Королевство Риордания. Графиня Харель - Эльза Скарлетт

Я уже устала и сомневалась.

— Да, Лея, — присоединилась Линетта со слезами на глазах. — Спой, пожалуйста, что-нибудь красивое. А то скоро расходиться придётся. Еще несколько песен всего.

Я девушки выжидательно смотрели на меня так, что отказать было просто невозможно. Танцевальное и романтичное? Я определилась и согласно кивнула.

Девушки обрадовались и подозвали шар. Меня кто-то услужливо снова подсадил на стол. Зазвучали мелодичные аккорды эльфийской песни. Центр зала почти опустел, а девушки позвали своих парней танцевать. В зале наступила тишина.

Песня была о любви. Я ее исполняла со своей преподавательницей по вокалу. Сложная, но пронзительная, заставляющая сердце замирать и биться снова[12].

Танцевали Линетта со Стомианом, Тирел с Кираной, танцевали девушки со своими парнями, просившие меня спеть, и другие пары. Когда песня закончилась, меня жестами попросили о еще одной песне. Я включила музыку этой же певицы, но другую, более сложную, понимая, что для меня она действительно будет последней, если голос не сорвется от усталости, раньше положенного[13]. Но я пела. Пела для своих друзей, и нашла в себе силы для самых сложных аккордов.

— Хватит, — снял меня со стола в конце песни Нагас, снова унося на руках. — Лея, уже поздно и пора расходиться.

Я попыталась сопротивляться, желая найти друзей. Но меня настойчиво донесли до выхода. Одели, закутав в плащ с головой. И также на руках вынесли на улицу, передавая в другие руки.

— Твой дроу сопьется раньше, чем вы до игр доживете. Я его спать уложил на верхнем этаже, хотя он и сопротивлялся. Завтра разбужу и заставлю убирать тут все, — пробурчал орк, пока я пыталась выпутать руки и лицо из плаща. — Уноси девочку, нечего ей тут больше делать. И незачем ей на пьяную ораву смотреть.

Судя по тяжелым шагам, орк ушел. А меня понесли в другую сторону.

— Стой! Там мои подруги, — стала я сопротивляться активнее, придумывая варианты освобождения, вдруг понимая, что не могу призвать магию.

— Кирану уже забрал Тирел, а Линетту отведет Стомиан, — ответил мне у уха голос Тенебрея.

Меня поставили и развернули. Плащ был повязан как надо, и надет капюшон. Я стояла, пораженная поступком Нагаса. Меня вручили капитану! А Тенебрей снова командует и распоряжается. Хотя мне хотелось еще потанцевать, настроение было совсем не сонное, хотелось продолжать веселиться.

— Я не хочу в общежитие, — призналась я.

— Лея, все самое хорошее, что могло быть на этом вечере, закончилось. Дальше, веселье не для тебя. Все уже отправились в общежитие, — мне снова поясняли, как маленькой, что было обидно.

И я как в детстве, надулась.

— Это в тебе опьянение говорит, — усмехнулся некромант.

— Ну, хотя бы к озеру можно? Мне с Кираной пройтись не разрешил Тирел.

— Правильно сделал, что не разрешил, — вздохнул Корин. — Пошли. Немного подышать воздухом не будет лишним.

А мне стало обидно от того, что в отличие от меня капитан оставался трезвым и казался каким-то взрослым. Капризничать и настаивать на своем казалось как-то сейчас некстати, что он обо мне потом будет думать?

Корин повел меня, держа за руку, в сторону парка и озера. Я послушно шла, все четче понимая, что идти мне не так уж и просто. Особенно учитывая кочки и коряги, а также мое длинное платье. Когда я чуть не упала, меня снова подняли на руки, и я уже не сопротивлялась, понимая, что сама идти не смогу.

— Голова завтра болеть не будет. Но тебе нужно хорошенько выспаться. Так что и не думай рано вставать. Если захочешь, можно будет тренировку в воскресенье провести, — пояснял по пути Тенебрей. — А вот сегодня, придется потерпеть. Голова сильно кружится?

Я кивнула, и тут же отрицательно покачала головой. Голова кружилась, но не сильно.

— Ясно, — снова вздохнул капитан. — Элдрину надо голову оторвать, после того как наведет порядок. Он же тебя весь вечер спаивал.

Тенебрей поставил меня на землю. Мы стояли в разрушенной беседке у воды. Столбы были полуразрушены, давно обвалилась крыша, валяясь грудой обломков в стороне, оставался более-менее целым парапет. Я подошла к перилам, наслаждаясь спокойной гладью озера и отражением двух лун.

— Скоро красное полнолуние, — заметила я, вглядываясь во вторую луну.

Тенебрей сзади меня прислонился к столбу, скрестив руки на груди. Небо у горизонта было уже слегка светлым.

— Который сейчас час? — спросила я удивленно.

— Почти четыре утра, Лея, — ответил мне некромант.

— Так много? — выдохнула я. Вечер и почти вся ночь пролетели как мгновение. — Как жаль. Все самое хорошее заканчивается очень быстро.

— У тебя еще много хорошего впереди, — спокойно заметил Тенебрей.

— И плохого позади много, — загрустила я.

— Ты об отце? — поинтересовался Корин. А я обернулась, опершись о перила, так стоять было легче.

— Не только, — я повернула голову к воде снова. — Мне иногда сильно хочется домой. Чтоб не знать ни о герцогских проблемах, ни о навязываемых договорах и постоянных женихах. Мне кажется, я не могу вообще никого любить, мне все одинаково противны.

Меня вдруг «понесло» на откровенности. И где-то на горизонте сознания промелькнула мысль, что я недавно не допускала и мысли о том, что могу откровенничать с герцогом Тенебреем. Но в голове мысли трепыхались, как бабочки, а ясно размышлять было трудно.

А вот некроманту стало смешно, и он тихо и сдержано рассмеялся.

— Проблемы есть не только у герцогов. А любить еще научишься, когда встретишь подходящую кандидатуру.

И Корин перестал смеяться, пристально глядя на меня.

— Из трех-четырех предложенных королем? — скептически спросила я.

— На самом деле, круг гораздо шире, чем тебе кажется. Ты просто не готова рассматривать другие варианты. Есть графы и маркизы, они тоже тебе подходят.

— Фу! — скривилась я. — Пока со всеми перецелуешься, чтоб понять, кто подходит, скиснуть можно будет.

Корин снова смеялся.

— А как же Элдрин? Я думал он тебе нравиться? — спросил он, когда успокоился.

— С Элдрином мне тоже целоваться не понравилось. Мне кажется, это не так приятно, как говорят.

— Можно искать