Варяги и Русь - Игорь Анатольевич Настенко

Торновская группа славян избрала иной тип поселений. Были основаны многочисленные малые круглые городища, где постоянно проживала лишь правящая верхушка, а при приближении военной угрозы они использовались окрестными жителями как убежища. В Верхней и Нижней Лужицах и в центральных областях между Эльбой и Одрой известны десятки таких городищ. Вокруг них относительно свободно располагались неукрепленные поселения.

Подобные городища и поселения были полностью раскопаны в Торнове и Форберге, в Визенау, а в других местах исследовались частичными, но обширными раскопками.

Характерными постройками этих поселений, в отличие от селищ с керамикой пражского типа в области Эльбы-Зале, были дома со столбовой, бревенчатой конструкцией стен, которые первоначально имели большие размеры. Оборонительные стены в области торновской группы сооружались из бревен в виде «решетчатых конструкций».

По вопросу о происхождении ободритов, расселившихся в западной части Мекленбурга, фактических материалов пока нет. На основе косвенных данных было высказано предположение, что первоначально они жили совместно с дунайскими ободритами около Белграда и во второй половине VI в. под натиском аваров переселились на север. Однако подтверждающих материалов в пользу этой или какой-либо иной концепции археология пока не дает.

Славянские переселенцы VI–VII вв., откуда бы они ни пришли, вынуждены были основывать новые поселения и, как уже говорилось, во многих местах освобождать от леса площади для пахотных полей. Славяне в основном осваивали заброшенные земли. Их расселение шло прежде всего по рекам, быстро осваивались и берега озер. Около водоемов наблюдаются скопления поселений, а от них в радиусе 10–50 км и более располагались другие поселения, образуя поселенческое гнездо, соответствующее племенной структуре славян.

В центре таких скоплений поселений обычно строилось городище, как это наблюдалось в Торнове или в Фельдберге. Подобные гнезда поселений, именуемые в польском языке ороіе (открытое пространство, ополье), в немецком — gefilde, латинскими хронистами назывались civitates. Они составляли основу племенных регионов. Вплоть до первой половины IX в. западнее Одры имелись сотни таких участков. Так, племенной союз ободритов включал 53 civitates, вильцы имели 95, стодоране — 3, лужичане и мильцы — около 30 civitates. Сорбы на Эльбе и Зале состояли из многих отдельных племен с 50 civitates. Гнезда поселений разделялись между собой пограничными лесами, которые начиная с IX в. многократно вырубались, в результате чего первоначальные гнезда сливались в крупные поселенческие области, идентичные племенным регионам. Известно, что ободриты, как и вильцы, состояли из четырех племен. Сорбский племенной союз насчитывал значительно большее количество племен.

Структура поселений племени и динамика их в настоящее время исследованы в результате археологического изучения более чем тысячи пунктов. Более сложный вопрос об экономическом развитии в этих гнездах поселений и в племенных регионах. Очевидно, эволюция в различных местностях протекала по-разному. Все славянские племена занимались земледелием, и оно являлось основой их экономики, однако эффективность хозяйственной деятельности была весьма различной. Это замечание в равной степени относится и к скотоводству. Последнее обеспечивало мясом население большинства областей междуречья Одры и Эльбы, в то время как в отдельных местах этой территории доминирующая роль принадлежала охоте.

Важным новшеством в развитии славянского земледелия является возделывание ржи. Выращивание ее требовало, правда, более тщательной обработки земли, но оно вознаграждало этот труд более высокими и устойчивыми урожаями. Кроме того, рожь давала возможности для регулирования севооборота.

При раскопках в Торнове было сделано интересное открытие. На городище Б, погибшем в результате пожара в начале IX в., выявлены остатки 19 амбаров, в которых хранилось зерно, сгоревшее вместе с поселением. В результате изучения этого зернового материала удалось выявить 73 разнохарактерных комплекса, вероятно, принадлежащих к урожаю одного года, но к различным полям или усадьбам. Качественные и количественные анализы, выполненные специалистами-ботаниками, показали, что ведущая роль принадлежала ржи, но обнаружены и другие виды зерна. В каждом исследуемом комплексе преобладали зерна того или иного определенного вида, но всегда присутствовала примесь и другого зерна. Как показала статистика, примеси эти имели не случайный характер, а обнаруживали определенные закономерности. Так, в комплексах, содержащих преимущественно рожь, обычно присутствовали зерна пшеницы, пшеница же содержала примесь проса, а среди последнего встречались зерна ржи. Эти наблюдения, а также анализ сорняков, встречаемых в исследуемых зерновых материалах, позволили сделать вывод о том, что на возделываемых полях имела место определенная смена сельскохозяйственных культур, выработалась конкретная схема севооборота.

До сих пор не удавалось ни в ГДР, ни в какой-либо другой области Европы обнаружить раскопками и проанализировать столь обширный зерновой материал, относящийся к единому периоду и сравнительно небольшому региону. Конечно, на основе этого бесспорного свидетельства наличия севооборота в окрестностях Торнова еще нельзя говорить о том, что подобные севообороты были характерны для земледелия всех северо-западных славянских племен, но в области лужичан они, по-видимому, имели большое распространение.

На примере исследования материалов раскопок в Торнове показателен и другой путь совместной работы с ботаниками и зоологами: удалось определить относительную роль земледелия и скотоводства в определенные периоды истории поселения. Основой при этом являются данные пыльцевых анализов. При сравнении последних установлено, что каждому вегетационному периоду соответствует вполне определенное количественное соотношение пыльцы естественной и культурной растительности. Так, например, для пастбищных участков прежде всего характерна пыльца подорожника, типичного растения земель, оставленных для выпаса скота. Вполне очевидно, что чем шире на окультуренных землях были распространены пастбища, тем меньшая площадь оставалась пашне, где возделывались зерновые культуры, и наоборот. Исходя из этого разработана формула, характеризующая соотношение пахотных и пастбищных участков. Согласно этой формуле, если количество пыльцы злаковых культур разделить на количество пыльцы растений, характерных для пастбищных земель, и полученное число будет меньше трех, то, значит, преобладало скотоводство, больше трех — земледелие.

Пыльцовые анализы позволяют не только выяснять роль земледелия и скотоводства в сельскохозяйственном производстве, но и говорить о расширении пастбищных и посевных площадей, при этом обращается внимание на соотношение пыльцы природной и культурной растительности. Очевидно, что в дальнейшем ученым, представляющим различные науки, нужно было бы приступить к методическим изысканиям по истории сельского хозяйства, которые велись бы независимо от случайных археологических находок.

Необходимо подчеркнуть, что славянское сельское хозяйство в исследованном регионе непрерывно развивалось и по своей результативности до XI–XII вв. не отставало от уровня такой же деятельности в других сельскохозяйственных областях Центральной Европы. Динамичность развития сельского хозяйства — основы общественного производства — обеспечивала эволюцию других жизненно важных отраслей. На городищах, известных в сотнях мест, из домашнего производства выделяется в самостоятельную отрасль экономики ремесло, развивается