Две жены моего мужа - Лия Султан

Выхожу из машины и иду в аптеку, которая находится на первом этаже ЖК. Там покупаю лекарства, что прописал нейрохирург, а я забыл дома, и бутылку воды. В течение получаса должно отпустить. Вернувшись в салон, достаю телефон и визитку психотерапевта. Сейчас самое время к нему записаться.

Глава 28

— Признаюсь, когда Арсен в двух словах описал мне вашу ситуацию, я и не думал, что будет настолько интересно, — поправив очки, говорит гипнотерапевт Андрей Владимирович Кривицкий, который попросил называть его просто Андреем.

У него хороший кабинет: светлый, просторный, не заставленный кучей умных книг, как показывают в кино. Наоборот, из-за минималистической обстановки здесь будто бы легче дышать. Стены выкрашены в стильный серый, а мебель — стол, стул, мягкая кушетка и кресло цвета слоновой кости. Примечательно и растение в горшке, название которого я не знаю. Оно стоит на краю стола и листья устремляются к потолку. Это, пожалуй, единственное очень яркое пятно в кабинете.

Сам доктор хоть и старше меня на два года, но выглядит моложе. Андрей высокий, худощавый, гладковыбритый мужчина. Одет в джинсы и голубую рубашку, что поначалу никак не вязалось у меня с образом психиатр и гипнотерапевта, потому что в голове засел стереотип о бородатом старичке. Но отчего-то сразу при первой встрече к нему появилось доверие. То ли это связано с рекомендацией Арсена Ильясовича, то ли я настолько хочу вспомнить всё, что хватаюсь за него, как за соломинку.

— А я признаюсь, что дошел уже до ручки. Хочется напиться и забыться, но алкоголь мне теперь противопоказан, — невесело усмехаюсь я. — То, что мне приписывают, совсем не в моем характере. Однако все улики, как говорится, против меня.

— То, что в вашей памяти всплывают некоторые моменты из прошлого — хорошо, — доктор говорит размеренно, без напряга. — Значит, в состоянии сна сам мозг подкидывает вам картинки. И даже если они искаженные, это говорит о том, что здесь, — он касается указательным пальцем виска, — материнская плата еще не сгорела и ее еще можно отремонтировать.

— Очень надеюсь на это, — тяжело вздыхаю и впиваюсь ладонями в подлокотники.

— Мозг человека — самый удивительный и потрясающий орган, который не только контролирует наши чувства, память и эмоции, но и способен работать намного больше, чем мы можем себе представить. На данный момент из-за травмы головы определенный участок вашего мозга вышел из строя. А мы попробуем постепенно его восстановить. Но сразу предупрежу, что гипноз — это не волшебная палочка. И внезапного восстановления памяти как по щелчку не ждите.

— Да, я понимаю.

— Но все-таки мы сейчас заглянем именно в тот эпизод, который вы частично вспомнили.

— Отлично, — вздыхаю с облегчением.

— Карим, пересядьте, пожалуйста, в кресло.

Пока я перехожу в другую зону кабинета, Андрей тоже встает и идет за мной. Я делаю то, что он просит, а сам доктор садится на стул напротив меня. На низком столике со стеклянной поверхностью стоит метроном.

— Карим, вы даете свое согласие на использование гипноза?

— Конечно, — киваю ему.

— Хорошо, — улыбается Андрей, — это я обязательно спрашиваю перед введением пациента в транс.

Он замолкает и смотрит прямо в глаза. А когда начинает говорить, его голос меняется, становится ниже и мягче, успокаивает и обволакивает.

— Итак, что такое гипноз? Это способ сделать так, чтобы вашими действиями руководило подсознание, а не сознание, как в вашей обычной жизни. Вы будете слушать мой голос. Сконцентрируйтесь именно на нем, все остальное перестает входить в зону вашего внимания.

Речь врача монотонная, тихая, однообразная. Я уже чувствую легкую слабость в руках и ногах, а голова словно в тумане. Но мой взгляд все еще сфокусирован на докторе.

— Усаживайтесь поудобнее. Сосредоточьте свое внимание на моем голосе. И пока вы будете погружаться в состоянии гипнотического транса, какая-то часть будет оставаться в бодрствующем состоянии и будет слушать все, что я говорю…А теперь закройте глаза, сделайте глубокий вдох и расслабьтесь. С каждым вздохом пусть реальная жизнь отойдет на второй план...

Закрываю глаза и через несколько секунд оказываюсь в плотной темноте, сквозь которую меня ведет все тот же спокойный голос.

— А сейчас медленно откройте глаза и скажите, что вы видите?

***

Как по щелчку пробуждаюсь, но вовсе не в кабинете гипнотерапевта, а в своем столичном. Сижу за рабочим столом, одной рукой подношу ко рту чашку с кофе, другой стучу по клавиатуре.

Тук-тук-тук-тук…

— Войдите, — говорю я.

— Карим Даниалович, документы на подпись, — в кабинет входит Линара и идет столу. Остановившись, протягивает мне увесистую папку. Открываю ее и пробегаюсь по документам. Срабатывает эффект дежавю — я все это уже видел, читал и подписывал.

Листаю папку, ставлю везде свою подпись и слышу, как она спрашивает:

— Я заберу чашку?

— Да, конечно.

— Как вам кофе? — улыбается загадочно.

— Вкусный, как всегда, — коротко хвалю и продолжаю изучать документы.

— Спасибо.

***

— Карим, — надо мной звучит голос Андрея, — опишите, что сейчас происходит.

— Сейчас она наклоняется над столом и протягивает руку, чтобы забрать чашку, но касается пальцами моей ладони…

— Что вы сделали при этом?

— Сразу же убрал ее.

***

— Ой, простите, пожалуйста. Случайно, — извиняется Лина.

— Ничего, — бросаю, не глядя на нее.

Внимательно читаю последний документ в стопке, подписываю. Лина все еще стоит рядом, и я вдруг отчетливо слышу знакомые цветочные нотки. Аромат — уютный и манящий — щекочет ноздри, и я втягиваю воздух носом, как наркоман… потому что это запах моей жены.

***

— Что происходит? Почему вы напряглись? — вновь спрашивает врач.

— Это странно, но ее запах…он как у моей жены.

— Какой он? Опишите?

— Это парфюм “Armani/Prive”, аромат пиона и розы — ее любимых цветов. Зара пользуется им уже несколько лет, и на ее столике всегда стоит этот флакон. Она его очень любит.

— С чем он у вас ассоциируется?

— С ней. С тем, как она наносит его и улыбается.

— Хорошо. А теперь вернитесь в офис. Что происходит там сейчас?

***

Закрываю толстую папку, поднимаю на нее глаза.

— Это все?

— Да, — кивает она и