Песчинка на ветру - Юлия Гойгель

— Ты думаешь, что она хочет занять твоё место? — удивилась я.

— Не знаю, что она хочет, — покачал головой Артём. — Она очень амбициозна, но должна знать, что всегда шла лишь в комплекте со мной. Я не хочу её унизить, но одна Лора — это пустышка в красивой обёртке.

— Артём, поступай, как знаешь. Я доверяю тебе. Если нужно, ты можешь обналичить все мои средства, — предложила я.

— Я ценю твои слова, Эмилия. Но вкладывать их в фирму отца точно не буду.

Значительно позже, разомлев от жаркого, пусть и тихого секса с оглядкой на спящих в соседних комнатах детей, Артём крепко прижал меня к своему телу.

— Хочешь спать или поговорим ещё? — спросил он.

— Поговорим, если я могу чем-то помочь.

— Можешь. Например, выйти за меня замуж, — тут же сориентировался он.

— Артём, не дави на меня. Я думаю об этом, правда. Ты лучшее, что могло случиться в моей жизни. Я верю тебе, как себе. Но, я боюсь стать твоей ошибкой. Понимаешь? — я заглянула в его глаза. — Я буду рядом с тобой столько, сколько ты захочешь. Всё же, давай подождём.

— Ты всё ещё ждёшь отца Леона?

— Нет. Никогда не ждала. Какие бы у меня к нему не были чувства, но наш сын не повторит его судьбу. Да и мою жизнь Арслан не принесёт в жертву собственному выбору. Его любовь действительно выше обстоятельств. Наверное — это то, чем он отличается от Романа.

— Прости. Мне не стоило напоминать тебе о нём.

— Ничего, я учусь с этим жить. Так о чём ты хотел поговорить?

— В Санкт — Петербурге есть фирма, она занимается производством древесины. Одно время мы заказывали там материал для нашей мебели. Я сам бывал на их производстве не один раз. Очень толковый руководитель, да и само производство выше всяких похвал. Наверное, займись бы я чем-то подобным, делал бы всё только так. Примерно год назад владелец умер от острого инфаркта. В наследство вступили двое его сыновей. Молодые парни — погодки, лет двадцати. Начали они не очень, работать то ли не умели, то ли не хотели. Скорее всего, чтобы как-то покрыть растраты вскоре выбросили на рынок десять процентов акций, затем двадцать. Я их купил. Последнее время наступила тишина, но фирма несёт большие убытки. Вчера я им написал, попросил личной встречи и разговора.

— Думаешь, производство ещё можно спасти? — уточнила я.

— Думаю, что да. Ребята, конечно, знатно накосячили. Что-то определённое можно сказать лишь изучив документы. Если моё предложение примут, поедешь со мной и Леоном в Петербург?

— Поеду, куда скажешь. Артём, я поддержу тебя во всём, только не дави со свадьбой. Нам обоим нужно время, не только мне.

Утром Артём действительно не поехал в офис, но проснулся по привычке рано. Я почувствовала, как ко мне прижимается его горячее тело, а в ягодицы упирается возбуждённая плоть.

— Артём.

— Разбудил, да? Прости, прости, — его поцелуи переместились с волос на шею, затем спину, пальцы стали ласкать соски. — Я хочу тебя, очень, моя девочка.

Ещё находясь в полусне, я прогнулась, выпячивая попку и чувствуя, как во влажное лоно погружается его твёрдая плоть. В неторопливых, но глубоких движениях его тела не было ничего, что не нравилось бы мне.

Проснувшийся Леон прибежал к нам в постель. В силу возраста его не удивляло, что нас теперь там двое. Наоборот, теперь его окружили ещё большим вниманием.

— Иди в душ, — сказал мне Артём. — Я поиграю с Леоном, затем пойдём завтракать.

Это был почти идеальный день, если бы после обеда не появилась Лора. Она предупредила, что самостоятельно заберёт Настёну из школы, хотя обычно это делал Артём. После Нового года сестра восстановила водительские права.

Когда они приехали, я была на кухне и сразу стала кормить племянницу. Сестра тоже согласилась поужинать:

— Эмиля, ты не знаешь, Артём серьёзно надумал уходить?

— Не знаю, но думаю, что да. Тебе лучше самой спросить у него.

— Не лучше, — вздохнула Лора. — Поговори с ним. Чего он распсиховался? Помахают кулаками с отцом друг перед другом. Первый раз, что ли? Всё же это его наследство. Семейное дело, что ли. Сегодня старик орал, что лишит Артёма наследства.

— Пусть лишает, — пожал плечами мужчина, услышав часть разговора и садясь с нами за стол. — Оставит тебе и Настёне. Она моя дочь, я не против. Да и ты часть семьи. Всё тоже семейное дело.

— Артём, ты сам знаешь, что этот бизнес держался на тебе, — проговорила сестра, глядя в тарелку.

— С каких это пор? — не удержался от издевки её бывший муж. — Лора, я устал грести против течения. Когда палки в колёса ставят не просто близкие люди, а ещё и те, кто непосредственно заинтересован в развитии бизнеса.

— Артём, я больше никогда…. Ну, хочешь, я стану перед тобой на колени…. Скажи, что ещё мне нужно сделать….

— Ничего, Лора, — вздохнул он. — Я принял решение. Давай спокойно поужинаем.

Глава 41

Из Санкт — Петербурга ответ пришёл через несколько дней. Человек, представившийся Семёновым Семёном Семёновичем, теперешним генеральным директором «СтройСпецЛес», предлагал обсудить перспективы дальнейшего существования производства и приглашал к себе в гости с семьёй. Я несколько раз перечитала вполне краткий и лаконичный текст. На мой взгляд приглашение больше походило на приказ.

Я засомневалась:

— Артём, а тебе не кажется это подозрительным?

— Что он написал? Нет, не кажется. Всё же у меня тридцать процентов акций.

— Он мог назначить тебе встречу. Но приглашать в собственный дом незнакомых людей…

— Кое-какие знакомые в компании у меня остались, — ответил мужчина. — Я уже созвонился с ними. Генерального действительно так зовут, и он живёт в районе Крестовского острова. Я понимаю твою подозрительность, но уверен, что криминала в этом приглашении нет. Неужели бы я стал рисковать тобой и Леоном, вашей безопасностью? Кстати, Семён Семёнович прислал марку и номер машины, которая нас встретит в аэропорту. Ребята сказали, что это одна из его машин.

— На Крестовском острове очень дорогое жильё, а личный особняк могут позволить себе единицы, — заметила я. — Зачем такому состоятельному человеку покупать развалившуюся компанию?

— Возможно, он видит перспективы и решил быть инвестором. Возможно, хочет, чтобы я продал свои акции, а, возможно, предложит мне что-нибудь интересное. В любом случае мы ничего не узнаем, пока не прилетим в Петербург, — логично высказался Артём. Он крепко обнял меня, прижав к себе. —