Хождение в Москву - Лев Колодный

Создавали образ Москвы градостроители разных веков, разных стилей. Эстафета зодчества перешла в руки москвичей от зодчих Владимиро-Суздальской Руси, которые приняли ее у мастеров Киевской Руси, а те пронесли по жизни унаследованное вместе с верой искусство Византии, преемницы античных Греции и Рима...

Где сегодня можно увидеть самое древнее здание Москвы? Не в Кремле. А за стенами Андроникова монастыря. Там стоит собор, созданный в 1427 году. Это самое раннее, полностью сохранившееся сооружение на территории города. Белый камень, высоко поднятый купол, украшенные резьбой стены. Их расписывал Андрей Рублев, похороненный где-то у стен монастыря. Такими могли быть каменные соборы Кремля XIV века, не дошедшие до нас.

Из белого камня строили во Владимире. Став главным городом Руси, Москва стремилась превзойти древний Владимир. Поэтому, когда она возвысилась над всеми другими русскими княжествами, главный Успенский собор в Кремле воздвигала по образу Успенского собора Владимира.

Этот пятиглавый храм создан итальянцем Аристотелем Фиораванти, великим мастером эпохи Возрождения. Он не только следовал образцам, увиденным на Руси, но и привнес в нашу архитектуру черты светского зодчества Европы. Аркада Успенского собора похожа на аркаду Воспитательного дома во Флоренции. Итальянские мотивы просматриваются в Архангельском соборе, Грановитой палате, зубчатых стенах и башнях вокруг Боровицкого холма.

С тех пор Московский Кремль служил образцом для подражания повсюду на Руси, где вырастали над холмами стены и башни крепостей, поднимались стены монастырей, колокольни, купола соборов, каменные палаты.

На Красной площади при Иване Грозном возник умопомрачительный собор Василия Блаженного.

В XVI веке высоко в небо взлетел каменный шатер церкви Вознесения в царской усадьбе Коломенское. Шатры поднялись над Спасской башней и другими главными башнями Кремля.

Конец XVII века венчает нарышкинское барокко. Так называют архитектурный стиль, породнивший Европу и Русь, ярко проявившийся в постройках бояр Нарышкиных – родственников Петра I по материнской линии. В этом стиле – церковь Покрова в Филях. Над ней парит восьмигранная башня из кирпича и белого камня, так любимых зодчими в древности.

В Москве вслед за императорским Санкт-Петербургом утвердился классицизм. В ХVIII веке на смену буйству форм барокко пришли гармония, монументальность. Камень и кирпич покрылись штукатуркой. Стены украшались портиками, колоннами, как в античной Греции и Риме. Шестнадцать колонн – на фасаде Екатерининского дворца у Яузы. Над ее берегами сооружались прекрасные здания, здесь сохранился бывший дворец любимца Петра генерала Лефорта. Одно время Петр Первый намеревался перенести на берега Яузы свой двор из Кремля.

Во второй половине XVIII века в Москве наши лучшие архитекторы увлеклись готикой, на этот раз породнив ее с древней архитектурой Москвы. Василий Баженов и Матвей Казаков сооружали здания из белого камня и красного кирпича. Таковы Петровский подъездной дворец на Ленинградском проспекте, царские дворцы в Царицыно, в подмосковной резиденции, где намеревалась жить Екатерина II.

Москва украсилась дворцами в классическом стиле. Матвею Казакову мы обязаны Колонным залом в Охотном ряду, Сенатом в Кремле, где ныне резиденция президента России.

После освобождения Москвы от французов в 1812 году расцвел ампир – стиль позднего классицизма. Построек в этом духе множество, это – старое здание Московского университета на Моховой, Манеж, особняки в переулках Арбата, Пречистенки.

Царившая свыше полувека в 1830—1890-е годы эклектика черпала выразительные средства в арсенале всех предыдущих стилей. Николай I не хотел подражать Европе, бурлившей революциями. Его Большой дворец в Кремле, храм Христа следовал образам Византии и Руси.

На рубеже ХIХ—ХХ веков многие здания в центре города повторяли образы далекого прошлого. Таковы Верхние и Средние торговые ряды на Красной площади, здание Московской городской думы, Исторический и Политехнический музеи, главенствующие в центре города. ЦУМ, универмаг, похож на готический замок, а здание Музея изобразительных искусств имени Пушкина с портиком и колоннадой напоминает классический храм.

За эклектикой наступил недолгий век модерна, возникшего благодаря появлению новых архитектурных идей, строительных технологий, конструкций и материалов, таких, как стекло и металл. В стиле модерн – Сандуновские бани, здание Художественного театра, гостиница «Метрополь», особняк Саввы Морозова на Спиридоновке... Фасады потеряли классическую симметрию, колонны и портики, – дома стали сложнее в плане, свободнее и разнообразнее.

Модерн недолго торжествовал. Его вытеснил конструктивизм, который творил объемами, плоскостями. Стены зданий сооружались из железобетона и стекла. В этом стиле – дома рабочих клубов, появившиеся в 20-е годы, Дворец культуры автозавода, здание «Известий». На Мясницкой по проекту корифея конструктивизма француза Ле Корбюзье среди старинных усадеб и особняков распростерся громадный дом, в котором воплотились все принципы новейшей архитектуры с ее подчеркнутой целесообразностью.

Одновременно с этим зданием напротив Кремля в середине тридцатых годов ХХ века построен дом с колоннадой на Манежной площади архитектора Жолтовского. Сталин отверг конструктивизм и дал дорогу последователям Жолтовского. Вождь считал: победившему пролетариату ближе стиль ампир, господствовавший в Европе в эпоху революций. Так возник в Москве стиль, получивший название «сталинского ампира». На главных улицах пролетарской столицы стали воздвигаться дома с колоннами и пилонами, портиками, карнизами. Они определили облик советской Москвы.

Высотные здания напоминают башни Кремля, Коломенского, но в большем масштабе. Стены советских высоток, которые противостояли небоскребам Америки, облицованы белыми плитами в память о белокаменной Москве.

Взявший в руки власть Хрущев круто развернул зодчество в сторону примитивного конструктивизма. По мановению его руки исчезли с фасадов колонны и портики, башни и шпили. Строительная индустрия на линиях домостроительных комбинатов штамповала типовые дома, где гармония проверялась не алгеброй, а геометрией. Безликие коробки заполнили просторы города. Они проникли и в центр, даже на Арбат, Садовое кольцо. Исключением из правил выглядят стадион в Лужниках и Дворец в Кремле, где авторам позволили творить.

Зодчеству вернули утраченную свободу после революции 1991 года. Раскрепощенная архитектура, прежде зажатая строительными нормами и правилами, обязательными на одной шестой земного шара, показала, на что она способна. Архитектору возвратили утраченную власть на строительной площадке. Проектам вернули индивидуальность. По всей Москве поднялись дома, непохожие на типовые корпуса башни. Новые высотные здания встают со всех сторон на землях бывших окраин. Черты новейшей архитектуры предстают во множестве домов, поднявшихся над морем типовых кварталов. У этих жилых образований есть названия – «Алые паруса», «Эдельвейс», «Воробьевы горы». В их стенах просторные комфортабельные квартиры, о которых советский человек не мог мечтать.

За десять лет возрождены разрушенные памятники в Кремле и на Красной площади, храм Христа, открылись «Охотный ряд» и «Атриум», превзошедшие самые большие торговые ряды старой Москвы. Преобразилась пустынная Манежная площадь, Поклонная гора, появились «Новая опера» и Новая сцена Большого театра, пешеходные мосты, деловые центры высшего класса, новые памятники и музеи. Все это – разбег в ХХI век, сулящий Москве благие перемены.

Куранты. Перезвон курантов Кремля слышат по радио миллионы людей на земном шаре.

Не раз случалось так, что московские башни, где водружались куранты, рушились, а железные часы продолжали нести службу на другом месте. Так произошло с курантами, которые видны на шпиле речного вокзала в Химках. Подняли сюда и старинный четырехпудовый колокол, отлитый в Москве.

Часы разрушенной Сухаревой башни установлены в Коломенском над Передними воротами царской усадьбы, ставшей музеем. В его часовой палате хранятся среди других механизмов куранты Соловецкого монастыря. Они постарше курантов Спасской башни и сделаны в 1539 году новгородцем Семеном по прозвищу Часовик.

Великолепны куранты Казанского вокзала. Колокол установлен наверху часовой башни. Циферблат синий, на нем золотятся стрелки, цифры и знаки Зодиака. Такой небесно-синий циферблат когда-то красовался и у главных часов Кремля.

На башне Киевского вокзала, построенной по проекту инженера Ивана Рерберга, установлены в начале ХХ века часы с боем. Другая башня с курантами высится в начале Ильинки рядом со зданием, построенным Иваном Рербергом. И здесь часы идут и играют, точно отмеряя время.