Идеальная иллюзия - Клаудиа Тан

Мое сердце переполняется любовью и благодарностью к этому мужчине.

– Нет, Дэниел. Это я должна благодарить тебя, – возражаю я, и мое сердце раздувается от счастья. – Я не должна была строить о тебе выводы прежде, чем узнала. Мне казалось, что я знаю о твоей личности все на основе услышанных историй и моих предложений, это просто поглотило меня. Ох, как же я ошибалась. У тебя необыкновенное сердце, Дэниел, – тихо бормочу я. – Я изо всех сил пыталась жить жизнью, не соответствующей ожиданиям родителей. Но ты вдохновил меня найти удовлетворение в моих истинных желаниях. И я так счастлива от того, кем стала рядом с тобой.

Широкая улыбка украшает губы Дэниела, пока я говорю. Он проводит рукой по лицу и качает головой, как будто не может остановить расползающуюся на лице улыбку.

– Да, черт возьми, – соглашается он.

Затем он скользит рукой по моему затылку и целует, нетерпеливо прижимаясь к моим губам.

Я смеюсь ему в губы и зарываюсь пальцами в его растрепанные ветром волосы, успокаивающе массируя кожу головы. Он стонет и углубляет поцелуй, обхватывая мои щеки своими огромными ладонями и спускаясь ими вниз, пока не достигает талии. Как только руки оказываются там, хватка на мне усиливается, и, не отрывая своих губ от моих, он стаскивает меня с дивана и несет в дом.

Пока он поднимается по лестнице, я обхватываю Дэниела ногами и крепко обнимаю его за плечи, осыпая сладкими поцелуями его челюсть. В ответ он издает первобытный горловой звук и прижимает меня к себе, руками обхватывая задницу и вжимая меня в свою растущую эрекцию.

Ощущение твердого члена между ног кажется таким восхитительным, что я могла бы кончить, просто потираясь о него.

Черт, не могу дождаться, когда он окажется внутри меня.

Когда мы наконец-то добираемся до спальни, он аккуратно укладывает меня на простыни, и я приподнимаюсь на локтях, наблюдая за тем, как он сбрасывает пальто и одним движением руки срывает рубашку со своей рельефной фигуры. Этот маневр настолько горяч, что мне хочется выжечь его в своем сознании, чтобы воспроизводить снова и снова, когда захочется возбудиться.

Дэниел помогает мне избавиться от одежды, пока она не превращается в беспорядочную кучу на полу. Он забирается на меня сверху, и я едва ли не плачу от облегчения, когда он вновь целует меня, скользя пальцами вниз, чтобы подразнить меня. Тело сжимается от возбуждающего давления внизу живота, пока его пальцы проникают в меня. Я выгибаю бедра навстречу его движениям и издаю стон ему в рот, мои веки трепещут в исступлении.

Я чувствую, как сжимаются мои мышцы внутри, когда Дэниел ласкает меня, обещая неистовый оргазм, но я останавливаю его, схватив на руку, прежде чем это зайдет слишком далеко.

У меня другие планы на вечер.

– Моя очередь, – шепчу я и переворачиваю нас, оказавшись на нем сверху.

Глаза Дэниела обжигают похотью, пока он наблюдает, как я сползаю вниз и обхватываю руками его твердость. С губ срываются неприличные ругательства, когда я смыкаю свои губы вокруг члена и его ширина растягивает мой рот.

Солоноватый привкус тает во рту, когда я провожу языком по кончику члена, кружа и дразня. Бедра Дэниела выгибаются, и я опускаю руку ему на живот, удерживая его на месте. Его руки путаются в моих волосах, и он рычит, надавливая на мою голову так, чтобы губы достигли основания. Я искусно работаю языком, двигая ртом вверх и вниз по всей длине, подводя Дэниела к краю.

–Черт, милая, – ругается он. – Ты убьешь меня своим ртом, знаешь?

Дэниел притягивает меня к себе, одной рукой обхватывая мою грудь, а другой поглаживая чувствительное местечко между моих ног. Я вытаскиваю презерватив из его сумки и натягиваю резинку на член.

– Ложись, – командует он.

– Нет. Ты ложись, – отзываюсь я и толкаю Дэниела на кровать, нависая над ним. Его голова падает на подушки, и выражение удивления, смешанного с любопытством, появляется на его лице.

Затем я ловко приподнимаюсь и направляю его в себя.

Он протяжно выдыхает, когда я опускаюсь на него сверху, чувствуя, как его длина упирается в меня. Огрубевшие руки обхватывают мою задницу, пока я скачу на нем, скользя вверх и опускаясь вниз в устойчивом ритме. В этот раз Дэниел гораздо нежнее врывается в меня, чем раньше, и меня это устраивает. Я хочу, чтобы он прочувствовал все то, что я чувствую к нему.

Я смотрю в голубые глаза Дэниела, в которых плещется целое море эмоций. Я вижу вину, боль и одиночество, причиной которых стал его отец, и я не буду убегать от них. Его агония перекликается с моей собственной, образуя столь редкую связь; мне так повезло найти мужчину, который дополняет меня во всех смыслах.

Я наклоняюсь вперед и, коснувшись его лица рукой, целую. Поцелуй легкий и мягкий, но наполненный глубоким чувством, и когда я отстраняюсь, его глаза светятся любовью и теплом.

– Ты заслуживаешь любви, Дэниел, – шепчу я. – Надеюсь, ты это знаешь.

От моих слов его глаза смягчаются, и он дарит мне улыбку, прежде чем ловит мои губы своими, разжигая огонь внутри меня. Я двигаюсь быстрее, он подается навстречу мне, подстраиваясь под мой ритм. Мы двигаемся в такт друг другу: как только я опускаюсь вниз, он толкается наверх, позволяя еще более сладостному давлению нарастать во мне.

– Милая, я собираюсь… – хрипит Дэниел, крепче сжимая мои бедра и побуждая меня двигаться быстрее, глубже, сильнее.

Я чувствую, как его крепкое тело бьется в конвульсиях подо мной, и через несколько секунд я присоединяюсь к нему, содрогаясь от охватившей мое тело дрожи. Громко выкрикиваю его имя, а он стонет мое, и мы цепляемся друг за друга в ожидании, пока наслаждение не стихнет, и я не падаю рядом с ним, совершенно обессиленная.

Он целует меня в изгиб плеча и гладит по волосам.

– Я люблю тебя, Алекс, – шепчет он, его дыхание горячее и неровное. – Я никогда не знал, что значит произносить эти слова, но говорить их тебе ощущается таким правильным. Потому что я полюбил тебя так, как никогда бы не полюбил кого-либо другого. Даже самого себя.

– Это тоже из Шекспира? – бормочу я, касаясь его лица.

– Нет. – Он качает головой. – Это от меня.

Я поворачиваюсь к нему и, расплываясь в глупой усмешке, наклоняюсь вперед, чтобы коснуться