Тебя ждёт наказание - Ронни Траумер

– Что за парень? Как его зовут? – раздался из-за спины голос брата.

– Миша, он из Лондона, – ответила я, повернувшись к Артуру.

– Из Лондона? – переспросил Глеб, прищурившись. – А фамилию не знаешь?

– Э-э-м, точно не помню, но что-то с озером связано, – честно сказала, мысленно ругая себя за то, что не запомнила фамилию Миши.

Я точно помню, что он мне говорил, когда мы встречались во дворе. Говорил о проблемах его семьи, о длительной борьбе отца с тяжелой болезнью, и о его смерти, с которой Миша не смог справиться, за что, собственно, и пошёл по наклонной, топя свою боль и потерю в бутылке.

– Белозёров? – удивлённо посмотрел на меня Глеб.

– Да! – воскликнула я, чуть ли не хлопая в ладоши. – Белозёров, точно.

– Как интересно, – задумчиво произнёс Глеб.

– Ты его знаешь? – с нотками ревности в голосе спросил его Артур.

– Знаю…

– Насколько хорошо? – перебил его брат и сделал шаг к нам.

– Не настолько, насколько ты себе представляешь, – усмехнулся Глеб.

Я смотрела на них и не могла сдержать улыбку. Артур по-настоящему счастлив, и я очень за него рада.

– Хорошо, – выдохнул Артур и присел на кресло перед нами.

– Я хорошо знаю его сестру, та ещё дрянь, – мотнул головой и на несколько секунд замолчал, о чём-то думая. – Где-то с полгода назад прошёлся слушок среди наших общих знакомых, что у Белозёрова крыша поехала. Но я ещё тогда подумал, что это просто сплетни.

– Почему? – поинтересовался Артур.

– Миша, он нормальный парень, но доверчивый, и когда умер его отец, с которым Лев – мой дядя, в юности открыл совместный клуб, правда Белозёров потом продал свою долю Льву… В общем, это сейчас неважно. Миша спился, что его сестре было на руку, так как, если Миша не будет в состоянии, то компанией отца будет заниматься она.

– Он мне говорил что-то про это, – сказала я, вспомнив наши разговоры. – И он думает, что это её рук дело.

– Не исключено, эта дрянь на многое способна, и она всегда строила из себя ангела перед матерью Миши, проявляя к нему заботу.

– Так ты поможешь? – с надеждой спросила я.

– Помогу, – кивнул в ответ, и я набросилась на него с благодарственными объятиями.

– Спасибо, – шепнула и отстранилась.

– Пока не за что, – улыбнулся Глеб и перевёл глаза на моего брата. – Есть будем?

– О чёрт! – выругался брат и вскочил как ошпаренный. – Сгорит же всё! – пробубнил и бросился на кухню.

Артур всегда любил готовить, хоть и отрицал это, и когда меня вытащили из клиники, он сказал Глебу, что будет сидеть со мной дома, пока я не смогу вернуться к нормальной жизнь. Глеб предложил взять на полный день женщину, что работает у них, держа дом в порядке, но Артур отказался, прокомментировав тем, что будет нас баловать своими блюдами.

Через пару дней порог квартиры Глеба переступил Миша, а ещё через месяц мы уехали в Лондон.

Глава 12

Филипп

Прошло около десяти минут, как Титов зашёл в мой кабинет, и у нас никак разговор не вяжется. Смотрю на него и не могу понять, где были мои мозги, когда я с ним связался. Конечно, не обошлось без отца, это он привёз его и настоял на сотрудничестве. У меня тогда и так голова была забита, нельзя было терять время, и бывший владелец цену задрал, а я хотел всё сам, без помощи отца.

Сам – это, конечно, громко сказано, всё, что у меня было на счету, это с подачки отца. Считай, родительский долг пнуть сына во взрослый мир.

И вот четыре года я управляю мебельной фирмой «ГорКомфорт», на шестидесяти процентов, остальные сорок достались Титову, которому плевать с высокой колокольни на эту компанию. Отец и то больше переживает за судьбу фирмы.

– Так что ты предлагаешь? – спрашиваю Титова, смотря на него в упор.

Так руки чешутся съездить ему по смазливой морде, что, боюсь, не сдержусь. Мужику за тридцать, а мозги как у семиклассника, давно надо было прощаться с ним.

– Я не знаю, можно штат сократить, – лениво отвечает, чем только сильнее меня бесит.

– И кто работать будет, ты? – усмехаюсь я и скрещиваю руки над столом. – Нет, нужны другие варианты.

– Ну, может, на собрании будут какие-то предложения, – пожимает плечами и отвлекается на свой телефон.

Господи, дай мне сил и терпения не грохнуть его!

– Ясно, – киваю и отворачиваюсь. – Иди в переговорную, я сейчас буду.

Больше мне с ним говорить не о чем и несильно хочется, а если он останется тут, я точно разукрашу его довольную рожу. Титов выходит из кабинета, и я, откинувшись на спинку кресла, разворачиваюсь к широкому окну, устремив взгляд в серое небо.

Нет, так продолжаться не может, после собрания я предложу выкупить его акции, и хрен с ним, пусть катится на все четыре стороны. Достал уже, за что он деньги получает? За вот это его «не знаю». Идиот!

– Филипп Антонович, – раздаётся голос секретарши в селекторе. – Все уже собрались, ждут только вас.

Ну, Филипп, нервов покрепче тебе!

Надо было выпить успокоительные, чувствую, ничего хорошего меня не ждёт на этом совещании, как и последние полгода. Глубоко вдыхаю и открываю дверь в переговорную.

– Доброе утро! – приветствую всех и занимаю место во главе стола.

Сидя тут среди начальников отделов, которые работают на меня, мысленно возвращаюсь в прошлое, в то время, когда Филипп Горюнов был просто Филом – алкоголик, наркоман и раздолбай. Я был уверен, что из меня ничего не выйдет, что я не способен ни на что, кроме как по клубам шляться и трахать доступных девок.

Что послужило хорошим пинком, чтобы я встал на правильный путь и повзрослел? Та ночь с Анной? Нет, по сути, она не отличалась от других, хотя, признаться, то, что я испытывал с ней, было как глоток холодной воды в пустыне. С того момента, как она налетела на меня в ресторане, и когда впервые посмотрел в её глаза, я словно зацепился за неё. Как шерстяной свитер, у которого нитка разошлась, и он зацепился за крючок, ты продолжаешь свой путь, а нитка тянется, приковав тебя навсегда к этому крючку.

Собака на привези – вот как