Королевство Риордания. Графиня Харель - Эльза Скарлетт

Его голос раздался ближе, чем раньше. Я обернулась, пытаясь понять, что изменилось.

Руки легли по обе стороны от меня, а губы почти коснулись моих. Я замерла, пораженная происходящим. Едва уловимое касание, будто спрашивающее меня разрешения, осторожное и немного робкое.

Все поцелуи, что случались у меня раньше были внезапными. И я их никак не ожидала. Этот же, еще не поцелуй, а только его намек, я предчувствовала всем телом. Руки и ноги ослабели, тело налилось тяжестью, а сердце ушло куда-то и почти остановилось. Губы сами приоткрылись, чтоб в следующее мгновение почувствовать легкое прикосновение и упоительный танец языка.

Я не испытывала ни неприязни, ни равнодушия. Нечто новое, непередаваемое и не описываемое… Новые ощущения захлестнули меня, и голова сильней закружилась. Мне показалось, что я умерла и мое тело уже подхватывает межмировой эфир, когда поцелуй прервался. А я ощутила разочарование, что все закончилось так быстро.

Фиолетовые глаза внимательно смотрели на меня.

— Лея, сделай вдох, — напомнили мне об очевидном некромант.

И я жадно вдохнула грудью, поняв, что забыла обо всем совершенно, с головой окунувшись в полнейшее безумие. Я стояла и хлопала ресницами, понимая, что, наверное, нужно возмутиться, или что-то сказать. Однако ничего уместного в голову не шло. Поцелуй был не против моей воли, но я и не просила… Может нужно было все обернуть в шутку? Но шутить сейчас было как-то грешно. Все равно что, если бы в красивейшее колье вдруг вделали кусок гранита. Я не могла разрушить банальными словами такой волшебный для себя момент.

— Ты слишком пьяная сейчас. Нужно возвращаться.

И меня снова подхватили на руки, куда-то унося. Слова Тенебрея обидели меня, можно ли все сваливать на опьянение?

Но я молчала, чтоб не разрушать спорами такой неожиданный и волшебный момент для себя. Голова кружиться не перестала, губы покалывало и мне хотелось прикоснуться к ним. Мысли хаотично носились в голове.

Как так получилось, что человек, который вызывал опасения и страх смог так меня поразить и вызвать чувства, о которых я уже и не надеялась? Я сидела на руках тише мыши, боясь лишний раз пошевелиться. Я настолько растерялась, что теперь не знала, что мне дальше делать и как себя вести.

В гостиной Тенебрей поставил меня перед дверью в мою комнату.

— А сейчас ты идешь спать, — приказал он. — Все остальное завтра. Иди, Лея. Спокойной ночи.

Меня подтолкнули к открытой двери. Я робко посмотрела на своего провожатого.

— Спокойной ночи, Корин, — ответила ему и быстро зашла в комнату, прикрыв дверь, чтоб не смутиться еще больше.

Кое как стянув платье, и оставив его прямо на полу, пошла в душ, чтоб хоть немного прийти в себя и остановить карусель хаотичных мыслей. Я начала даже замерзать под прохладными струями воды, но в себя так и не пришла. Губы продолжали гореть и напоминать о поцелуе. Мысли все время возвращались в разрушенную беседку.

«Все остальное завтра», повторила я про себя, сдаваясь. Быстро высушив волосы и расчесав их, переоделась в сорочку и легла в постель, обняв подушку.

Спать совершенно не могла, несмотря на то, что желала поскорей заснуть. В голове, как назойливые вышли, крутились и жужжали мысли. Чтобы избавиться от них, начала напевать себе колыбельную и в какой-то момент все же я заснула.

Мне снился красивый луг, солнце и озерная прохлада. Ветер играл моими волосами, поглаживая по голове. Я была счастлива, кружась в танце вместе с ним.

Проснулась я резко. Комната была залита солнцем. Со стороны стола доносился аромат свежезаваренного кофе. Я повернулась на бок и увидела Вешку и Лешку, охающих возле моего платья.

— Изуверы окаянные, до чегось девочку то довели? Платиё дорогущее на полу грязно валяется! Да давно уж полдень миновал, а она очухаться все не могёт, — причитала Лешка, подбирая мое платье и бережно сворачивая.

— Со мной все хорошо, доброе утро, — садясь в постели, сообщила я гоблинам.

— Да день уж поди давно, — в свою очередь вставила Вешка. — Не зявтракала, не полдничала. Мы ужо подумали усе… шо захворала. Я и кушания принести решила.

— Спасибо, — поблагодарила я гоблинш.

— Поди, вчера с боевиками гуляла, — всплеснула руками Лешка. — Ты гляди!

— Ну, куда уж она жониха свого отпускать самого будет? — запричитала Вешка. — А то дроу ейный, тот исчо зомбий. Уж ему — то все рамно, за кой юбкой гоняться.

— Элдрин мне не жених, — возразила я. — И он остался в хижине спать. За ним Нагас обещал присмотреть, — вспоминала я события ночи.

— Агась, — наливая и подавая мне кофе, возразила Вешка. — Разве ж уследишь за ентаким семиногом.

— Мож девятиногом? — поправила ее Лешка.

— Да усе рамно, но лишнее я бы оторвала…

Я фыркнула в чашку. Гоблинши не сильно любили Ризгасов, и мнения об Элдрине особо не меняли даже после того, как он им помог.

Они меня отвлекли от посторонних мыслей, но как только ушли, в голове сразу всплыли воспоминания о вчерашнем. Теперь я точно знала, что не все поцелуи противны. Это действительно может быть очень-очень приятно. А меня похоже вчера особо проняло на фоне излишне выпитого. Отец говорил, что большое количество алкоголя вредит здоровью и толкает на безрассудные поступки. Похоже, впервые напившись, я не особо отличилась от остальных. В списке ошибок молодости, которые свойственно делать всем, можно было напротив этого пункта ставить жирную галочку.

Но зачем Тенебрей так поступил, для меня оставалось загадкой. Ладно, я — неопытная и глупая, однако ему-то чего вдруг «стрельнуло»? Ради эксперимента? В отличие от меня, он вчера не выглядел пьяным, и походка была уж слишком ровной.

А вдруг это и означало непонятное для меня определение «влюбилась»? Я читала в одном женском романе, который решилась прочитать из чистого любопытства к данному жанру литературы, что «объект» любви должен вызывать особые чувства и трепет. Подумав, я решительно отвергла это. Я все еще продолжала побаиваться нашего капитана, и никаких ярких чувств у меня он не вызывал. Но