Песчинка на ветру - Юлия Гойгель

Саид медленно поднимается с пола собственного кабинета, сплёвывая под ноги кровь из разбитой губы. Его волосы взлохмачены, да и сам он напоминает взъерошенного потасовкой ястреба. Арслан стоит на коленях удерживаемый двумя огромными охранниками. Его лицо залито кровью, которая стекает на белую рубашку. От этого контраста кажется, что крови невероятно много. Я так и не могу определить откуда именно она течёт, когда вижу, что третий охранник, стоящий за спиной Арслана, замахивается на него тяжёлым боевым пистолетом. Я не один раз видела, как в лагере подобным ударом убивали ставших ненужными людей. Закричав, я бросаюсь вперёд, закрывая голову любимого человека собственной спиной. Удара я почти не чувствую, моментально проваливаясь в вязкую, не имеющую конца и края темноту.

Глава 44

— Эмилия, Эмилия Витальевна, просыпайтесь. Я понимаю, вы устали, хотите отдохнуть, но сейчас вам нужно поговорить со мной. Эмилия Витальевна, вы меня слышите? Эми?

Последнее обращение заставляет меня открыть налитые тяжестью веки. Я с трудом фокусирую взгляд на приятном молодом мужчине, осторожно гладящим меня по плечу.

— Эмилия Витальевна, посмотрите на меня? — просит мужчина, и я послушно гляжу на него. Доктор. Но дальше мысли путаются. Почему я в больнице? Снова операция? Где Роман?

— Роман? Он здесь? — срывается с моих губ. Лицо доктора становится удивлённым.

— Это кто? Ваш брат?

— У неё нет брата, только сестра, — я поворачиваю голову на звук другого голоса, который тут же обрушивает на меня шквал воспоминаний. Мужчина берёт в свои руки мою ладонь, сжимая. — Эми, ты меня не помнишь?

Теперь в его тёмных глазах читается страх. Я впервые вижу, что этот мужчина может испытывать подобное чувство.

— Я помню, Арслан. Я всё помню. Но больница, она….

— А кто такой Роман? — интересуется доктор.

— Её бывший муж, — цедит Арслан. — Он…

— Подождите, — обрывает его врач. — Пусть девушка сама расскажет.

— Он погиб, — отвечаю я. — У меня разлился аппендицит, я долго пролежала в больнице, поэтому теперь почему-то показалось, что я всё ещё там.

Врач кивает.

— А что последнее вы помните?

На миг я прикрываю глаза. Лицо и рубашка Арслана залитое кровью, пистолет, занесённый охранником для смертельного удара.

— Я уже сказал вам, что мои охранники затеяли дурацкую перепалку, а девушка, моя племянница, увидела лишь часть этого представления и сильно испугалась, полезла их разнимать. Два здоровых бугая, сами видите, не заметили её и случайно ударили оружием, — ворчит Саид. Он сидит в удобном кресле в углу одноместной палаты больше похожей на шикарный номер дорогого отеля.

— Я не сомневаюсь в ваших словах, Семён Семёнович, — уважительно отвечает врач. — Я спросил, чтобы оценить состояние девушки.

— Всё так и было, — подтверждаю я. — Я всё помню. И что у меня есть сын и… жених?

Теперь я смотрю на Арслана. Я вспомнила, что Артём бежал за мной следом. Что с ним случилось?

— Артёма мы оставили дома, на случай, если Леон проснётся, — быстро успокаивает меня Арслан, верно поняв мой взгляд. — Вряд ли малыш настолько запомнил Хайфу, чтобы не испугаться, проснувшись.

— Доктор, теперь вы можете полностью оценить состояние Эмилии Витальевны? — напоминает о себе Саид. — Мы здесь уже три часа сидим. Два часа ночи, между прочим.

— Мы сделали вам томографию верхней части позвоночника, — доктор говорит, обращаясь ко мне. — Хотя мужчины и утверждали, что удар в последней момент удалось смягчить, и он прошёл по касательной. Томография это подтвердила. Кожа у вас в районе верхней правой части лопатки повреждена, но она счёсана, а не разбита, поэтому швы накладывать не нужно и следов не останется. Но гематома образовалась и первую неделю будут беспокоить вполне сильные болевые ощущения. Теперь вы ничего не чувствуете, так как мы прокапали вам хорошее обезболивающее и успокаивающее.

— Почему она потеряла сознание? — уточняет Арслан. — Удар не задел голову?

Врач опасливо косится в сторону Саида. Видимо не хочет ссориться с известным человеком города.

— Сильный эмоциональный стресс. Испуг. Эмилия Витальевна действительно потеряла сознание, а потом просто уснула. Так организм попытался защитить её психику. Подобное часто случается. Скорее всего Эмилия Витальевна уже до этого испытывала сильное волнение. Вы сказали, что у вас есть жених? Возможно, очень волнуетесь из-за предстоящей свадьбы?

Я киваю.

— Всё понятно, — спокойно басит Саид. — Наши теперешние действия?

— Мы оставим Эмилию Витальевну для наблюдения, — начинает доктор, но я резко сажусь на кровати, едва не вырвав из вены иглу капельницы.

— Нет, пожалуйста, я не хочу оставаться в больнице!

Саид согласно кивает:

— Доктор, это возможно? Понаблюдаем дома. Приедете завтра с утра и сами осмотрите. С нашей стороны никакого стресса. Глаз с племянницы не спущу!

Доктор не хотя кивает головой:

— Если вы категорически против…. Я заеду утром. Возьмёте мою визитку с номером телефона. Если вас хоть что-то насторожит сразу звоните мне.

— Позвоним, — обещает Саид. — Положите нам мазь, чем обрабатывать ссадины и что там ещё требуется. Заодно утром и перевяжите сами. Чтоб до свадьбы зажило. Нечего вашим медсёстрам к нам ходить. Девки молодые, а мужики у меня все горячие, сами видите. За племянницей и то не уследили.

— Пойду всё подготовлю, — кивает доктор и обращается, на этот раз к Арслану. — Шов снимем на седьмой день, про обработку вы знаете. Гематомы желательно тоже смазывать мазью, чтобы рассасывались.

На мужчине чистая новая рубашка, поэтому повреждений на его теле я не могу видеть. Лицо выглядит чистым, лишь на голове, почти по центру я замечаю полоску лейкопластыря и отсутствие части волосы. Видимо их сбрили, когда налаживали шов. Рана не выглядит обширной, значит глубокая, решаю я, если потребовалось шить. Но откуда столько крови? Впрочем, при Саиде спрашивать точно не стоит. Наверное, если бы жизни Арслана что-то угрожало его бы точно не отпустили домой.

— Влад, собираемся, где вещи? — кричит Саид из палаты. Начальник охраны тут же материализуется на пороге. Шеф, глянув на него, добавляет: — Извинись перед Эмилией. Всё же это ты едва не переломил позвоночник моей племяннице.

Влад, прихрамывая подходит ко мне. Выглядит он более потрёпанно, чем Арслан. Губа сильно разбита, под глазом налился синяк и эта хромота, которой ещё с обеда не было.

— Простите, Эмилия Витальевна, — совсем не извиняющимся тоном произносит он. — Я смягчил удар, как мог. В следующий раз думайте, прежде чем лезть между мужчинами.

Я помнила его ещё с первого появления Саида в доме, который занимал Арслан в оккупированном сирийском городе. Не просто начальник охраны Саида. Такой же боевик, как и