Становление - Ева Шафран

«Лана, на последнем балу я заметил твой интерес к этому виду сладостей, поэтому решил порадовать. Разумеется, от меня не укрылся и иной интерес, который ты проявила к алкоголю из Дамаскиона, но тут не дождёшься. Наслаждайся сладостями и проникайся мыслью о том, как прекрасно жить в Эльсиноре. А к следующему балу я постараюсь посетить хотя бы одно занятие по танцам.

У меня такая куча дел, что сон теперь только в мечтах, но, надеюсь, что когда я вернусь, то ты ещё будешь здесь.

Ты исполнила моё желание, но я так и не успел спросить, чего желаешь ты.

Валкар Рек’Кенсар»

Лана прижала бумажечку к носу, чтобы втянуть угасающий родной запах, затем приложила её к груди и тяжело вздохнула. Желание остаться жгло изнутри, бросить всё и остаться, разобраться с Цеем и ведьмами, чтобы Эльсинор продолжал существовать. Но слова Посоха были слишком реальными и… слишком правильными. Это было не её время. К тому же, если верить Виктору, то её появление не изменит будущего, а значит, Эльсинор всё равно будет уничтожен, и Валкар…

— Так, отставить слёзы, — решительно приказала себе девушка, поднимаясь на ноги. Глаза упали на шкатулку с кристаллами. Руки сами потянулись проверить — использованный кристалл стал тёплого жёлтого цвета, активировать его можно было только с помощью силы, которая, как Лана уже знала, у неё по какой-то причине была. Сжала в кулаке — на камне проявились изображения родителей Валкара и раздались их голоса.

«Надеюсь, тебе понравится, любовь моя».

Девушка остановила задумчивый взгляд на втором кристалле, не представляя, что делать с ним. Подумывала было оставить Айрене, но перед глазами почему-то всплыла сцена в библиотеке, плачущий Цей, затем его поведение на полигоне. Столько боли и страданий было в его голосе и глазах, в каждой черточке лица.

Рука уверенно сжала пустой кристалл — Лана направилась к Айрене.

— Можно? — постучала в дверь.

— Конечно, проходи, — откликнулась Айрена. Зелёные глаза приветливо светились, руки ловко переплетали чёрные густые пряди в боковую косу. Лана с улыбкой смотрела на женщину, которая уже стала ей матерью, она была невероятно добрая, тёплая, что хотелось к ней прижаться и обо всём рассказать. — Ты что-то хотела?

— Да, — Лана села напротив за столик и вытащила пустой кристалл. — Я знаю про вас с Цеем, мне жаль, что такое случилось.

Айрена замерла на секунду, уставившись в лицо невестки. Затем тяжело вздохнула и продолжила заниматься волосами.

— Я думала, мы хорошо скрываем это.

— Хорошо, я случайно увидела вас в библиотеке, прости, — покаялась Лана.

— Ничего, — тихо отозвалась Айрена.

— Я пришла, чтобы попросить сделать ещё одну запись, для Цея, — положила на стол кристалл, активируя его, и медленно подтолкнула к матери Валкара.

Женщина нахмурила ровный лобик и подняла глаза на Лану:

— Запись о чём? Мне нечего ему сказать. Все свои сожаления по этому поводу я уже высказывала неоднократно.

— Понимаю, но Цей, которого знаю я, отличается от этого Цея, — проговорила Лана, ловя удивлённый взгляд женщины. — Да, в моём времени он всё ещё будет жив.

— Ты не расскажешь мне, что случилось, да? — глаза Айрены наполнились печалью. — С моим мальчиком всё будет хорошо?

— Д-да, — кивнула Лана, проглатывая остальные слова. — Я буду с ним.

«Не сразу, но всё наладится».

— А у Цея не будет никого, — закончила девушка. — Пожалуйста, просто попроси его не уходить в… — задумалась на мгновение, — в глухую ненависть ко всем и ко всему. Пожелай ему… не знаю, не заковывать своё сердце в камень. Наверное, прозвучит странно, если ты пожелаешь ему счастья?

— Нет, — Айрена закончила косу, руки устало упали на колени. — Я всегда желала ему счастья, мы долго искали способ избавиться от этой… привязанности.

— Если тебе правда тяжело что-то для него оставить, то…

— Знаешь, а ты права, — женщина выпрямилась, глаза сверкнули решимостью. — Не знаю, что у вас там будет в будущем, но если в моих силах сделать хоть что-то, я это сделаю.

Она уверенно протянула руку к кристаллу и прикрыла глаза, сосредоточиваясь.

— Я оставлю тебя, — прошептала Лана и поспешила выйти в коридор.

Ближе к вечеру Айрена сама нашла её, Лана решила прогуляться по вечерней цитадели, впитать в себя её дух, её силу и благородство в последний раз. Сердце щемило от тоски по Валкару, и по настоящему и по тому, которого она оставила возле врат в толпе осмохиррцев.

«Скоро я вернусь к тебе, мой волчонок».

— Держи, — женщина протянула кристалл. Лицо её было бледным, но глаза всё также решительно сверкали.

— Благодарю… — Лана хотела что-нибудь добавить, но не нашла слов.

Приняв горячую ванну и укутавшись в одеяло на кровати, девушка взяла в руки кристалл Айрены. В темноте комнате он светился, как ночник, согревая теплом. Активировала его и начала смотреть и слушать.

Лана вытерла ручьи слёз краем изрядно намокшего одеяла и отложила кристалл. Внутри груди всё переворачивалось.

«Страшно представить, как будет рыдать Цей, если ему когда-нибудь удастся увидеть это послание».

* * *

Трое всадников приблизились к вратам. Мужчина спешился с крупного чёрного жеребца и подал руку хрупкой женщине, сопровождавшей его на белоснежной кобыле. С третьего коня ловко спрыгнула молодая девушка, одетая в свободные штаны и тунику, длинные светлые волосы убраны в хвост.

— Вот мы и на месте, — проговорил мужчина, махнув рукой на каменную арку, в которой переливалась золотая гладь. — Как раз вовремя.

— Уже за полночь, тебе нужно спешить, Лана, — вздохнула женщина.

— Я… — девушка повернулась к спутникам, голос предательски дрогнул, — я так вам благодарна за всё. Спасибо, что поверили мне и приняли меня. Спасибо за Валкара, за то, что он у вас такой.

— Лана, — всхлипнула Айрена и бросилась на шею девушке. Лана порывисто обняла её, они вместе плакали, гладя друг друга по волосами. — Я так рада, что ты к нам попала. Ты мне теперь родная. Позаботься о нашем с Виктором мальчике, у него золотое сердце. И у тебя тоже, вы достойны быть друг с другом.

— Я позабочусь о нём, — пообещала Лана.

— Дайте и мне пристроиться что ли, а то устроили тут, — ласково проворчал Виктор, широко обнимая плачущих и сжимая их в своих мощных объятиях. Несмотря на всю суровость, Лана слышала в голосе командора нотки грусти и несомненной заботы. Чёрные глаза сверкнули и тут же спрятались от нее.

— Спасибо, Виктор, — проговорила девушка.

— Береги себя, — он звучно чмокнул её в макушку. — Если что, возвращайся в наше время, мы