Варяги и Русь - Игорь Анатольевич Настенко

детьми 10 000[374], что, учитывая небольшую плотность заселения этих мест, действительно могло подразумевать значительную часть населения. Таким образом, в конце VIII в. Нордальбингия впервые переходит во владение ободритов, что в немалой степени определило ход истории Юго-Западной Балтики на несколько столетий. С того времени этой самой северной из саксонских провинций предстояло быть точкой пересечения интересов трёх главных политических игроков региона, на границе которых она находилась, — империи франков, ободритского и датского королевств, стать причиной многочисленных войн и опорным пунктом для подчинения ободритов и данов немцами.

Несмотря на оказанные Дражко очень высокие для «варварского правителя» почести, в первой половине IX в. отношения ободритов и франков предстают в источниках достаточно противоречиво. С одной стороны, имеется множество прямых сообщений о близких союзнических отношениях, выгодных и тем, и другим и поддерживаемых обеими сторонами. В конце VIII — начале IX в. они постоянно оказывали друг другу военную помощь, их связывали общие политические и экономические интересы. Врагами и тех и других были достаточно мощные силы саксов, велетов и данов, в силу чего сохранение союзнических отношений кажется было вполне оправданным и, возможно, на каком-то этапе даже необходимым обеим сторонам. Раскопки торгового центра ободритов возле деревни Гросс Штрёмкендорф, отождествляемого в настоящее время с историческим эмпорием Рерик[375], показали, что и сама ободритская торговля в то время во многом была связана с франками или подконтрольными им землями фризов и саксов, из которых купцы привозили керамику[376], украшения[377] и стекло. Последнее использовалось в том числе и как сырьё для изготовления популярных у славян и скандинавов дорогостоящих стеклянных бусин[378].

Налоги от этой торговли, согласно сообщению франкских анналов, обогащали казну ободритских князей, так что сохранение хороших отношений с франками должно было быть выгодно обеим сторонам, как политически, так и экономически. Также и славянская знать в немалой степени стремилась подражать франкской придворной культуре, как это видно по особому типу старигардской роскошной керамики, связанному с татингской керамикой[379] и, возможно, даже и планировке старигардского дворца, архитектурно очень схожего с современной ему резиденцией Карла Великого в Падеборне[380]. Однако ряд фактов указывает и на то, что предпосылки к разрыву этих отношений начали возникать уже в начале IX века. Уже в следующем после передачи ободритам Вигмодии и Нордальбингии 805 году в Диденхоффском капитулярии провозглашается запрет на продажу оружия в торгующих со славянами городах Франкской империи. Возможно, эти законы не были направлены конкретно против союзных тогда франкам ободритов, но они отражают общее направление франкской внешней политики, в которой славяне однозначно рассматривались либо как ненадёжные и временные союзники, либо как прямые враги. Два первых города из этого диденхоффского списка приграничных со славянами торговых городов — Шезла и Бардовик — находились в то время на границе с ободритами.

В 808 г. королевство ободритов подвергается одновременному нападению сразу с трёх сторон. С севера их атакуют даны во главе с королём Готтфридом, с востока — вильцы, а на Эльбе поднимают мятеж два зависимых от ободритов славянских племени смельдингов и линонов. По всей видимости, потерпевший поражение ободритский князь Дражко был плохо подготовлен к такому ходу событий. Даны завоёвывают ряд ободритских городов и доходят до Эльбы. Однако, несмотря на одновременное нападение противников, ободритам всё же удалось нанести данам большие потери, что сделало невозможным продолжение ими войны. Как сообщают франские анналы, король данов Готтфрид, «потеряв своих лучших и храбрейших воинов и с ними сына своего брата… возвратился с большим уроном для своих войск»[381] обратно в Данию. Франки двинулись к Эльбе со своей стороны, однако не вступали в сражение с данами, а лишь помогали ободритам в подавлении мятежа смельдингов и линонов. Возвращаясь в 808 г. обратно в Данию, Готтфрид разрушил Рерик и переселил из него купцов в датский торговый центр Хаитабу (Хедебю). Также он убил и одного из ободритских князей — Готлеиба, а Дражко был вынужден выплатить ему дань и отдать в заложники своего сына. Впрочем, эта неудачная для ободритов война не особенно отразилась на общем расположении сил в регионе.

Уже в следующем году Дражко, заручившись поддержкой саксонского войска, совершил ответный поход на вильцев и «опустошил их землю огнём и мечом и вернулся домой с бесчисленной добычей»[382], после чего снова подчинил смельдингов, взяв штурмом их столицу. Вернуть в состав своего королевства земли линонов после их отпадения в 808 г. ободритам, судя по всему, более не удалось. За это говорит не только отсутствие соответствующих упоминаний в источниках, но и сам факт строительства франками «для защиты от славянских нападений» крепости Хохбуки на Эльбе прямо напротив столицы линонов Ленцена уже в 808 г., после их отпадения от ободритов. Франкские анналы сообщают под этим годом о строительстве франками с той же целью и второй крепости на Эльбе, оставшейся ими неназванной. По всей видимости, напряжение в регионе должно было в это время сильно нарастать, т. к. и сам Готтфрид, вернувшись в Данию после удачной ободритской войны, первым делом принимается за строительство масштабных укрепительных сооружений, начинавшихся у стен Хаитабу и протянувшихся впоследствии по всей линии границы с ободритами и Нордальбингией, явно опасаясь угрозы ответного нападения со славянской стороны. Общая политическая ситуация в Нордальбингии в это время предстаёт как напряжённая и нестабильная: права на эти земли предъявляют одновременно франки, ободриты и даны.

Возможно, с этими опасениями Готтфрида связано и убийство им заманенного в Рерик ободритского князя Дражко в 809 г., сразу после его удачных походов на велетов и смельдингов. Тогда же для защиты, на этот раз от данов, франки основывают крепость Эссефельд (современное Итцехое) на реке Штёр в Нордальбингии, что также было связано с всеобщим ожиданием надвигавшейся масштабной войны с данами. Война эта, впрочем, была отложена на несколько лет по причине убийства Готтфрида. Едва ли сами ободриты воспринимали в то время франкские крепости как покушение на своё влияние в регионе: и в Хохбуки, и в Эссефельде найдено немало славянской керамики, что, учитывая отсутствие прямого сообщения этих крепостей с франкскими землями, возможно, указывает на ободритскую помощь франкским гарнизонам крепостей. Не менее вероятным кажется и возможность смешанных франко-славянских гарнизонов обеих крепостей. Для крепости Эссенфельде, однако, при этом был назначен саксонский начальник.

Союзнические отношения ободритов и франков сохранялись и в 815 г., когда под предводительством франкского посла ободритские и саксонские войска, оказывая помощь изгнанному из Дании и принявшему франкский вассалитет Гериольду, вторглись