Сокровища, омытые кровью: О кладах найденных и ненайденных - Сергей Демкин

Правда, по некоторым данным, за двадцать лет президентские кладоискатели все же сумели разыскать около трех японских тайников. В частности, американец Роберт Кэртис, привлеченный к поискам в начале семидесятых годов, помог обнаружить клад, который якобы «потянул» на 14 миллионов долларов.

После отстранения президента Маркоса в кладоискательстве наступило затишье. Но в конце восьмидесятых интерес к «золоту Ямаситы» вновь овладел правительственными чиновниками. Началось с того, что пожилой филиппинец Педро — его настоящее имя тщательно скрывалось — решил поделиться тайной, которая мучила его более сорока лет. Педро рассказал Эммануэлю Сориано, советнику президента Карасон Акино по национальной безопасности, что в 1944 году он, будучи узником японского концлагеря в форте Сантьяго, видел, как прятали ящики с золотыми слитками. Бывший заключенный утверждал, что их спустили в шахты под бастионом Сан-Лоренцо и пороховым погребом, глубина которых составляла около сорока метров.

Педро нарисовал даже подробный план подземелий-хранилищ. Свое многолетнее молчание он объяснил боязнью, как бы его не обвинили в пособничестве японцам. Бывший студент немного знал японский язык, и поэтому, когда начались подземные работы, его назначили надсмотрщиком над заключенными-филиппинцами. После окончания работ Педро почувствовал, что японцы могут расправиться с ним, и решил укрыться в лабиринте подземных казематов форта. Там он едва не умер от голода, ел крыс и червей, но все же уцелел.

Его рассказ выглядел достаточно убедительно, особенно после того, как аналогичные сведения о золотых тайниках в форте Сантьяго были получены и из других источников.

Для розыска «золота Ямаситы» служба безопасности президента привлекла двух американцев: уже зарекомендовавшего себя знающим кладоискателем Роберта Кэртиса и Чарлза Макдугалда, бывшего офицера американских «зеленых беретов», ставшего директором Института благородных металлов в США. Последний утверждал, что располагает японским планом с примерными местами захоронения сокровищ в подземельях форта. Кроме них, советник президента Сориано поручил поиск других японских тайников с ценностями восьмидесяти группам местных кладоискателей. По договору в случае успеха они должны были получить четвертую часть стоимости найденных сокровищ, то есть многие миллионы долларов.

Летом 1987 года часть территории форта Сантьяго была огорожена высоким забором с предупреждающими надписями: «Офф лимитс» — «Вход запрещен». Оттуда стали доноситься шум отбойных молотков и скрежет лопат. Работы велись в такой тайне, что об их цели не знало даже министерство природных ресурсов, которое по филиппинским законам должно заниматься всеми делами, связанными с кладами.

Однако произошло непредвиденное. В конце февраля следующего года внезапно обвалился один из подземных ходов, которые прокладывали под крепостью американские кладоискатели. Погибли двое филиппинских рабочих. Тщательно скрываемая история с поисками «золота Ямаситы» выплыла на поверхность. Макдугалду пришлось давать объяснения специальной комиссии, вызвавшие у многих серьезные протесты. Члены филиппинского конгресса потребовали прекращения тайных поисков японских кладов не только в Маниле, но и в других районах страны.

Какое-то время советнику президента Сориано удавалось отстаивать целесообразность продолжения поисков. Он во всеуслышание заявил, что «на тысячу процентов» уверен в успехе проекта. Но время шло, и шансов обнаружить золото становилось все меньше. Спустя несколько месяцев Сориано был снят со своего поста. Кладоискательская лихорадка на Филиппинах утихла. Тайна «золота Ямаситы» так и осталась нераскрытой.

НУЖНО ЗНАТЬ КООРДИНАТЫ

Итак, совершенно очевидно, что клады стоит искать и в наши дни. Но вот ответ на второе условие «алгоритма успеха», а именно: где больше шансов найти сокровища, на суше или в морских глубинах, — не столь однозначен.

На первый взгляд он кажется очевидным. Ведь рыть землю, проникать в подземелья и пещеры, раскапывать могильные курганы гораздо проще, чем отыскивать на бескрайних морских просторах затонувшие суда, а потом с риском для жизни вызволять сокровища из их трюмов. Но это только на первый взгляд. Если обратиться к истории кладоискательства, то выясняется парадоксальный факт: стоимость различных ценностей, поднятых со дна в прошлом и нынешнем веках, во много раз превосходит денежный эквивалент сухопутных кладов.

Причин тут несколько. Прежде всего богатства на земле именно прятали, то есть специально делали все, чтобы посторонний не мог их обнаружить. Во-вторых, те, кто зарывал клады, не имели ни малейшего представления о географических координатах — градусах и минутах, широте и долготе. Наземные же ориентиры слишком недолговечны. Поэтому дошедшие до нас сведения о месте, где захоронены сокровища, обычно оказываются слишком приблизительными, чтобы можно было руководствоваться ими.

В качестве примера можно привести историю «Золотой бабы».

Впервые о золотой статуе — загадочной святыне народов Севера и Востока — прослышали русские монахи-миссионеры, несшие слово Божье за Волгу. Они узнали, что тамошние малые народы, поклонявшиеся этой языческой богине, сами ее никогда не видели. Дань для «Золотой бабы» собирали жрецы-шаманы. По их словам, статуя стоит на Каме в заповедном лесу. Никто не смеет приближаться к ней, ибо из того места сразу слышится ужасный стонущий вой.

Причем, как выяснилось позднее, это была сущая правда. Как только случайный охотник, рыбак или грибник приближался к заповедному лесу, сразу же поднимался ветер и зловещий вой предупреждал путника о смертельной опасности. И все же смельчак нашелся. Им оказался известный европейский путешественник Герберштейн, не поддавшийся суеверному страху.

К тому времени, а это произошло уже в XVI веке, шаманы перенесли «Золотую бабу» за Урал. Герберштейн нашел ее по вою в пещере близ горы Денежкин Камень и оставил такое описание: «Статуя исполнена в виде немой старухи, которая держит в утробе сына, и там уже опять виден ребенок, про которого говорят, что он ей внук». Путешественник пришел к выводу, что заунывные звуки при ветре издают специальные трубы, придуманные шаманами для устрашения людей.

Казаки Ермака при завоевании Сибири попытались завладеть «Золотой бабой», но это им не удалось. Шаманы успели унести ее еще дальше на север, сначала на реку Кезым, а оттуда к горам Путорана на Таймыре. По слухам, она там стоит до сих пор.

Ясно, что полагаться на столь расплывчатые сведения нельзя. Поэтому искать «Золотую бабу» — дело почти безнадежное.

Если же исходить из «алгоритма успеха», шансы найти сейчас на суше дорогой клад, исчисляемый хотя бы десятками тысяч долларов, очень малы. Тем более что зачастую нет достаточно достоверных данных относительно спрятанных ценностей.

Другое дело царство Нептуна. За многовековую историю мореплавания множество судов стало жертвами кораблекрушений. По сведениям морской археологической организации «Просубак», в настоящее время на дне морей и океанов покоится около 250 тысяч кораблей, затонувших только за последние четыреста лет. В их трюмах находятся огромные богатства общей суммой более шестисот миллиардов долларов. На поверхность же было поднято ценностей всего на пятьсот миллионов долларов.

Изделия из благородных металлов представляют огромную художественную и историческую ценность, к тому же подводные клады не подвержены воздействию морской воды, их не затрагивают происходящие- на нашей планете войны и природные катаклизмы.

Возвращение лежащих на дне сокровищ облегчается тем, что известны районы, где чаще всего происходили кораблекрушения, а нередко и координаты гибели кораблей с ценными грузами. Первое место среди них занимают испанские галеоны. Подсчитано, что за период с 1492 года до начала XVII века из Латинской Америки в Европу было отправлено морским путем более тысячи тонн желтого металла. Из них, по меньшей мере, треть была потеряна из-за кораблекрушений и нападений пиратов. В свою очередь, и пиратские корабли нередко шли ко дну. Причем и те, и другие тонули в основном в Карибском море, в частности в районе отмели к северу от Доминиканской республики, которая даже получила название Серебряной банки.

Другое подводное кладбище находится близ Азорских островов у Атлантического побережья Африки. Правда, там тонувшие суда не сразу шли на дно, а долгое время перемещались подводными течениями, пока не достигали общего конечного пункта, расположенного чуть южнее тропика Рака, в трех градусах к востоку от Пуэрто-Плата, у основания гряды рифов, образующих своего рода подводный котел.

Конечно, акватории обоих «архипелагов затонувших галеонов» слишком велики, чтобы можно было сразу же выйти на одни из них. И тут подводным кладоискателям неоценимую помощь оказывают «Генеральные архивы Индий» из испанского города Севильи. В сорока трех миллионах документов, собранных там, отражены взаимоотношения Испании с ее американскими колониями со времен открытия Нового Света Христофором Колумбом и до обретения ими независимости в XIX веке. Опись всех этих документов была завершена лишь в конце 1985 года, то есть через два столетия после того, как был создан архив.