Миша (ЛП) - Бартон Кэти С.

– Ты не хочешь? Уверяю тебя, у меня гораздо больше опыта в удовлетворении мужчин, чем у моей дочери. Кроме того, у нее не все в порядке с головой, – она посмотрела на Ханну и усмехнулась. – Я надеялась, что на этот раз... Но этого не случилось.

– Что не так? – Она пожала плечами, и Миша, положив руки на край кровати, подтолкнул ее к Райдеру. Он взял кровать и снова пошел по коридору. Миссис Оливер посмотрела на него так, словно собиралась выцарапать ему глаза.

– Ты не сможешь разлучить меня с моей маленькой девочкой. У меня есть права, и она поедет со мной домой. Я звоню в полицию, – Миша сложил руки на груди и ждал. – Ну? Иди и приведи ее.

– Нет, – он смотрел на нее, как в ней нарастает гнев. Он видел тот момент, когда она по-няла, что он больше, чем она, и ей никогда не победить. – Возможно, вы захотите уйти отсюда и забрать с собой своих головорезов. И если вы еще раз попадете в травматологию, пока она здесь, я отправлю вас в тюрьму по обвинению в покушении на убийство.

– Ты не можешь этого сделать. Я ее опекун. У меня есть доказательства в письменном ви-де, что смогу заботиться о ней всю оставшуюся жизнь, – Миша собирался разобраться с этим как можно скорее. Эта женщина не могла заботиться ни о ком, кроме себя. – Как же, черт возь-ми, я буду платить за квартиру и прически, если нет дохода? Ты мне за нее заплатишь?

– Едва. Вам просто придется постоять за себя, – она спросила, что это значит. – Найдите работу и оставьте Ханну в покое.

Она снова двинулась вперед, но один из головорезов удержал ее. Мужчина понятия не имел, что он только что спас ее. Инстинкт убить ее, чтобы защитить свою пару, был подавляю-щим, и он почувствовал, как его кошка пробежала по его коже, чтобы освободиться. Когда лифт закрылся за ними, Миша направился в комнату Ханны.

Персонал снова подключил ее к мониторам. Одна из медсестер ворчала, что у нее повреждена капельница, и Миша поднес руку Ханны ко рту и закрыл окровавленную рану. Медсестра кивнула ему... она поняла его, как оборотня, и сказала, что теперь сможет работать. Миша вышел в холл вместе с Райдером и Картером.

– Она собирается вернуться, – Миша кивнул Райдеру и продолжил. – Есть еще кое-что, что тебе следует знать. Я выяснил кое-что интересное. Хан видела оборотня однажды, когда она была ребенком. А она, в свою очередь, видела, как его жестоко убил другой. Это то, что привело ее в больницу в первый раз.

– Они думали, что она все выдумала, – Райдер сказала, что они считают ее сумасшедшей, раз она в это верит. – Но никто не пытался поговорить с ней об этом? Никто из нас не пришел ей на помощь? Наверняка в том месте был кто-то, кто мог бы помочь.

– Если и были, то не объявились, – Райдер посмотрел на Ханну, потом снова на него, пре-жде чем заговорить. – Она твоя пара, и ты оставил ее здесь, чтобы снова причинить ей боль. Почему?

Мише и так было плохо, и он не хотел, чтобы брат говорил ему, что он облажался. Вместо того чтобы ответить на его вопрос, даже если бы у него был ответ, он сказал им, что сейчас он здесь, и они могут идти домой. Никто ничего не сказал, но Райдер ушел. Картер сидел на стуле по другую сторону кровати от Ханны и не обращал на него внимания. Миша сел на другой стул. Ночь обещала быть долгой.

Глава 4

Марибель Лэннинг посмотрела на свою будущую невестку. Она провела в больнице уже три дня и ни разу не пошевелилась. Медсестры приходили пару раз в день и перекатывали ее с боку на бок, но Марибель хотела, чтобы она проснулась. Она понятия не имела, почему решила, что они с девушкой поладят, но ей этого хотелось. Отложив вязанье, она подошла к кровати и взяла ее за руку.

– Дорогая, мне так жаль, за то, что тебе придется пережить с Мишей. Он хороший чело-век, но отец заморозил его сердце, и он решил не впускать тебя. Надеюсь, ты сможешь заста-вить его понять и полюбить, – Марибель снова села, но руку не убрала. – Теперь мои сыновья защитят тебя. На этот счет можешь не беспокоиться, обещаю.

Дверь позади нее открылась, и Марибель повернулась к медсестре. Она была из их прай-да, в их группе леопардов, уже около двух недель. Марибель улыбнулась ей, когда она сказала, что собирается проверить давление Хaн. Они делали это каждые два часа с тех пор, как ее при-везли в эту более уединенную часть больницы.

Когда Кэрол ушла, Марибель взяла вязанье и принялась за следующий ряд. Как только она подсчитала правильно, она услышала шум и подняла голову. Хан повернула к ней голову.

– Кто здесь? Мама? – Страх в голосе Ханны заставил кошку Марибель пошевелиться, но она успокоила ее. – Я ничего не вижу. Ничего не вижу, – Марибель встала и взяла ее за руку. Хан вцепилась в нее крепко и быстро.

– Меня зовут Марибель Лэннинг. Ты знаешь моего сына, Картера. Ты ничего не видишь из-за повязок на лице. Думаю, они уберут их в ближайшее время. Это чтобы защитить тебя от инфекции, – Хан ничего не ответила, и Марибель продолжила. – Ты в больнице Мерси Джене-рал. Ты была очень сильно ранена. Ты помнишь, что с тобой случилось?

– Я упала, – Марибель не стала комментировать эту ложь. Более чем вероятно, что Хан часто говорила другим, когда они спрашивали. – Мне нужно уйти, пожалуйста. У меня нет ра-боты.

– Ты останешься здесь, пока доктор не скажет, что ты в порядке, – Хан съежилась от ее слов, и Марибель почувствовала себя ужасно. – Извини, дитя мое, я должна быть осторожна, когда говорю. Ты не сможешь уйти в течение некоторого времени. Твоему телу причинен большой вред.

– Я упала, и мне нужно домой, пока мама не забеспокоилась, – Марибель могла только кивнуть. Бедная девочка была в ужасе, и она чувствовала его запах. Вместо того, чтобы гово-рить о ее уходе из больницы, Марибель заговорила о том, что происходит. То, что она сделала в тот день.

– Сегодня утром мне пришлось готовить завтрак для всех. Шесть взрослых мужчин, и они скорее съедят хлопья, чем хороший горячий завтрак. Каждый из них может готовить, заметь, но они редко делают это. Миша сказал, что это слишком много работы, когда он может просто сделать заказ. Райдер готовит, но он больше любит жарить на гриле и есть с разделочной доски.

– Где я? – Вопрос застал ее врасплох, и Марибель забеспокоилась, пока Хан снова не за-говорила. – Мерси не возьмет меня, потому что они говорят, что я дегенерат. У меня была рабо-та, но я не могу позволить себе страховку. Так что, пожалуйста, не лгите мне. Где я? Они... она снова отправила меня в больницу, а вы мой надзиратель?

– Нет, дитя. Ты находишься в Мерси Дженерал. Тебя госпитализировали в тот день, когда ты пострадала, и мой старший сын оплачивает твои счета, – она хотела сказать, что она его па-ра, но Миша рассказал ей о волке, которого она видела ребенком. – Я не твой надзиратель, но Мише надо было на охоту, и его с братьями нет в городе. Он попросил составить тебе компа-нию.

– Я его не знаю. И Картера тоже. Помню имя Лэннинг, но... не знаю откуда, – пальцы на ее руке начали разжиматься, но Марибель не отпускала ее. Когда ее рука упала, она поняла, что Ханна снова заснула. Бедняжка. Марибель могла думать только о том, как мать может так об-ращаться со своим ребенком. Когда ей показалось, что она может говорить с ним, она потяну-лась к Мише и сказала, что она проснулась.

– Хорошо. Она просила что-нибудь? Я не отдам ей весь мир, но я могу дать ей все, что ей нужно. Просто составь список, и я прослежу, чтобы она его получила, когда я смогу вер-нуться.

Марибель хотела сказать, что ей нужен он, но не сказала.

– Она не спрашивала ни о чем, кроме того, где находится. Я рассказала ей. Похоже, она считала меня своим надзирателем, – она хотела пошутить и надеялась, что Миша рассмеется, но он не рассмеялся. – Ты ведь не собираешься спешить домой? Ты не собираешься говорить с ней теперь, когда она проснулась?

– Мам, я не знаю, понимаешь ты это или нет, но я должен работать, чтобы зарабо-тать для нее немного денег. Я знаю, что у меня их много, но она будет требовать вещи такие, как дом, и новая мебель. Ты хоть представляешь, сколько это будет стоить? И я не собира-юсь копаться в своих сбережениях. Они на случай если я получу травму.