Враг Самогеты - Анна Пушкина

Я развернулась лицом к огромной зубчатой городской стене. До нее было недалеко, но в город я решила отправиться, когда стемнеет, чтобы не привлекать внимания. А пока можно пройтись вдоль стены и осмотреться. Довольно скоро мне встретился передвижной лагерь. Здесь делали последнюю остановку те, кто направлялся в город. Имелись даже ряды затертых палаток торговцев. Посетителями этого лагеря были в основном эльфы и дворфы, и на их фоне я заметно выделялась. Орков не часто встретишь на людской земле. А привлекать к себе внимание не входило в мои планы.

Побродив около палаток, я сумела обменять меховую накидку Рады на тонкий и почти не защищающий от холода людской плащ. Обмен неравноценный, это было понятно и без довольной рожи торговца. Он разжился отличным мехом, такой только у оборотней достать можно. Мне достался совершенно обычный потертый черный плащ, но зато с глубоким капюшоном, который поможет скрыть лицо и цвет кожи от особо любопытных глаз. Стать как можно незаметней – это именно то, что мне сейчас необходимо. В довесок взяла поношенные серые перчатки. Торговец решил, что напоролся на дурочку, и принялся за них торговаться, но быстро отвалил, встретившись с моим неодобрительным взглядом.

Надев плащ и закинув свой походный мешок за спину, я направилась к большому костру в центре лагеря. Теперь предстояло найти того, кто согласится взять меня с собой в город. Если пойду в одиночестве, интереса стражи мне не избежать, но для начала хорошо бы узнать, чего ожидать за этими высокими стенами.

Мое внимание привлекли два хмельных дворфа, гревшихся у костра. Я подсела поближе и осторожно, чтобы никто не заметил так и лежавшую у меня в сумке голову чудища, достала сверток со свежим хлебом. Про себя напомнила, что пора обновить шаманское заклинание, не позволяющее плоти улыбающегося чудовища разлагаться. Надо поскорее заняться этой головой, изучить, а потом оставить на память, как боевой трофей.

Я успела услышать, что дворфы как раз только из города и направляются на заготовку леса. Вырвавшись на свободу от сварливых жен, они решили сперва отметить сей факт. Самое время набиться к ним в друзья, пока они не окосели окончательно. Разговорить их особого труда не составило. Я протянула свежий хлеб новым знакомым, и те на радостях выболтали все, что я хотела узнать. Что в город лучше не соваться до сумерек, пока стража не сменится, особенно если надо что-то запрещенное протащить. При этом дворф мне заговорщически подмигнул. Дворфы также упомянули, что в городе творится что-то неладное. Патрулей на улицах вдруг стало больше, и по мнению моих новоявленных друзей, это не к добру. Второй день как стража оцепила весь район рядом с улицей пекарей и никого туда не пускает. Что там стряслось, никто не знает. Успели дворфы выболтать и что обрывы защитной границы Акарана вокруг Самогеты практически прекратились, и никто не знает, почему. Хотя раньше линию постоянно штормило, и твари все норовили прорваться, сейчас поспокойней стало.

Я попробовала осторожно перевести беседу на интересующую меня тему – как пробраться незамеченной в замок. Но тут дворфы ничем не помогли. В замке, как и ожидалось, они никогда не бывали, и охраняет его целый отряд стихийников. А эта магическая братия милосердием не отличается и готова подпалить задницу любому, кто, по их мнению, без надобности оказался слишком близко к стенам княжеского дома.

Оставив дворфов напиваться дальше, я направилась к стоянке людей с лошадьми. Четвероногих я недоверчиво обходила стороной. Орки не используют лошадей, только буйноголовых коров. Вдалеке, на краю лагеря, заметила белого грифона и решила туда не соваться. Скорее всего, прилетевший на нем – не простой смертный, и мне разумнее держаться подальше.

Со стоянки как раз отправлялся обоз остроухих переселенцев. Судя по небу, сумерки не за горами, а значит, самое время присоединиться к толпе желающих попасть в город. К тому же затеряться среди эльфов легче, чем среди людей или дворфов. Плетясь за повозками, я шагала следом, старательно натягивая капюшон до самых глаз. Обоз направлялся к центральным воротам города, между надворотными башнями. Снаружи ворота были обиты металлом для защиты от поджога, далее виднелась поднятая решетка с окованными железом нижними концами. Рядом на ветру колыхалась зеленая ткань, натянутая с самого верха башен и почти до их основания. На ткани я узнала рисунок герба Самогеты – треугольник, сплетенный с трикветром. Только в этот раз он был нанесен не простой серой краской, а вышит золотыми нитями и помещен в нарисованный красный щит.

Я рассмотрела стражу в темно-зеленой одежде с красной каймой на плащах. Они наспех осматривали повозки и пропускали их дальше. Когда ближайшая ко мне телега остановилась в очереди повозок, я как ни в чем не бывало протиснулась к ней и присела между эльфами. Останавливать меня никто не стал, я чувствовала общую усталость и напряженность эльфов. Когда подошла очередь переселенцев, стража что-то обсудила между собой, и, к моему удивлению, обыскивать нас не стали. Патрульные лишь дали указания кучеру и пропустили. Практически не останавливаясь, наша телега закатилась в город.

– Почему не обыскивают? – тихо спросила я у остроухой рядом.

Она подняла на меня уставшие и печальные глаза:

– Что теперь с нас взять? Без крова, нищие, вынужденные мотаться по людской земле в поисках жилья и хоть какого-то заработка.

Я осмотрела ее внимательнее. Дорогая ткань одежды эльфийки теперь еле различима под слоем пыли и грязи. Спутанные волосы. Она не выглядела той, для кого долгая дорога – привычное дело.

– Почему из всех княжеств вы направились в Самогету?

Эльфийка, будто от смущения, спрятала окоченевшие пальцы под потрепанную короткую, до пояса, накидку, и вытащила затертый листок. Неспешно развернула и показала мне. Я увидела плохо нарисованную от руки карту – неровно разделенный на пять частей круг. По всей карте были нанесены какие-то небольшие подписи. Читать по-эльфийски я не умела, но догадалась, что это – карта Людеи и пяти ее княжеств.

– Это наш дом, – эльфийка ткнула в большую точку с левой стороны.

Эленарио, земли светлых остроухих, догадалась я.

– Мы побывали почти везде, – эльфийка вела пальцем по княжествам, начиная с земель голубоглазки. – Первые переселенцы бежали в Кроуги. Мой народ дружил с их князем, пока он не пропал. Там сейчас больше всего беженцев. Вторую волну отправляли в Потаву. Скоро белый холод, а там не хватает работы и хорошего жилья. Можно было податься в Монахану, но ходят слухи, переселенцам