Песчинка на ветру - Юлия Гойгель

же боевик, как и я. Он тоже был полевым командиром и всегда хотел занять моё место, как и Роман. Но Роман действительно был лучшим. Когда Саид подался в большую политику, он сделал Романа начальником своей охраны, ты это знаешь. Большому политику нужна внушающая доверия свита. Несмотря на историю с Латифой, Саид всё же выбрал кандидатуру Романа. Когда он стал замечать, что Джамиля не совсем правильно относится к Роману, он отправил его в отпуск. Тот решил вернуться в Минск. Я передал ему карточку и драгоценности для тебя. Остальное ты знаешь. Владу тоже пришлось вернуться и стать начальником охраны. Перечить Саиду он не может, но хочет назад. Здесь так не постреляешь, как в горячей точке. Так как Романа больше нет, Влад первый претендент на моё место. Вот он и пытается ухватиться за любую возможность, чтобы расчистить себе путь.

— Я всё врем думала, что Саид — прямой представитель Востока. Он всегда разговаривал на английском или на арабском, — призналась я. — А теперь, в костюме, я не вижу в нём восточных чёрт.

— Матерью Саида была русская женщина. Влиятельная и богатая. Он во многом унаследовал её внешность. Но воспитывался он в семье мусульманина — отца, также очень состоятельного и влиятельного человека. Он был единственным ребёнком, кстати, достаточно поздним, у обоих родителей. И, ещё будучи молодым, получил огромное наследство. Теперь он его приумножил в десятки раз. У него два имени. В данный момент ему выгодно то, что дала русская мать, — пояснил Арслан. — Уже четыре часа утра. Эми, тебе нужно поспать.

— Хорошо. Только не уходи, пожалуйста. Я не усну, зная, что Влад в любую минуту может пройти рядом.

— Эми, я каждый день могу схлопотать если не пулю, то нож в спину, — тихо смеётся Арслан.

— Но это не у меня на глазах! — возражаю я. — И в своей спальне ты будешь один. А здесь нас….

Я осекаюсь, не договорив и глядя в глаза Артёму. Как же всё ему объяснить, как сделать так, чтобы он всё правильно понял, какие найти слова? Или подобных слов просто не существует?

— Трое. Нас здесь трое, — заканчивает за меня Артём. Наверное, впервые я не могу понять, что звучит в его голосе. Горечь, обида, понимание или….

В комнате достаточно темно. Видны лишь силуэты. Мужчины всё ещё лежат поверх одеяла. Рука Арслана, как и прежде гладит меня по плечу. Но теперь я чувствую, как сильно прижимается ко мне его тело, мощную эрекцию, что вдавливается в мои ягодицы. Под тонкими домашними брюками у него нет белья. Прямо передо мною — Артём. Его рука накрыла мою, пальцы нежно касаются моих ладоней. Так как я лежу на боку, глубокий вырез рубашки сместился, и мужчине почти полностью видна моя грудь. И теперь он смотрит прямо туда. Тёплая волна, рождённая внизу живота, начинает медленно разливаться по моему телу. Арслан нетерпеливо двигает пахом по моим ягодицам и тепло превращается в обжигающий огонь. Я совсем не беззвучно стону, запрокидывая голову. В то же мгновение Артём подаётся мне навстречу, и его губы яростно сминают мой рот. Арслан не делает попытки выдернуть меня из объятий жениха. Его губы нарочито медленно скользят по моим волосам, затем смещаются на позвоночник, обходя повязку. Острые зубы чуть прикусывают каждый позвонок, после чего он жадно зализывает потревоженное место языком, посасывая губами. Я выгибаюсь, реагируя на ласку, приоткрываю рот, в который тут же глубоко вторгается язык Артёма. Я отвечаю также страстно, уже отдавшись потокам сумасшедшего возбуждения. Низ живота горит, рот затапливает слюной, дыхание срывается, а влажное лоно требует немедленной наполненности. Голова Артёма опускается ниже. Теперь его губы целуют и посасывают соски, он мнёт мою грудь руками. Я чувствую, как Арслан подлаживает мне под плечо подушку, и я оказываюсь на спине. А ещё через секунду кто-то из мужчин стягивает с меня рубашку. Они по-прежнему в брюках, а я — полностью обнажена. Но прийти в себя мне не дают. Сместившись в сторону, Артём по-прежнему ласкает мою грудь. Арслан, широко разведя мои ноги, устраивается между ними и прижимается губами к пульсирующему от желания лону. Язык ласкает чувствительный бугорок, после чего губы начинают ещё сильнее посасывать. Я верчусь, пытаясь сдвинуть бёдра, задевая ногами гематомы на спине Арслана. Он тихо шипит, затем прижимает рукой к кровати моё левое бедро. Правое тоже оказывается обездвиженным рукой Артёма. Мне ничего не остаётся, как сдаться на милость сильнейших. Тело уже давно капитулировало. Ему требуется лишь пару минут, чтобы забиться в освобождающих судорогах оргазма. Теперь сильные ласки становятся болезненными. Мужчины синхронно дают свободу моим ногам. Арслан приподнимается, легко хлопнув меня по бёдрам:

— Давай, солнышко, становись на коленки.

Я тут же делаю, как он говорит. Возбуждение не ушло. Получив вкусный перекус, оно по-прежнему жаждет наполненности и проникновения. Пока я переворачиваюсь, мужчина отбрасывает в сторону брюки. Тяжёлый толстый член вжимается в мои ягодицы. Я невольно всхлипываю от силы собственного желания почувствовать его внутри. Верчу попой, чтобы налившаяся плоть скорее прижалась к изнывающему лону, прогибаюсь, прижимая голову к кровати. И тут же получаю шлепок по попе.

— Не так, Эми. Ты что, спать собралась? — Арслан собирает волосы в кулак и тянет за них, поднимая мою голову. — Ноги шире, упирайся в кровать коленями и руками, спина прямая. Или Артёму очередь занимать, как на базаре?

Я вспыхиваю, понимая, что он имеет в виду. Сделать это не просто при Арслане, а сделать с другим мужчиной. Я ещё не ласкала Артёма такой лаской. Он ласкал, а я как-то всё не решалась.

— Ты подумай, но я больше ждать не могу, — хрипит Арслан. Я чувствую, как объёмная головка проскальзывает мимо мокрых губок и давит на вход. Меня всю передёргивает от этого первого проникновения, я не сдерживаю стон, лихорадочно облизывая губы и приоткрывая рот. Мужчина проникает до конца одним движением. Не резким, но слишком глубоким, таким долгожданным. Меня в прямом смысле трясёт. Я ощущаю, как обхватываю его внутренними мышцами, словно стремясь удержать в себе, поднимаю голову и встречаюсь глазами с Артёмом. Он смотрит на нас, но не делает ни одной попытки надавить на меня. Арслан чертовски прав. Мы не на базаре, чтобы разглядывать.

— Артём, — я сама его зову. — Ты разденешься?

Он стягивает брюки одним движением. Под ними тоже нет белья. Я пытаюсь коснуться его одной рукой, придержать, чтобы обвести языком, поласкать губами и едва не падаю от сильного толчка Арслана. Тот успевает меня удержать