Дети Вечного Жида, или Увлекательное путешествие по Средневековью. 19 рассказов странствующих еврейских ученых, купцов, послов и паломников - Элкан Адлер

Накануне субботы я молился у отверстия колодца и глядел на дверь, ведущую в пещеру, до самого рассвета, а утром я снова начал молиться и молился до самого вечера, а в воскресную ночь молился и не спал до самого утра. Двое старцев сказали мне, что на третий день молитв мне будет подан знак, и я пробыл все эти дни в пещере, гадая, что это будет. Утром в воскресенье смотрители радостно позвали меня и сказали: «Наш господин и пророк, возрадуйся с нами, ибо у нас большая радость. В фонтане мечети появилась вода, которой не было целых четыре года!» Я пошел вместе с ними, чтобы посмотреть на эту воду. Она была хорошей и чистой и пришла в фонтан из дальних краев.

Я выехал из Хеврона 24 адара и отправился в Иерусалим, но на дороге нам встретились разбойники. Мои спутники сказали мне: «Наш господин, сын Пророка, перед нами – враги», и я ответил им: «Не бойтесь их и не пугайтесь, они сами боятся и не тронут нас». Не успел я это сказать, как со стороны Хеврона появился турецкий судья с многочисленными слугами. Увидев их, разбойники убежали, и я отправился с ним в Иерусалим. Я вошел в него 25 адара 5283 (1523) года и в тот же самый день посетил Святая святых. Когда я подошел к святилищу, все исмаилитские охранники склонились передо мной, поцеловали мне ноги и сказали: «Входи, о благословенный господин, сын нашего повелителя».

Двое старших охранников отвели меня в пещеру, находящуюся под Эбен Шетией, и сказали: «Это – место пророка Илии, и это место царя Давида, и это место царя Соломона, и это место Авраама и Исаака, и это место Магомета». Я ответил им: «Теперь, когда я увидел все эти места, вы можете идти, ибо я хочу помолиться здесь, а утром дам вам милостыню». Они ушли, и я сразу же понял, что все их слова были лживыми. Я молился до тех пор, пока не явились исмаилиты, чтобы помолиться здесь. Они покинули двор Храма через два часа после наступления темноты. Я спустился под Эбен Шетию. Тогда охранники погасили все лампы во дворе, за исключением четырех, а перед тем, как закрыть ворота, проверили, не остался ли кто в пещере. Они нашли меня и сказали: «Покинь это место, ибо мы охраняем его и не можем позволить, чтобы кто-нибудь здесь ночевал». Мы дали присягу царю, и, если ты не уйдешь, мы попросим правителя выгнать тебя против твоей воли». Услышав эти слова, я вышел со двора, они заперли двери, и я всю ночь молился и постился за оградой двора; так прошел мой четвертый день. Утром, когда исмаилиты пошли помолиться во двор Храма, я вошел вместе с ними, а когда они закончили свою молитву, я громко закричал: «Где охранники? Пусть они предстанут предо мною!» и я сказал им: «Я – ваш господин, сын вашего Повелителя, Пророка. Я пришел издалека в этот святой дом, и моя душа желает оставаться здесь на ночь – не спать, а молиться». Когда четыре охранника подошли, чтобы выгнать меня, я сказал им: «Я ваш господин, сын вашего Повелителя: если вы не будете ссориться со мной, я вас благословляю; если же нет, то я отомщу вам, написав царю Турции о ваших дурных поступках». Они ответили: «Прости нас на этот раз, ибо мы хотим служить тебе, быть твоими рабами все время, пока ты будешь молиться в святом доме, и выполнять твои приказы». Тогда я дал им 10 дукатов милостыни и пробыл в Святая святых пять недель в посте и молитве. Я ел хлеб и пил воду только накануне субботы и весь день до ее завершения и молился под Эбен Шетией и над ней. Позже от царя Иосифа, моего брата, и его старейшин явились десять гонцов; они узнали меня и стояли передо мной в святилище.

На вершине купола храма исмаилиты установили знак, похожий на полумесяц, смотрящий на запад; в первый день Пятидесятницы 5283 (1523) года он повернулся на восток. Увидев это, исмаилиты громко закричали, и я спросил: «Почему вы кричите?» – и они ответили: «За наши грехи полумесяц развернулся на восток, а это дурной знак для исмаилитов». В воскресенье исмаилитские рабочие поднялись на купол и развернули полумесяц на запад, но в понедельник он снова оборотился на восток, пока я молился, и все исмаилиты кричали и плакали и пытались снова вернуть его на место, но им это не удалось. Наши старейшины говорили мне: «Когда ты увидишь, что полумесяц развернулся в другую сторону, иди в Рим», и я увидел Ворота милосердия и Ворота покаяния и вошел в святилище. Это большое сооружение, похожее на верхние здания, и я сделал то, что старейшины велели мне сделать под святилищем, там, куда нет доступа никому, и после того, как я выполнил то, что приказали мне старейшины, полумесяц повернулся на восток. Я поднялся на Масличную гору и увидел там две пещеры, а потом вернулся в Иерусалим и взошел на гору Сион. В городе есть два места для поклонения; верхнее находится в руках христиан, а нижнее – в руках исмаилитов. Исмаилиты открыли его для меня и показали мне пещеру, сказав, что это могила царя Давида, мир его праху, и я помолился на ней. Потом я отправился к верхнему месту поклонения, которое открыли для меня христиане. Я вошел туда, помолился и, вернувшись в Иерусалим, отправился в дом еврея по имени Авраам Хагер. Он плавил металл неподалеку от синагоги, а рядом сидели женщины, очищавшие церковные канделябры от воска. Я спросил, как его зовут, и он ответил: «Авраам». Тогда я отослал исмаилитов, сказав им: «У меня есть дело к этому плавильщику». Они удалились, и я спросил его: «О чем ты молишься в это время года – о росе или дожде?» – и он ответил: «О росе» – и был очень удивлен. Я долго разговаривал с ним, но не сказал, что я еврей. Но когда я, перед отъездом из Иерусалима, в третий раз пришел к нему домой, я сказал: «Сделай для меня модель, изображающую Венецию, Рим и Португалию». И он изготовил для меня такую модель, поскольку был сефард и приехал сюда из Европы. Я сказал ему, что хочу поехать в Рим, и он спросил: «Зачем?» – и я ответил: «Я еду с добрыми намерениями, но цель моей поездки – это секрет, который я не могу раскрывать, и я прошу твоего совета, как мне добраться туда». После этого я дал ему письмо, которое я написал в Иерусалиме, и сказал: «Передай это письмо в руки р. Исаака нагида».

Я покинул Иерусалим 24 сивана 5238 года; первые 5 миль меня сопровождали исмаилиты на конях. Дальше я поехал один и прибыл в Газу в месяце таммузе и остановился в том же месте, где останавливался в первый раз. Ко мне пришел старый еврей по имени Эфраим, продавец пряностей, и я сказал ему: «Сходи и скажи Иосифу, меняле, чтобы он явился ко мне, и пусть принесет с собой весы для золота и серебра и рисунки монет. Придите ко мне вместе в присутствии исмаилитов». Старик так и сделал, и оба они явились ко мне, и я спросил Иосифа, менялу, как здоровье его престарелого отца и его брата Иакова, и он ответил: «Они здоровы». После этого передо мной предстали четыре человека, и я сказал им: «Я – еврей, и мой отец – царь Соломон, и мой брат Иосиф, который старше меня, сейчас правит тридцатью мириадами евреев в пустыне Хавор». В ту ночь мы ели и пили вино, которого я не пробовал с того самого дня, когда я покинул Хавор. После этого мы со старым Эфраимом пошли в дом еврея по имени р. Даниил. Он самый богатый еврей в Газе, и к тому же честный и набожный, и он рассказал мне обо всех турецких правителях, приезжавших в Газу. У р. Даниила красивый и храбрый сын, по имени Соломон, которого, однако, евреи ненавидят, считая дикарем. Я позвал его, посадил рядом с собой и сказал: «Сойди с дурного пути, пока Иерусалим еще не взят; если ты не раскаешься, твоя кровь падет на твою голову», и он поклялся мне, что раскается. Раввин Самуил прислал мне со старым Эфраимом тысячу приветствий и просил в этот вечер отведать вместе с ним субботний ужин. Я так и сделал и пробыл у него до полуночи, а потом попросил их показать мне синагогу и пошел и молился там почти два часа. Потом я вернулся в дом раввина Исмаила и сказал ему: «Если хочешь оказать мне услугу, то ради Бога, и любви к старейшинам, и ко всему Израилю найди мне побыстрее судно, идущее в Александрию». Они сказали мне, что на этой неделе уходит корабль в Дамьетту, который отвезет туда евреев из Иерусалима, и что старик, р. Эфраим, поедет со мной. Я сказал им: «Будьте же благословенны в Господе, откажитесь от своей ненависти и вернитесь к Богу, чтобы Он ускорил наше освобождение и освобождение всего дома Израилева, ибо так говорили старейшины». Я уехал из Газы 15 таммуза 5283 года, и через два дня был уже в Дамьетте, где я снял дом, а потом пошел в дом еврея по имени р. Мордехай, чей брат, р. Самуил, живет в Каире. Я провел с ним субботу, а в воскресенье от отвел меня на берег моря, и мы двадцать дней ехали на верблюдах по этому берегу. Я сел на корабль и 24 таммуза добрался до Александрии и поехал к хану, и ученый каббалист, р. Мордехай, приехал ко мне, и я сказал: «Я – еврей, брат царя, правящего над пустыней Хавора, и я прошу тебя помочь мне добраться морем до Рима». Р. Мордехай ответил мне: «Иди к консулу, и он посоветует тебе, что надо делать, ибо он достойный человек». Я пришел к консулу и сказал ему: «Я – брат царя, правящего в пустыне Хавор, и приехал сюда по приказу моего брата, царя Иосифа, и по совету семидесяти старцев, и я хочу встретиться с папой римским, а потом – с королем Португалии. Посоветуй мне, что я должен сделать, и найди мне корабль, который отвезет меня [в Рим]». Консул ответил: «Скоро уходит судно, идущее в Пулью, но я боюсь, что у меня будут неприятности, если я помогу тебе, поэтому советую тебе дождаться галеры в Венецию, на которой исмаилиты и отвезут тебя в Италию». Я вернулся к себе и пошел в дом названного раввина Мордехая. Туда явился молодой человек по имени Иосиф, отец и мать которого были из Неаполя, а жена – из Турции, и я попросил Мордехая разрешить молодому человеку отправиться со мной в Рим. На это он сказал: «Пусть этот молодой человек едет с тобой, он станет твоим переводчиком в Риме». Тогда я вернулся домой и пробыл здесь до наступления нового, 5284 года. Вечером под Новый год я помолился в маленькой синагоге. Хозяина ее звали Исаак Букапци, и он, вместе с евреем по имени р. Вениамин, присоединился ко мне в молитве. Я провел здесь два новогодних дня и уехал домой, а во время праздника Кущей (шатров) я первые два дня гостил у р. Мордехая. Я жил в Александрии, пока не узнал, что в Венецию скоро отправится галера; тогда я явился к большому турецкому паше за разрешением на выезд. У него были влиятельные господа, и я сказал ему: «Надеюсь на вашу доброту, потому что люблю [Бога] и Пророка, и буду молиться за вас Пророку, чтобы он отправил вас в Рай; вызовите капитана галеры и прикажите ему отвезти меня в Венецию». Они так и сделали и послали со мной своих слуг и велели капитану взять меня с собой, и он сказал: «Так я и сделаю».