Сладкое очарование - Аня Баст

— Поставь меня!

Он остановился и поставил ее на заснеженный тротуар. Он покрыл его следами на снегу с помощью другой иллюзии. Он расхаживал туда–сюда, массируя голову рукой.

— Кровавый ад, Белла. Ты должна пойти со мной сейчас. Я не хотел этого. Это слишком опасно.

— Да, ну, я не хочу идти куда–либо. — Несмотря на то, что часть ее это уже сделала. Он собирался к Границам Земель, и она очень бы хотела их увидеть.

И может быть, это была не единственная причина, по которой она хотела пойти с ним.

— Я скажу им, что это я заставил тебя пойти со мной.

— Охранники ясно видели, как я пыталась тебя защитить, Ронан.

Он выругался на выдохе.

— Это неважно. После того, как у меня будет объект, я смогу торговаться с Летней Королевой за что угодно.

Она попробовала представить, что же может заставить Летнюю Королеву простить Ронана за все его беззаконные поступки и Беллу также, но ей не удалось. Она произнесла тише.

— Что ты сделал для Фандира, Ронан?

Он улыбнулся, показывая белоснежные зубы, контрастировавшие с золотистой кожей.

— Я украл кое–что для них, и потом я украл его от них. Что–то очень редкое и мощное.

Глава 4

Ронан засмотрелся на Беллу, когда она прошла под мягким светом уличных фонарей, на то, как снежинки падали на ее длинные темные волосы и на плечи ее бургундского пальто. Она тоже посмотрела на него. Ее полные губы, были сжаты в тонкую линию, а глаза прищурены.

Они все дальше уходили от Границы Земель, и приближались к Чистилищу, где жило большинство фей, тех, кто не принадлежал ни к одному из судов и не были свободны. Кентар Лей образовывала полукруг между центром города и Пейффербургскими границами Земель, в которых было много рек и мостов. Они специально шли пешком, поскольку путешествовать сейчас на транспорте было слишком рискованно. Железо усиливало, заклинания и их легко можно было отследить.

— Подожди, Белла.

— Я никогда не причиню тебе вред. — Она продолжала идти.

Он перестал идти от злобы звучавшей в ее голосе и следил за ней, пока она шла мимо него. Ложь была его целью. Сейчас он жил ради этого. Он бы все отдал, лишь бы она была с ним. Он хотел провести с ней целую ночь до самого рассвета. Любить ее всеми мысленными и не мысленными способами, какими она только позволит ему — не тихую, а задыхающуюся, со срывающимися стонами с ее губ, мольбами о большем, и выкрикивающей его имя.

Но если сейчас сказать «Я люблю тебя» это только все испортит.

Он ускорил шаг, чтобы догнать ее. — Ты даже не знаешь, куда идти, зачем так торопиться.

— Да куда угодно, лишь бы подальше от тебя.

— Я знаю, что причинил тебе боль. Он остановился рядом с ней.

— Я хотел бы сделать нечто большее, чем просто причинить тебе боль.

— Ты только что спасла мою голову, Белла. Я не поверю тебе, если ты скажешь, что сделала это просто так — закончил он с тоской в голосе.

Она слегка залилась румянцем. С такой светлой кожей как у нее, его можно было легко увидеть даже в мягком свете уличных фонарей. — Я с тобой только потому, что так нужно.

— Хорошо. Он пожал своими широкими плечами. — Как я уже сказал, я сделаю все, что смогу, чтобы вернуть тебя. Но прежде, чем мы отправимся к границам Пейфербурга, нужно навестить одного друга. Мне нужны ингредиенты для изготовления магических заклинаний против контрмер.

— Каких контрмер?

— Я должен заблокировать их отслеживающее заклинание. Даже сейчас они могут выяснить, где мы, и вскоре после нас могут оказаться здесь.

Хватит ли твоей магии, чтобы заблокировать их отслеживающее заклинание? Белла обняла себя. — Ты знаешь, что это не так.

— Тогда в первую очередь найдем место, где можно остаться на ночлег. Уже холодает, и мы оба устали.

Она рассматривала рядами аккуратных домов, которые они прошли. Каждый из них был уникальным, для определенного типа фей, которые в них жили. Домики домовых были такими маленькими, а вокруг них словно великаны, возвышались дома Фоморов, которые были такими большими, что могли защитить всю семью гигантов. Из–за этой не совершенности, создавался эффект хаоса. В отличие от аккуратных пригородных районов людей, где все дома были похожи друг на друга, и все стригли траву точно на три дюйма.

О, Боже, как же Ронан любил Пейфербург. Он уже был за его пределами, благодаря Фандиру. Он видел человеческий мир. Все феи хотели попасть сюда, но он не мог понять почему. Здесь не было ничего сверхъестественного.

— Я так понимаю, что подходящей гостиницы нам здесь не найти — пробормотала она.

— В нормальной гостинице, даже с контрмерами, охрана будет на чеку и нас быстро обнаружат, и полетят наши головы с плеч. — Он усмехался. — Не бойся. Я знаю одно прекрасное место.

Она подозрительно на него посмотрела. — Какое?

— «Отель любви».

Она даже споткнулась. — Что? И ее красивые карие глаза стали расширяться.

— Ты вел весьма веселую жизнь. «Отель любви» — абсолютно анонимное учреждение. Регистрируются в компьютере, за номер рассчитываются наличными. Очень доступное и популярное место. Там небольшие и простые номера, поскольку народ туда приходит не на дизайн смотреть.

— Они находят там постель. Они там трахаются.

Она отвела свой пристальный взгляд, и посмотрела прямо перед собой. — Ни за что.

— Ты сделаешь это, если не хочешь, замерзнуть насмерть, или быть схваченной гвардией королевы, или то и другое вместе.

— Почему ты не мог просто оставить меня в покое? Я сейчас могла бы быть дома в постели.

Снег скрипел у него под ботинками.

— А почему ты не оставила меня в покое? Ты могла бы оставить меня в тюрьме, если бы захотела, но ты этого не сделала. — Я не хотел подвергать тебя опасности. И не хочу, чтобы тебе что–то угрожало пока мы в пути, но, может быть, так даже лучше, чем быть заключенными в вашей тюрьме.

— В тюрьме? О чем ты говоришь?

— Брось, Белла, ты прекрасно об этом знаешь.

— Белла.

— Я знаю, что всю знать Силии заперли в тюрьме.

— Каждый эльф в Пейфербурге — это пленник, Ронан.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Каждый Силиец должен вести себя определенным образом. Они ввели ограничения на культуру и рассказывают полуправду или откровенную ложь о внешнем мире. Тех, кто родился при этом дворе — сразу рождаются с «кандалами».

— Ничего себе, Ронан. Ты никогда не позволял собой манипулировать. Когда я знала тебя, ты не отзывался о Силии так негативно. Это из–за того, что они недавно пытались избавиться от тебя?

Он покачал головой. — Мое мнение о дворе Силии никогда не менялось. Когда я подавал прошение Летней Королеве, о разрешении поселиться в башне Розы, у меня для этого была уважительная причина, вот и все.