Черный код - Вергилия Коулл

– Значит, ты на меня не злишься за сегодня?

– За сегодня? – я растерянно перебираю в уме, чем он мог бы меня разозлить. – Сегодня ко мне приходила Марина. Точнее, не ко мне… – я ахаю удивленно: – Это ты ее послал? К Сергею? Зачем?

Макс морщится.

– Черт, поторопился…

– Нет-нет-нет, – я хватаю его обеими руками за шею, чтобы не успел отвернуться, и требую: – Скажи мне! Хоть это ты можешь мне сказать? Зачем ты послал своего адвоката к моему мужу?

Макс раздраженно выдыхает через нос, но я понимаю, что он сердится не на меня, а на себя.

– Ты обиделась в прошлый раз из-за того, что мне неважно, замужем ты или нет. Мне важно, Анита! Просто не считаю, что у меня есть право… – он бормочет ругательства, пока я обдумываю сказанное с широко распахнутыми глазами и не могу поверить тому, что слышу, – черт, все равно я это уже сделал! Ты имеешь полное право злиться.

Я настолько не верю своему счастью, что, кажется, сейчас просто умру.

– Ты прислал Марину, чтобы…

– Чтобы оформить бумаги на развод, – быстро заканчивает фразу Макс и смотрит на меня сердито.

Не знаю, плакать мне или смеяться. Я так долго мучилась подобными мыслями, не знала, какие подобрать слова, чтобы поговорить с Сергеем, как объяснить ему необходимость расставания, а Макс просто взял и решил эту проблему одним махом. Послал своего адвоката, чтобы оформить мой развод!

– Я не хочу разрушать твою жизнь, – продолжает ворчать он, – просто… ты сводишь меня с ума, Анита. Я ничего не могу тебе дать взамен того, что отобрал. Знай это. Если не хочешь, можешь не подписывать. Это был необдуманный порыв с моей стороны.

Я качаю головой и только размышляю: неужели Макс не видит, что делает со мной? Неужели еще сомневается в правильности своего поступка?

– Я хочу подписать эти бумаги.

– Ты уверена? – недоверчиво переспрашивает он. – Хочешь остаться одна, без мужа?

– Когда все закончится, ты выйдешь на свободу, и я буду не одна.

– Подумай хорошенько. Ты совсем меня не знаешь.

– Я уже подумала.

Макс обхватывает мое лицо и смотрит прямо в глаза. Кажется, его раздирает от желания что-то сказать, совершить какое-то признание, но он подавляет это в себе и только отрывисто сообщает:

– Я убил много людей. Больше, чем ты можешь себе представить.

Молчу, потому что прекрасно помню про жуткие трупы в машинах, но знаю и о причинах такого поступка.

– Я убил невинного человека. Твоего профессора. Кусаю губы, но упорно храню молчание.

– Ты будешь со мной, даже если я не отвечу на большинство вопросов, которые так и читаются в твоих глазах?

Господи, да я ведь уже с ним! Несмотря на миллион вопросов, которые рвут изнутри стальными когтями. Я стараюсь улыбнуться как можно нежнее.

– Ответь мне только на один вопрос. Ты хочешь выйти на свободу и быть со мной?

– Анита… – стонет словно от боли Макс, взгляд темнеет. Долго молчит, потом, наконец, произносит: – Я мечтал об этом с первой секунды, как узнал тебя. Просто ждал, пока ты будешь готова.

Мне хочется ударить и поцеловать его одновременно. Ну конечно, ждал! Не зря ведь постоянно ставил под сомнение мою супружескую жизнь, своими действиями заставлял проанализировать и переоценить ее, злил и дразнил меня специально.

Других слов мне и не нужно. Больше ничего не надо. Я найду сама ответы на недостающие вопросы. Обязательно найду. На них ответит кто-нибудь другой. Макс дал ответ на самый главный вопрос, остальное неважно.

– Ты дрожишь, – замечает он, – замерзла?

– З-здесь все по-настоящему, – отвечаю я онемевшими губами. – Даже холод.

Даже наши чувства друг к другу.

Не успеваю ответить, как Макс подхватывает меня на руки и несет в дом. Ногой толкает, а потом захлопывает за собой дверь. Проходит сразу в гостиную, усаживает на диван. Интерьер здесь оформлен в темно-коричневых и древесных тонах. За широким окном видны горы. В помещении тепло, очень, но за короткое время, проведенное снаружи, кажется, что холод пробрал до костей, и я трясусь не на шутку.

Макс опускается на колени передо мной, согревает дыханием мои руки и растирает пальцы.

– Сколько у нас времени? – спрашивает между делом.

Я любуюсь его сосредоточенными движениями, мощными плечами и упрямой линией подбородка.

– Сколько захочешь.

Он резко вскидывает глаза.

– Я хочу много. Всю жизнь.

Отнимаю одну руку и провожу по его красивому лицу, ощущая легкое покалывание щетины на скулах. Непривычное тепло разливается внутри.

– Она у нас будет.

Макс кивает, кладет ладонь мне на шею и заставляет наклониться к его губам. Так просто, словно одних этих слов достаточно, чтобы навсегда остаться вместе. Я больше не могу сопротивляться своим желаниям, закрываю глаза и понимаю… вот она, моя реальность. Домик в Альпах, тишина, уютное тепло и Макс. Все остальное кажется страшным сном, от которого долго не удавалось проснуться. Все проблемы, страхи, неудачные браки с его и моей стороны – это лишь кошмар, рассеявшийся поутру. И теперь впереди у нас бесконечная уйма времени. Она дольше зимы в Альпах, длиннее холодных синих ночей. Время вообще остановилось. Есть только Макс и я.

И больше ничего.

Он целует жадно, с придыханием, запускает пальцы в мои волосы, не скрывая желания обладать мной. Я наполняюсь его стонами, его запахом, впитываю каждое движение от невинных ласк до порочных прикосновений. Сползаю с дивана к Максу на колени. Я так замерзла, он должен согреть меня. Обхватываю его руками и ногами, сама потираюсь бедрами о живот Макса, ощущаю необыкновенный приток сил. Это он делает меня такой сильной.

– Значит, хочешь быть со мной? – выдыхает он мне в рот.

Вместо ответа я отстраняюсь, смотрю Максу прямо в глаза. Он тяжело дышит, отвечает взглядом исподлобья. Поднимаю правую руку, снимаю с безымянного пальца кольцо и отбрасываю его куда-то в сторону. Макс ухмыляется, хватает меня за руку, целует это место с еще свежим следом от украшения, с той самой слегка стертой кожей. Целует так, словно никогда не делал ничего приятнее. Стирает отпечаток моей прошлой жизни и накладывает новую печать. Легкие прикосновения переходят на ладонь, запястье, двигаются вверх к моему плечу.

– Хочу… – шепчу я, – больше всего на свете…

– Почему же ты появилась так поздно? – бормочет Макс в перерывах между поцелуями. – Почему не пришла раньше?

Его руки лихорадочно бродят по моему телу, расстегивают пуговицы на кофточке, стягивают ее с плеч, скользят к груди, спускаются к животу, возвращаются на спину и обратно к соскам, пылающим от прикосновений. Сквозь жар, который затмевает рассудок, я понимаю, что Макс говорит не о сегодняшней встрече. Он всего лишь сожалеет, что успел наломать дров до того, как узнал меня. Его отчаяние рвет мне душу. Спасло бы это Макса, если бы мы столкнулись раньше? Я качаю головой в ответ на свои мысли.