глупо всю жизнь доказывать что-то матери. Ведь я могу быть собой – любимой и любящей, нежной и чувствительной („Я в халате с дочкой на кухне“) – и не стесняться этого, не бояться, что это заденет мать. Да, это я, спокойная и уверенная, самодостаточная и сильная. Да, это я. И я себе нравлюсь.

Хотела закончить на образе сильном, но осталась одна фотография, к которой я испытываю самые нежные, самые трепетные чувства. Я „Желтый цыпленок“. Наивный, пушистый, ранимый. Как пластилин (!?). Лепи, что хочешь. Пользуйся! Нет!!! Не хочу!!! И все-таки, мне дорог этот образ, полный надежд, ожиданий. Вспомнились слова психолога: „Ты, как Ассоль, ждешь чуда“. Хочется быть сильной, уверенной в себе, как на фотографии „На кухне“. Но цыпленок – это моя душа. Почему-то слезы просто льются потоком. Почему? Неоправданные надежды? Наивность? А может, это открытость миру, вечный поиск, развитие. Да, так мне больше нравится!»

Общая атмосфера этого сеанса, качество психотерапевтического контакта существенно изменились: выросла доверительность и открытость в проявлении чувств, причем, связанных не только с ситуациями, запечатленными на фотографиях, но и с недавними, актуальными для клиентки. Создавалось впечатление, что прошлый сеанс, почти целиком посвященный работе с личными фотографиями, оказал очень серьезное позитивное влияние на развитие психотерапевтических отношений. Знаменательно, что при подведении итогов сеанса Аня сама озвучила происходящий с ней важный процесс, который на предыдущем сеансе обозначился как тенденция. Она отметила новое для себя чувство уважения и доверия к своим переживаниям, признание их ценности и значимости, что можно рассматривать как рост самоуважения и самопринятия в целом.

Четвертое занятие с использованием фотографий

Заключительный этап работы предусматривал выбор одной или двух фотографий, наиболее удачно выражающих внутренние и внешние качества, подходящие для желаемого образа «Я». Ане рекомендовалось не ограничиваться рамками уже просмотренных фотографий. К выбранным снимкам предлагалось также создать описание своих чувств и ассоциаций в свободной форме. Ниже представлен текст этого описания. По своему желанию Аня разбила его на две части – внутреннее состояние и внешние проявления.

«Образ на кухне мне нравится внутренней силой, спокойствием, уверенностью. Я чувствую силу этого образа, его завершенность, зрелость. В нем все – и женственность, и доброта, и материнские чувства (принятие, понимание, абсолютная любовь), и в тоже время – ум, самостоятельность, роль в социуме и возможность какой-то своей, интересной и увлекательной жизни. Это не женщина, а алмаз, мечта, сказка. Она соединила в себе то, что вечно меня волновало! В ней есть гармония. Образ сильный, зрелый. Для нее не будет трагедии, если ее хрустальная мечта разобьется.

В противовес этому образу – образ „цыпленка“, нежного, ранимого, наивного. Но почему он мне нравится? Образ настолько хрупкий, зависимый. Если ее семейная жизнь рухнет, это будет сильным ударом. Мне нравится образ открытостью, готовностью к изменениям, интересом к жизни.

Странно, но если по Ницше, то этот образ – „ребенок“ – способен к созиданию. А первый образ – „лев“. Хотя первый образ зрелый, сильный, гармоничный. В общем, я запуталась, хотя обе фотографии мне нравятся».

«Мне нравится фотография морского заката. В себе мне нравится все: мягкая улыбка, естественность, тонкие руки, тонкие запястья, плоский живот, стройные ноги и тонкие щиколотки… И красивый загар.

После последней сессии я шла домой и перебирала мысленно фотографии в надежде найти в них образ себя, нарисованный в полуобнаженном виде. Практически сразу нашла себя сидящей на капоте автомобиля. Образ озорной, игривый, легкий, но не хватало капризности. Ее я нашла в другой фотографии, кстати, тоже морской. Из-за чего-то незначительного была перебранка, и я обиделась. Я нравлюсь себе естественным, нежным овалом лица, красивым носом, опущенными уголками рта. Я красиво обижаюсь, черт побери! Нет, это не капризность, а обида и чуть-чуть капризности.

И наконец я нашла фотографию, на которой я себе нравлюсь полностью. Лицо красивое, веселое, интеллектуальное. Стройная фигура. И удивительное море. Что-то новое, волнующее, бурлящее, интересное, красивое…»

На этом сеансе отмеченные ранее позитивные тенденции в развитии и углублении психотерапевтических отношений, доверительного контакта, степени самораскрытия Ани, а также осознания Аней различных аспектов своего внутреннего мира получили дальнейшее развитие. Непосредственной работе над фотографиями и их описанию было уделено меньше времени, чем раньше, в первую очередь из-за значительно возросшей вербальной активности клиентки. По-видимому, это было отражением появившейся у нее потребности охватить как можно больше волнующих тем и вопросов. Почти сразу после начала сеанса Аня стала оживленно и откровенно делиться текущими актуальными переживаниями, связанными с проблемами, истоки которых просматривались в особенностях ее отношения к окружающему и в первую очередь к себе самой. Постепенное осознание этого факта сопровождалось появлением признаков определенного беспокойства, взволнованности, напряженности и даже некоторой растерянности. Однако после обсуждения и обращения к ресурсным фотографиям работа стала протекать продуктивнее, динамичнее и эмоционально насыщеннее. После обсуждения ее чувств и ассоциаций, связанных с удачным фотографическим образом «Я», эта же тема продолжилась в арт-терапевтической работе с использованием уже более традиционных художественных материалов и техник.

Обсуждение

В дальнейшей психотерапевтической работе с Аней непосредственно к фотографиям обращаться не приходилось. Как было сказано выше, использовались различные техники и приемы, в том числе, связанные с изобразительной деятельностью. Это привело к достаточно ощутимому психотерапевтическому эффекту в плане личностного развития и качества социальной адаптации. Работа с личными фотографиями в сочетании с повествовательным (визуально-нарративным) подходом наряду с другими техниками, несомненно, внесла свой весомый вклад в достижение общего психотерапевтического результата.

Ниже представлены некоторые предположения относительно механизмов и путей реализации психотерапевтического воздействия данной формы фототерапии, а также реальных и потенциальных возможностей ее использования в практике.

Во-первых, исследование и обсуждение личных фотографий и связанных с ними чувств и ассоциаций обеспечивало быстрый и прямой выход на значимые переживания, что облегчало и ускоряло процесс самораскрытия клиентки. Это благоприятствовало повышению степени психологического доверия к психотерапевту, качества и глубины психотерапевтического контакта, скорости установления и развития психотерапевтических отношений.

Работа с личными фотографиями оказывала благотворное и разнонаправленное влияние на эмоциональную сферу клиентки, способствуя либо облегчению выражения чувств (катарсический эффект), либо их модификации (ресурсные фото). Вследствие высокой эмоциональной насыщенности и личной значимости некоторых фотографий можно отметить также их отвлекающее либо стимулирующее воздействие на эмоциональную сферу. Это положительно влияло на психическое состояние, что можно рассматривать и как самоцель, и как важную предпосылку для дальнейшей успешной психотерапевтической работы.

Личные фотографии помогли замотивировать клиентку для дальнейшей работы.