Две жены моего мужа - Лия Султан

— Прости, любимый, захныкала Лина. — Я больше так не буду. Это все гормональный сбой. Я не хотела обижать Дилю. Но она же должна понимать, что у нее родится братик и она больше не будет твоим единственным ребенком. Тем более, Диля — уже большая девочка.

— Дура! Как ты меня достала! — ору и бросаю трубку.

Я совершенно не знаю, как разговаривать с этой сумасшедшей, которая не просто меня не слышит, а живет в каком-то выдуманном мире. Только почему я оказался в нем главным героем?

Все эти дни я много анализировал наш разговор и поцелуй в кабинете, который частично вспомнил. Итак, я оттолкнул Линару и подумал, что ее надо бы перевести в другой отдел. Почему она осталась на прежнем месте? И почему я взял ее с собой в Актау? Мне срочно нужно было найти ответы на эти вопросы, но как назло, у меня не было ни малейшей зацепки, ни одного даже самого крохотного воспоминания о том, что произошло в том номере.

Не дождавшись запланированного сеанса с Андреем, я приехал к нему на следующий же день, в надежде попасть на прием в его окно. К счастью, время для меня нашлось, да и сам врач очень заинтересовался моим делом.

Я вновь устаиваюсь в кресле, а Андрей садится напротив. Перед началом сеанса он предупреждает:

— В этот раз все может быть сложнее, потому что у вас нет якоря, за который можно было бы удержать. Я имею в виду хотя бы малейшее воспоминание о событие. Но вы назвали дату и место, поэтому будем отталкиваться от этого.

Молча киваю, а сам уже нервничаю от нетерпения.

— Расслабьтесь, Карим, — низкий голос доктора успокаивает. — Не нужно так напрягаться, иначе у нас ничего не получится. Закройте глаза.

Под его монотонную, спокойную речь прикрываю веки, делаю глубокий вдох и выдох, позволяющий выровнять дыхание. Он просит меня очистить голову от лишних мыслей, чтобы эффективней погрузится в транс.

— С каждым вздохом пусть реальная жизнь отойдет на второй план.

Мне кажется, что Андрей отдаляется, его голос звучит еще тише, чем раньше. Я же вновь пробираюсь сквозь мрачные дебри своей памяти и когда он щелкает пальцами и просит открыть глаза, я оказываюсь в гостиничном номере.

Лежу в одежде на широкой кровати, а ощущение такое, будто под ней не пол, а вода. Меня качает на волнах, все расплывается, затылок тянет, в висках стучит. Кажется, я сильно напился. Неужели я мог себе позволить сделать это перед партнерами?

— Что вы сейчас чувствуете, Карим?

— Меня тошнит. Сильно. И голова кружится, все плывет.

Сажусь на кровати, пробую встать, но меня тянет назад. Надо же было наклюкаться до чертиков! А может, у меня алкогольное отравление? Прикладываю ладонь к холодному лбу. Немного знобит. На полке оживает телефон. Смотрю на дисплей и вижу фотографию Зары. В поездках мы всегда созваниваемся ближе к ночи. Но когда я протягиваю руку, чтобы взять его, полка отъезжает. Чертыхаюсь. В горле страшно пересохло. Нащупываю рядом открытую бутылку с водой. Не помню только, откуда я ее взял и как открыл. Делаю несколько жадных глотков, чтобы утолить жажду. А потом происходит нечто странное. Слышу сначала, как хлопнула входная дверь, а потом как застучали каблуки по паркету.

— Карим, — зовет женский голос и я открываю глаза.

Сначала все снова плывет, но затем я различаю силуэт…своей жены.

— Зара? Ты что здесь делаешь? — внутренней стороной ладони протираю глаза, думаю, что это галлюцинация. Но нет — передо мной стоит Зара в своем черно-белом облегающем платье чуть ниже колен. Оно очень ей идет.

— Приехала к тебе, чтобы ты не скучал, — отвечает тихо.

Подбираюсь к краю кровати и сажусь на нее, поставив ноги на пол. Она же встает между ними и запускает пальцы в волосы. Обнимаю ее за талию, упираясь лицом в живот.

— Мне плохо, — жалуюсь жене. — Я отравился.

— Сейчас будет лучше. Я тебе помогу, — обещает она и начинает расстегивать пуговицы на рубашке. — Я тебя вылечу.

Ее пальцы сжимают обнаженные плечи, пробегаются по груди и касаются пряжки ремня.

Толчок и все вокруг снова кружится и плывет, а меня засасывает черная воронка. Я проваливаюсь в липкую темноту, из которой пытаюсь выбраться. Хочу вернуться в номер и узнать, что там делала Зара, но больше не могу.

— Карим, откройте глаза! Открывайте! — требование врача возвращает меня в кабинет психиатра.

Разлепив веки, понимаю, что меня больше не тошнит, не знобит и не разрывает от головной боли. Но вопросов теперь больше.

— Что вы видели? Вы изменились в лице, постоянно вертели головой, — сводит брови Андрей.

— Свою жену, — до боли в пальцах сжимаю переносицу. — Но ее там не должно было быть.

— Точно? Вы уверены? — все также бесцветно спрашивает врач.

— Конечно. Это была деловая поездка. Черт, я ничего не понимаю!

Порывисто встаю, запускаю ладонь в волосы и ерошу их.

— Такое впечатление, что я постепенно схожу с ума. У меня голова кругом и ни одного ответа!

Изливаю душу врачу, потому что больше некому. После предательства я не доверяю ни брату, ни другу. Да я уже не помню, когда в последний раз говорил с ними. Искандер пару раз звонил, но я отклонил его звонки. Больше он не пытался. Знаю, с делами справляется. Но только я еще не готов ни возвращаться, ни вести диалог.

— Может, вам следует поискать эти ответы не только здесь? — после непродолжительной паузы, предлагает психиатр.

— В каком смысле? — хмурюсь я.

— Понимаете, Карим, иногда полезно вернуться в определенные декорации или пройти по тому же маршруту, чтобы разобраться. Знаете, ведь не зря полицейские проводят следственные эксперименты на месте преступления.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Внимательно смотрю на него и до меня постепенно начинает доходить смысл его слов.

Выйдя на улицу, тут же набираю жену. Она не сразу, но все-таки поднимает трубку.

— Чего тебе Смагулов? — ворчит Зара.

— Ответь честно на один вопрос. Когда я был в Актау, ты ко мне приехала?

— Чтоо? — тянет недовольно. — Психоз передался тебе половым путем?

— Просто скажи, — твердо молю ее.

— Нет. Конечно же меня там не было. Пока ты был в Актау