Голубая искра - Ирина Лазарева

Хлопнула дверь в сенях, влюбленным пришлось оторваться друг от друга.

– Пошли, – сказала Лиза. Она взяла Арсения за руку и повела за собой в дом.

В горнице было тепло, топилась печь, на лице Якова было разлито довольство. Он совершенно расслабился, но, увидев Рагдая, слегка подобрался:

– Ты его придерживай все же. Псина меня не жалует, вишь, как смотрит, аж шерсть встала на загривке. Уж втолкуй своему товарищу, что нам придется работать в одной команде.

Арсений принялся втолковывать. Шерсть на загривке у Рагдая вскоре улеглась, но особой симпатии к колдуну он по-прежнему не выказывал, косился на него с настороженностью, прижимая уши.

– Как добрались, Арсений Сергеевич, без происшествий? – спросила Дуся. – Я бы ни за что в такую темень из дому не высунулась.

– И правильно, – подхватил Яков. – Темная сторона не для вас, у нее свои обитатели.

– Силы зла? – улыбнулась Дуся.

– Ах, о чем вы? – возразила прагматичная Лиза. – Меня давно возмущает, что всякие выдумщики превратили ночь в обитель зла. Тьма и свет – две составляющие жизни. Как плюс и минус, во всем есть единство противоположностей. На Земле пропало бы все живое, если бы не было темной стороны суток. Хваленое солнце выжгло бы все до последней травинки. Тысячи организмов в океане ждут луны, прилива, чтобы жить, питаться, размножаться, а сколько ночной жизни в лесах на суше! Даже люди ищут любовного уединения в темноте. А вы говорите о каком-то зле, тогда как тьма есть самое настоящее добро.

– Неплохо для горничной, верно? – с хитрецой кивнул в сторону Лизы Яков. – И хороша-то, и умна, не девица, а настоящая королевна!

Лиза зарделась от смущения, наклонилась к Рагдаю, тот с готовностью запрокинул голову, чтобы ему почесали шею.

Арсений смотрел на девушку задумчиво. Что-то много загадок появилось в последнее время, будто пришла пора покончить с размеренной, привычной жизнью, будто кто-то сверху вытащил его за шиворот из удобного кресла и как следует встряхнул. Пора просыпаться и посмотреть в лицо тьме, найти в ней добро или зло, чтобы решить предложенную судьбой задачу.

– И все-таки, Лизонька, для лихих дел преступники охотнее выбирают ночь, – возразил он. – Кстати, мы с Рагдаем по дороге сюда наблюдали странное явление.

Он подробно описал встречу с лосенком и красочно, со всеми нюансами, таинственную фигуру в черном, чье присутствие не почувствовали животные.

Якова особенно заинтересовало упоминание о голубой вспышке на пальце у странника.

Он заставил несколько раз пересказать эпизод, задавал вопросы, выяснял детали.

Дуся не выдержала:

– Ладно, не томи, тебе что-то известно? Мы тоже хотим знать.

– Прижилась в наших краях еще одна легенда, красивая и печальная одновременно, – начал повествование колдун.

История быта необыкновенная, как преподнес ее Яков, а в свете последних событий к ней добавились любопытные подробности. Все присутствующие слышали о дьяконе Савелии, обстоятельствах его смерти и бытующей в округе легенде о приходах бывшего регента в близлежащие деревни. Однако не все знали, что в роковой день, когда погиб Савелий, погибла и его сестра Капитолина, находившаяся в тот момент в церкви. Она пела в хоре, который быт расстрелян в полном составе красноармейцами. Один из убийц снял у мертвой Капитолины с пальца фамильное кольцо с необыкновенно ярким аквамарином, доставшимся ей в наследство от матери. Кольцо, прозванное Голубой искрой, издревле передавалось от одной женщины рода к другой. Неизвестно, представляло ли оно большую материальную ценность, – достоинство его было в другом: в семье закрепилось поверье, что Голубая искра хранит в себе любовь и каждая следующая обладательница перстня будет счастлива в браке со своим избранником.

Пророчество, как ни парадоксально, сбывалось от поколения к поколению, семьи в роду были крепкие, плодовитые, лишь Капитолине не повезло, ее жизнь трагически оборвалась, прежде чем девушка успела встретить своего суженого.

Отряд, в котором оказалось немало мародеров, после бесчинств в Острюхине, остановился на постой в Вольшанках. Разгулявшиеся захватчики и здесь без стеснения ограбили зажиточных жителей, некоторых убили, хвастались друг перед другом трофеями. Красноармеец, укравший кольцо Капитолины, нес караул ночью. Все было спокойно, никаких происшествий не случилось, подозрительных звуков не доносилось. Напуганные жители притаились в своих домах, носа на улицу не высовывали.

Однако наутро караульного нашли мертвым. Перстня при нем не оказалось, на теле повреждений не было обнаружено. Казалось, он умер от испуга, так как на лице его застыло выражение ужаса. Мертвец сидел привалившись спиной к бревенчатой стене избы, глаза его были выпучены, рот открыт, словно парень перед смертью хотел крикнуть, но не смог; заряженное ружье лежало у него на коленях. Жители хорошо запомнили тот случай, так как всех допрашивали по очереди, но следствие ни к чему не привело, и времени на дознание было мало. Отряд тронулся в дальнейший путь на закате. Покойника зарыли наспех где-то за околицей, скоро ни могилы его, ни имени не осталось.

Но предание о кольце продолжало жить, девушки верили – кто найдет Голубую искру, будет счастлив в браке и взаимно любим. А еще говорили, что перстень у мародера отнял дьякон Савелий, брат Капитолины. Не смог оставить заветный амулет сестры ее убийце, явился к нему ночью, – живой или мертвый – неведомо, так как тела регента так и не нашли, – и отнял семейную реликвию. Общественное мнение склонялось к тому, что Савелий был все же мертв, ибо многие были свидетелями расправы над ним, а к вору-де явилась его тень. Байки обрастали подробностями, то мог быть дух, призрак либо ходячий труп, иначе как объяснить внезапную, беспричинную смерть бойца и маску ужаса на его лице. Камень тоже претерпел изменения в народных пересказах, из аквамарина превратился в алмаз, кольцо возросло в цене, стало мистическим, пугающим символом.

– Неужели все это правда? – с дрожью в голосе спросила Лиза.

Потусторонней жутью пахнуло на слушателей. Все посмотрели на Арсения, вспомнив его встречу на шоссе.

– Рагдай не почувствовал присутствия человека, которого ты видел? А на пальце у привидения сверкнуло что-то ослепительно-голубое. Ну знаете, хорошее местечко тут у вас! Вам надо на туризме зарабатывать.

– Вот-вот, здесь еще уместно Глас упомянуть, – неловко засмеялся Арсений. Ему самому стало не по себе.

– Шутки в сторону, нам пора заняться делом, – энергично постановил Яков. – Девочки, гасите свет, марш в постель, можете безмятежно спать, а мы с Арсением и Рагдаем – в засаду. Кто тут таскается по ночам – живые или мертвые, – выясним, только дайте срок.