Двуликий бог. Книга 2 (СИ) - Мэл Кайли

Стоя у распахнутых деревянных дверей, ведущих на веранду, я рассеянно наблюдала за кроваво-красным закатом и обдумывала слова отца. Казалось, это было безнадёжно. Что бы я ни говорила, как бы ни старалась тронуть сердце Бальдра, убедить его взглянуть на происходящее другими глазами, всё было тщетно. Я уже давно не могла всерьёз сердиться на него, я это переросла, но глубокая пропасть, раскинувшаяся между моим отцом и мужем, каждый раз оставляла горький осадок на душе. Бог света верил только в то, к чему привык. Я не могла переубедить его. В его мире Локи был злодей, обманщик, мастер манипуляций и интриг. Я же была глупой и безрассудной асиньей, поддавшейся чужому влиянию, к большому разочарованию моего отца — не его.

Было ли его стремление забрать меня из золотого чертога такой своеобразной заботой или желанием вернуть всё на свои места, вновь обрести власть над дочерью ради своего успокоения? Я не знала. Я не способна была разобраться во всём самостоятельно, но все мои близкие были слишком предвзяты, чтобы помочь мне справедливо рассудить сложившееся затруднение. Оставалось привычно метаться между двух огней и уповать на милость провидения. Едва я пришла к этой невесёлой мысли, как двери в покои распахнулись, и на пороге показался Локи — как всегда решительный и крайне самодовольный. Я торопливо вытерла рукавом платья горящие щёки и обернулась.

— На слёзы уговора не было, — лукаво заметил он, нетерпеливым и пренебрежительным жестом отзывая Иду прочь. Минуту поколебавшись, девушка поклонилась и покинула покои. Опустив выдающие меня заплаканные глаза и слабо улыбнувшись, я плавно присела в знак приветствия. Одного короткого взгляда хватило мне, чтобы отметить, что бог огня в тот вечер был дивно хорош собой. Он предстал передо мной в насыщенно-изумрудных одеждах, расшитых золотой нитью, — я сразу узнала тонкую и кропотливую работу Дьярви, подвластную только его умелым рукам.

— Повелитель, — дрогнувшим от волнения голосом произнесла я и не нашла слов, чтобы продолжить. Как к лицу и огненным волосам ему был этот тёмный цвет, чуть переливающаяся дорогая ткань, свободный крой. Впрочем, не единожды я уже замечала, что не одежда красит Локи, а совсем наоборот: обнажённый или красиво одетый, бог огня нёс себя одинаково уверенно, гордо, с достоинством. Кровь двух разных родов смешалась в нём наилучшим образом: как он был силён, как непозволительно красив! Я пропадала от украдкой брошенного на него взора, от звука его вкрадчивого глубокого мужского голоса, от неизменно точно подобранных слов, выдававших острый ум. Покраснев, словно в первый раз, я прислушивалась к тихому шелесту его приближающихся шагов.

— Мне было очевидно, что именно так всё и закончится, — ласково коснувшись подбородка и приподняв тем самым лицо, бог огня обратил мой взгляд на себя. Я улыбнулась уголками губ, не сводя с него влюблённых глаз. Разве могла я когда-нибудь предать его, обмануть его хрупкое доверие? Нет, это было решительно невозможно. — Но ты не послушала бы меня в тот миг, так ведь? — смутившись и по-доброму усмехнувшись, я кивнула. Локи знал меня лучше, чем кто-либо. Впрочем, и многих других асов он видел насквозь, пусть и не говорил об этом. Пламенный супруг, между тем, продолжал:

— Должен заметить, твоё недомогание лишило меня знатного удовольствия, — хитрец вздохнул с деланным разочарованием. Я внимательно смотрела на него, гадая, к чему же он клонит. Я не спешила вступать в беседу, уже научившись различать, когда господин ждёт от меня ответа, а когда лучше помолчать. — Впрочем, даровало мне другое. Гляди, что у меня есть для тебя, — и двуликий бог протянул мне ларец из светлого дерева и перламутра. Залюбовавшись искусной работой, я взяла его в руки, неторопливо осмотрела со всех сторон, провела кончиками пальцев по гладкой поверхности.

— Очень красиво, тонкая работа, — с придыханием произнесла я и нежно коснулась носом тёплой щеки мужа, приникнув к нему. Для этого мне пришлось встать на носочки. После всего пережитого, каким бесконечным счастьем было просто находиться с ним рядом, слышать слегка насмешливый тон, ловить на себе любящий взгляд, дышать одним воздухом. Мне не нужны были дары, когда рядом был он. Я уже обрела всё, чего хотела. Задумавшись, я витала в своих мыслях, чем, похоже, немало раздосадовала своего нетерпеливого супруга. Такого невыносимого и родного.

— Спустишься ты с небес на землю, глупая? — вполголоса рассмеялся он. Я смотрела на Локи и не могла им налюбоваться. Мной овладела такая сильная любовь, непреодолимая привязанность, что я только снова и снова раскрывала губы и не находила слов, чтобы выразить свои чувства. Свободной ладонью я провела по его щеке, запустила пальцы в густые непослушные волосы, вдохнула его запах — упоительно сладкий и капельку терпкий. Повелитель удивлённо взглянул на меня, свойственным только ему одному движением изогнул широкую рыжую бровь, выражая своё скрытое смятение. Я улыбнулась — открыто и счастливо, как уже давно не улыбалась. Я и забыла за долгие дни скорби и горя, что так легко может быть на душе. Беспечно ухмыльнувшись, Локи, наконец, потребовал, уже забыв свой немой вопрос:

— Открой же его! — лукаво взглянув на него, я медленно приподняла крышку, дразня мужа ожиданием. Внутри, переливаясь и маня, таилось ожерелье невиданной красоты, превзойти которое могло разве волшебное золотое ожерелье Фрейи, которым она очень гордилась. Я не была подвластна золоту, подобно Ванадис, но свет и загадочная глубина драгоценных камней влекли меня, и противостоять этому соблазну я не могла. Словно предугадывая мою безмолвную страсть, бог обмана дарил мне украшения и платья, усыпанные самоцветами. В этот раз его выбор пал на крупные тёмно-красные яхонты и горный хрусталь, прозрачный, точно воздух ясным летним днём. Искусная работа походила на дивное сплетение капель крови и слёз, на отблески алого закатного солнца в водах тихого мирного ручья — я не сумела сдержать вздоха восхищения.

— Оно бесподобно, мой повелитель, — растроганно улыбнувшись, молвила я, вызывая довольную гордую усмешку на тонких губах. Локи неторопливо обошёл меня, и, угадав его намерение, я переложила пышные распущенные локоны на одно плечо, обнажая шею. Подарок бога огня упокоился на моей груди, приятно холодя кожу, я провела по крупному центральному рубину кончиками пальцев, а затем ощутила мягкий чувственный поцелуй на своей шее. Прикрыв глаза от удовольствия, я глубоко вздохнула, сердце забилось с удвоенной силой. — Спасибо…

— Родишь мне сына, и я весь Асгард положу к твоим ногам, — томно пообещал бог огня, опаляя моё ухо горячим дыханием и щекоча шею. Его голос почти подрагивал от удовольствия, и