Требуется жадная и незамужняя - Лена Валевская

Убегая, я назвала чудовищем того, кто стал моим мужем, не подозревая, что в лесу меня ждет чудовище пострашнее и самое настоящее.

Хотя, в отличие от твари в человеческом обличье, лесная не сделала мне ничего плохого. Вообще ничего.

И это не давало мне покоя.

— Что за чудовище живет в вашем лесу? — спросила я в спину Жу Далю.

Он замер. Медленно обернулся. На лице помощника анасара живо проявилось беспокойство.

— Вы все-таки его встретили? — тоскливо спросил он. — Мы надеялись, что вы просто испугались леса. Но если это был он…

Жу Даль замолчал, и от этого почему-то стало не по себе.

— То что?! — потребовала я продолжения. — Жу Даль! Говорите! Что это за тварь? И почему она меня не сожрала?

— Видите ли, сейчас такое время года, — помедлив, сказал помощник. — И вам в каком-то роде повезло. Чуть раньше или чуть позже, и вас бы действительно… нет, не пугайтесь, не съели бы. Он не питается людьми. Но мог бы разорвать. Это время длится недолго, потом он уходит в спячку. Но пока он не спит, лес невозможно пройти… живым… Но есть несколько дней в этом периоде, когда его намерения меняются. Как бы вам сказать… — Жу Даль мялся, как невинная девица, которую втянули ну в очень взрослые разговоры. — Понимаете… Это как у любого зверя… это инстинкт. Знаете, для продолжения рода…

— Что-о-о? — опешила я. — Вы сейчас мне на размножение намекаете? А при чем тут чудовище и я? Или ему, как самке богомола, надо кого-то сожрать, чтобы выносить потомство? Так это чудовище еще и самка? Так… стоп… не сходится… он же меня не сожрал.

— Это самец… — упавшим голосом проговорил помощник анасара. — И для продолжения рода ему нужна человеческая женщина. Самок, видите ли, у них нет. Мы знаем про точные сроки его, извините, гона, и не выпускаем женщин из поместья. Кто же знал, что вы зачем-то пойдете в лес…

И он полагает, что я в это поверю? Рассмеявшись, я решила уточнить:

— И как вы себе представляете… хм… процесс? Вы хоть видели его размеры и вид? Да там физиология другая.

Жу Даль развел руками.

— Понимаю, это сложно понять. Но такие случаи были в прежние времена. Люты жили в этом лесу издревле. Кажется, еще до того, как тут построили поместье. И всегда один или, что реже, двое. Когда появляется второй, первый уходит. Куда, мы не знаем. Обычно жители поместья берегли своих женщин, но случалось, что в те самые несколько дней какая-нибудь девушка забредала в лес, и позже на свет появлялся маленький лют. Их старались сразу убивать… детей люта, не девушек… Но такого давно уже не было, — добавил он и многозначительно замолчал.

«До сегодняшнего дня», — красноречиво говорило его молчание.

Но меня больше волновало само наличие под боком чудовища, а не глупые суеверия чужого мира.

— Почему от него никто не избавляется? Собрали бы мужчин, загнали, — недоумевала я, смутно вспоминая, что когда-либо читала или слышала про охоту на опасных диких животных. — Убили бы, и в лесу сразу стало бы безопасно!

— А зачем? — так искренне удивился Жу Даль, что даже я засомневалась. И правда, зачем? Мы знаем его расписание и не лезем, когда нельзя. Идиллия, однако!

— Но ведь там даже забора нет… Вы не пускаете женщин, но что мешает ему самому взять и прийти… — Я не договорила, сама ужаснувшись такому варианту событий. Даже в окно посмотрела, словно паукообразная тварь уж носится за визжащими служанками по уже не столь аккуратному и ухоженному саду.

— О, нет, не беспокойтесь, анасарана, — поспешил заверить меня Жу Даль. — По периметру поместья расположены охранные амулеты. Они не пропустят никого, кто не является жителем поместья. Лют не пройдет.

Что ж, всё не так страшно. Живут же они с ним бок о бок с давних времен, привыкли. И мне нечего бояться.

В конце концов, он меня и вправду не тронул.

Разумеется, не по той причине, в какую пытался заставить меня поверить помощник анасара.

— А я? Я-то прошла ваши амулеты.

— Вы со вчерашнего дня жена хозяина поместья. На вас распространяется всё то же, что и на других обитателей. Выход из особняка вы уже опробовали. Я собирался рассказать вам, как выходить в сад, наутро, но вы разобрались сами.

В памяти всплыло внезапное исчезновение стекла в окне-стене холла. Так вот что это было!

— Но я не разобралась, — растерянно произнесла я. — Оно само как-то вышло.

— Тогда поясню. Вам просто нужно мысленно попросить… пожелать… в общем, магия особняка считывает намерение. Намерение выйти, зайти, зажечь люстры и так далее. Вы, видимо, ночью сильно хотели покинуть дом. И магия вас услышала.

— Так ваш хозяин — маг! — ахнула я, вспоминая колдовство подчинения, из-за которого я резко оказалась замужем.

— Что вы! Нет, конечно! — замахал руками Жу Даль. — Но он пользуется амулетами. Их у него немало, на разные случаи жизни.

Опять амулеты. Кругом одни амулеты. Хм… Кажется, у меня созрел один коварный план, как вернуть анасару должок…

Жу Даль ушел. Пришла служанка.

— Анасарана, доброе утро, — с поклоном сказала она. — Мое имя Ма. Я ваша личная служанка.

Девушка была типичной представительницей местных жителей, но я почти привыкла к их специфической внешности. И эта Ма показалась мне даже миленькой.

А вот она смотрела на меня странным взглядом. Ну да, я в этом мире, как и в своем, далеко не эталон красоты. И в глазах крючконосых, глазастых и темноволосых людей выгляжу как белая ворона.

— Здравствуй, Ма, — улыбнулась я.

— Я приготовила вам ванну, — сказала Ма самые чудесные слова за это утро.

Ванна! Я мечтала о ней с момента ночного пробуждения и осознания, что со мной сотворили. Смыть с себя чужое насилие. И падение на землю под ноги чудовища чистоты явно не добавило.

Ма порхнула к платяному шкафу и достала из него длинный зеленый халат. Протянула мне. Я скинула надоевший плед и оделась.

Недолгая прогулка по коридору поместья, пара поворотов — и мы оказались в роскошном санузле со светло-зелеными стенами из не опознаваемого материала. Совмещенном, словно мы не в богатом особняке, а в типичной однокомнатной квартире. Я представила, как этот недоделанный мелкий царек местного розлива восседает на белом троне, в то время как я торопливо принимаю душ, скромно спрятавшись за занавеску. «Трон» здесь был — кто бы сомневался — темно-зеленый и немного непривычной формы. У него отсутствовал бачок и даже хоть какая-нибудь веревочка для слива. Надо полагать, тут тоже работает магия?