Все дороги ведут к тебе - Мариана Запата

Любопытство меня погубит!

– Здесь поблизости есть пещера?

– Нет.

Я нахмурилась, только сейчас вспомнив, что разгуливаю без штанов, но потом решила, что плевать, и последовала за ним.

Он открыл дверь и оглянулся через плечо.

– Что вы делаете?

– Ничего, – квакнула я, на самом деле движимая стремлением сбиться в кучу и бояться вместе.

Было темно, но я могла бы дать руку на отсечение, что он скорчил рожу.

– А вы что делаете?

Может, он закатил глаза, но, поскольку стоял ко мне спиной, утверждать это наверняка я бы не рискнула.

– Лезу в грузовик.

– Это еще зачем?

– Чтобы достать сетку. Ваши пронзительные вопли мешают мне уснуть.

У меня екнуло сердце.

– Хотите ее выкурить?

– Вы же будете визжать, если этого не сделать? – бросил он через плечо, роясь на заднем сиденье.

Через секунду он вышел, захлопнул дверь и пошел по гравию так, словно камешки не впивались в ноги.

Я поморщилась, но отрицать не стала.

– Буду.

Он откинул задний борт и начал копаться в кузове.

– А вы их уже ловили?

Пауза.

– Да.

– Правда?

– Раз или два, – буркнул он.

Раз или два? Где? Здесь?

– Бывает, они наведываются, – снова пробурчал он.

Я чуть не рухнула в обморок.

– И часто?

– В основном летом и осенью.

Я непроизвольно поперхнулась.

– Полевки – вот настоящий бич в засушливый год.

Волоски у меня на шее встали дыбом, а тело разом онемело. Я в ужасе смотрела, как он в пижамных штанах и белой майке возится в кузове и что-то передвигает.

– Вы и их боитесь? – раздраженно поинтересовался он.

Некоторые люди становятся очень тихими, когда злятся. Судя по всему, мистер Роудс был не из их числа.

– М‐м-м… да.

– Да?

– А они часто наведываются?

– Весной. Летом. Осенью.

Да, он злился.

К несчастью для него, я не умела держать язык на привязи.

– А этот год засушливый?

– Да.

Ну все, про сон можно забыть.

Нужно купить мышеловки.

Потом я представила, как буду собирать «улов», и чуть не сблевала.

– Наконец-то, – пробормотал он и выпрямился, держа в одной руке сеть среднего размера, а в другой – что-то похожее на толстые перчатки. После этого захлопнул борт.

Я поежилась, наблюдая за тем, как он идет к двери гаража.

– Давайте я тут подожду, а? Если что, открою вам дверь?

Меня тошнило от собственной трусости, но в гараж я не пошла бы ни за какие коврижки.

Разве что если бы он заорал.

Хотелось надеяться, что этого не случится.

Он прошел мимо – напряженный, раздраженный.

– Да делайте что хотите!

Может, запереться в машине и переждать, пока все не кончится? Вопить на всю округу – однозначно не вариант. Он и так уже на пределе, что вынужден разбираться с этим. С моей проблемой.

И от этого меня тоже тошнило. Я должна была справиться сама! Собрать волю в кулак.

Чтобы мама мной гордилась.

Днем я покопалась в интернете на предмет того, как избавиться от летучих мышей, но оптимального плана действий не нашла. По ходу дела выяснилось, что это во многих смыслах удивительные существа. Они не пытались на меня напасть, даже когда пикировали. Они боялись меня не меньше, чем я их. Но страх – штука иррациональная.

Я метнулась вперед, распахнула дверь и оставила ее приоткрытой после того, как он вошел. Потом присела на корточки и стала ждать. Прошло минут пять, а может, и тридцать, когда на лестнице послышались шаги.

Я открыла дверь, когда он с сеткой в руке был в паре ступенек от нижней площадки. Он преодолевал их большими босыми ногами. Боже мой, какой же у него размер? Сорок шестой? Сорок седьмой?

Я отвела взгляд, распахнула дверь как можно шире, подождала, пока он переступит порог, и захлопнула ее, чтобы не дать царице ночи шанса нанести мне очередной визит.

Стоя позади мистера Роудса, я изо всех сил старалась вести себя тихо. Он подошел к кусту, повозился с сетью и отступил.

Стоило мне увидеть летучую мышь, примостившуюся на ветке с намерением взлететь, как я испустила крик, за что позднее буду костерить себя на все лады. Мистер Роудс не стал дожидаться продолжения – развернулся и, не говоря ни слова, направился к дому.

Я потрусила следом. Он сунул сеть в кузов и пошел к веранде, а я остановилась и подняла голову, желая удостовериться в том, что очередная мышь не свалится на меня из поднебесья.

Он был у дверей, когда я крикнула ему вслед:

– Спасибо! Вы – мой герой! Если нужно, я оставлю десятизвездочный отзыв!

Роудс молча закрыл за собой дверь, но это не означало, что он перестал быть моим героем.

Я была у него в долгу. В очень большом долгу.

Глава одиннадцатая

Прошла неделя, и у меня был выходной. Отчасти я надеялась поспать, расслабиться, возможно, прогуляться по достопримечательностям. Или пройти по одному из маминых маршрутов – тех, что полегче. Поскольку в ближайшее время я не планировала трогаться с места, можно было не спешить пройти их все. Да и легкие требовали лучшей адаптации. По моим прикидкам, времени было как минимум до октября.

Возможно. Если только ночные события недельной давности не побудят мистера Роудса пересмотреть свое решение относительно моего пребывания здесь. Его настроя я не знала, но вряд ли он уже оправился от давешнего тарарама.

Летучая мышь, надо сказать, не возвращалась. Но мой мозг отказывался в это верить: спала я беспокойно, как и свойственно параноику.

Поэтому когда снаружи послышался шум, я тотчас проснулась.

Смирившись с тем, что больше не усну, я взглянула на телефон – была половина восьмого, – скатилась с кровати и выглянула в окно.

Глухой ритмичный звук шел со двора.

Это был мистер Роудс.

Он колол дрова.

Без рубашки.

Именно так: без рубашки.

Я ожидала, что под одеждой, судя по тому, как она облегала тело, он очень даже ничего, но действительность превзошла мои самые смелые ожидания.

Если в первый момент у меня не потекли слюнки, то это непременно случилось бы после пятиминутного созерцания через окно всего… этого.

У его ног валялась куча чурок, а поодаль была еще одна, поменьше, из расколотых поленьев. Но впечатляло не это, а прежде всего он сам. Под темными волосами, росшими на груди, бугрились рельефные мышцы, а ниже твердыми контурами выступал пресс. Широкие плечи, торс переходил в узкую талию, и все это великолепие покрывала гладкая красивая кожа.

Бицепсы были большими и упругими. Плечи – округлыми. Предплечья – невероятными.

И хотя на нем были шорты до колен, напрашивалось предположение, что и под ними все было эффектно и мускулисто.

Словом, из всех сексуально привлекательных папаш это был самый-самый.

Мой бывший держал себя в хорошей форме. Несколько раз в неделю занимался в домашнем спортзале под руководством тренера. При его работе важен внешний вид.

Однако на фоне мистера Роудса фигура Кэдена сильно проигрывала.

Я снова сглотнула.

И присвистнула.

Должно быть, вышло чуть громче, чем хотелось, потому что он тотчас вскинул голову и взглядом выцепил меня в окне.

Попалась!

Я помахала.

И замерла.

Он поднял подбородок.

Я попятилась