Хождение в Москву - Лев Колодный

Тайная связь Михаила Шолохова. На смену аристократам, графам и князьям пришли в дом на Воздвиженке нетитулованные люди, другие прототипы. После наркомата и Агитпропа особняк заняли издательство «Красная новь», редакции советских газет и журналов. В «Журнале крестьянской молодежи» заведовал отделом Михаил Шолохов, который в то время ждал приговора редакторов журнала «Октябрь», читавших рукопись романа «Тихий Дон».

(В доме на Воздвиженке слышал я Нобелевского лауреата на пресс-конференции, устроенной по случаю присуждения ему этой премии. Поразили маленький рост автора «Тихого Дона», раскованная манера отвечать на любые вопросы иностранных журналистов, курить трубку перед лицом прессы всего мира. Тогда услышал, как Шолохов охарактеризовал Бориса Пастернака, издавшего за рубежом «Доктора Живаго», колючими словами – внутренний эмигрант. И пообещал, что скоро закончит новый роман «Они сражались за Родину», так им и не завершенный.)

Важное событие в жизни Михаила Шолохова произошло на Воздвиженке в Кремлевской больнице. Однажды (после войны) в палату пришла навестить отца, ответственного работника, коротавшего время в разговорах с писателем, молодая девушка. Ее звали Лиля. С тех пор она и Шолохов десятки лет любили друга друга, встречались в Москве. О своих приездах он предупреждал телеграммами. В этой связи художница Лиля С. родила сына, названного в честь отца Михаилом. Мальчик недолго прожил. После его смерти родился второй сын, который сорок два года носил имя Михаил. И фамилию Шолохов. В его метрике, виденной мною, сделана запись: отец – Михаил Александрович Шолохов. Мог бы быть прочерк по лютому советскому закону, принятому в годы войны для укрепления семьи и брака. «Я за этот закон сам голосовал», – с усмешкой сказал матери незаконнорожденного сына депутат Верховного Совета. Он не воспользовался данным ему правом, не отказался от сыновей, рожденных в любви без штампа в паспорте.

Библиотека имени В. И. Ленина. За годы советской власти Воздвиженка пережила одну крупную стройку. На месте архива Министерства иностранных дел и храма Ирины появилось перед войной новое здание Государственной библиотеки имени В. И. Ленина. Проект выполнили соавторы Бориса Иофана по Дворцу Советов, Владимир Гельфрейх и Владимир Щуко, учившиеся архитектуре в петербургской Академии художеств. Колонны главного здания поднялись на углу Воздвиженки и Моховой. Такими крупными зданиями в духе классицизма мечтали перед войной советские градостроители застроить всю Москву, сломав для этого все старые строения, как архив и церковь.

На площадке перед колоннадой Библиотеки осенью 1997 года, в дни 850-летия Москвы, Юрий Лужков открыл памятник Федору Достоевскому. В ста метрах напротив монумента краснеет зубчатая стена Кремля. Фигуру из бронзы изваял московский скульптор Александр Рукавишников, создавший образ гениального автора «Бесов», тех самых, которым удалось захватить Кремль и всю Россию, не всегда умело управлявшуюся монархами.

Александру Рукавишникову принадлежит памятник Владимиру Высоцкому с гитарой на Ваганьковском кладбище.

Полуразрушенная Воздвиженка тяжело и долго болела. Она медленно приходит в себя. Всех ее потерь не вернешь.

Глава двенадцатая

Остоженка

Первый адрес Василия Сурикова. – «Переулочек-переул...» Анны Ахматовой. – Зачатьевский монастырь. – Особняк Ивана Тургенева. – Воскресение Христово. – Успение Богородицы. – Прапорщик Померанцев. – «Буржуйское гнездо». – Кто сочинил «Девушку из Нагасаки». – Трактир «Голубятня». – Песни Петра Киреевского. – «Се Курций твой, Москва!» – Коммерческое училище. – Катковский лицей. – Визит Ленина на Остоженку, 16. – Где умер патриарх Тихон. – Школа Галины Вишневской

Первый адрес Василия Сурикова. Заливные луга, где после покосов поднимались стога, называли остожьем, отсюда имя Остоженки. Она тянется на километр между бульварами и Садовым кольцом, бывшими стенами Белого и Земляного города. По сторонам, как в прошлом, свыше пятидесяти домовладений, но строений поубавилось.

В истоке исчезло двухэтажное здание, стягивавшее крыльями Остоженку с Пречистенкой. За него шла борьба ревнителей старины с городской властью, спешно расчищавшей центр от ветхих зданий накануне визита президента США в Москву. То был типичный для начала ХIХ века дом с лавками. Внизу торговали, вверху жили хозяева или квартиранты. Снял здесь первую московскую квартиру молодой Василий Суриков, приглашенный расписывать храм Христа. Сибиряк, родом из Красноярска, пленился Первопрестольной, дивными храмами и палатами. «Я как в Москву приехал, прямо спасен был... Я на памятники как на живых людей смотрел, расспрашивал их: „Вы видели, вы слышали, вы – свидетели“... Стены я допрашивал, а не книги».

Да, было с кем вести такие разговоры, потому что в районе Остоженки сохранялось много древних памятников, снесенных ураганом революции. Старая Москва вдохновила художника создать картины «Утро стрелецкой казни» и «Боярыня Морозова». Из дома с лавками Суриков переехал на Остоженку, 6, в меблированные комнаты «Париж», где жил, пока не закончил заказанные четыре фрески, посвященные четырем Вселенским соборам. Холсты помещались на хорах храма Христа. Когда его взрывали, фрески Сурикова спасли...

На месте дома с лавками разбит сквер. На фоне феодальных палат установлен памятник Фридриху Энгельсу, другу и соратнику Карла Маркса, соавтору «Манифеста Коммунистической партии». Второй после Маркса вождь пролетариата и классик марксизма никогда в Москве не жил, ничего доброго о ней не сказал.

За сквером торцом выходят на улицу «Красные палаты» XVII века. Их удалось спасти от уничтожения.

«Переулочек-переул...» Анны Ахматовой. Столь же древние постройки предстают на углу с Первым Зачатьевским, где строй домов обрывается и возникает картина тихих зеленых переулков патриархальной Москвы, так восхищавшей художников и писателей. Этот пейзаж запомнился Анне Ахматовой, жительнице Остоженки с осени 1918 го до января 1919 года.

Переулочек, переул...Горло петелькой затянул.Тянет свежесть с Москва-реки.В окнах теплятся огоньки.Как по левой руке – пустырь,А по правой руке – монастырь.А напротив высокий кленНочью слушает долгий стон...

Зачатьевский монастырь. Все так, как в стихах – и пустырь, и монастырь, каменная стена, башня, и надвратный храм Спаса Нерукотворного. (Икона Спаса (Спасителя) Нерукотворного представляет образ, запечатлевшийся, согласно легенде, в то мгновение, когда Христос отер лицо убрусом-платом.

Этот убрус Иисус послал в Эдессу правителю Авгарю, и Спас Нерукотворный исцелил его. Образ, созданный при участии Христа, как автопортрет, считается образцом в иконографии. Изображение Спаса Нерукотворного вышивалось на боевых знаменах, водружалось над городскими воротами, проездными башнями, часто встречается в росписях церквей.)

За монастырскими воротами на высоком холме пейзаж разрушает типовая, довоенных лет, школа. Она посажена на месте снесенного собора Зачатьевского монастыря. Его стены, кельи, настоятельский дом, другие постройки – устояли. В трапезной нашел временное пристанище воссозданный храм Зачатия Анны.

Эту обитель основал для родных сестер митрополит Алексий, правивший Москвой, пока подрастал князь Дмитрий Донской. Он основал Чудов монастырь в Кремле на земле татарского подворья, подаренного ему ханом Чанибеком в благодарность за исцеление от слепоты жены. Алексий лечил страждущих, переводил сочинения отцов церкви, писал поучения и грамоты. Русская православная церковь причислила митрополита к лику святых.

Основанный им Алексеевский монастырь перенесли на Волхонку. Когда задумали строить храм Христа, монастырь переместили в Красное село, где теперь Красносельская улица. А на Остоженке возникла новая обитель.

История ее такова. В одном из посланий царице Ирине Федоровне, страдавшей от бесплодия, патриарх привел в назидание пример святой Анны. В переводе с древнееврейского Анна означает «удостоившаяся благодати». Будучи женой праведника Иоакима, она долго не могла зачать. Но не теряла надежду, молилась Богу и на старости лет родила дочь – Деву Марию, ставшую Матерью Иисуса Христа. Уповая на подобное чудо, бездетные царь Федор Иоаннович и царица Ирина Федоровна основали Зачатьевский монастырь.

За сотни лет монастырь разросся, украсился церквями, собором, высокой трехъярусной колокольней. Главный храм Зачатия святой Анны в готическом стиле создали Матвей Казаков и его сын. В середине ХIХ века архитектор Михаил Быковский построил богадельню с церковью Сошествия Святого Духа. (В пятидесятый день, согласно верованию христиан, после Воскресения Иисуса в Иерусалиме при сильном ветре и шуме с неба на апостолов опустились языки огня. И «исполнились все Духа Святого», и заговорили на разных языках, начав проповедовать всем народам веру во Христа. День Сошествия Святого Духа празднуется как начало церкви Христа.)