Алая птица - Анна Рудольф

Помимо шести основных членов Совета, радовать короля и королеву проявлением гражданской позиции должны были Его Высочество кронпринц, Придворный маг и Архимейстер.

Кресло королевы пустовало много лет, и слуги почтительно стряхивали с бархатной обивки пыль, пока от этой необходимости их не избавила Леди Старшая Советница, устроившая на нем свои необъятные юбки. Архимейстер все чаще посылал вместо себя посыльного с гербовым свитком, содержавшим волю Всевышнего, выражавшуюся в растущем количестве золотых монет. Верховный Посол прочно обустроился в Шарибе, и вытащить его оттуда смогла только помолвка принцессы. Кронпринцу же намеренно не сообщили о внеурочном заседании. Кресло Придворного мага тоже пустовало, но по иной причине.

Сидя на троне, Реджинальд пристально смотрел на коленопреклоненного Рунара в полном молчании. Им обоим было прекрасно известно, что последние шесть часов ни мага, ни его ученицы, ни фибулы во дворце не было.

— Я повторю вопрос, вдруг вы не расслышали его в этом возмутительном шуме, — пропел Инглот, коршуном кружа вокруг Придворного мага. — Почему вы проигнорировали требования Его Величества явиться с докладом об Эскальтской магии, если, как вы утверждаете, все это время находились в подземельях со своей ученицей?

Разумеется, никакого шума в зале не было. Рунар скосил глаза на леди Медовию, у которой на груди висел массивный медальон с желтым камнем. Око души — древний артефакт, распознававший ложь. По закону, использовать его допускалось только Ее Милости, королеве.

— Я был занят делом государственной важности, — со скучающим видом ответил он.

Инглот раскрыл рот, но его опередила Медовия:

— Чем же таким важным ты занимался наедине с этой девицей Айрин?

Он позволил себе мягкую улыбку.

— Ничем, в чем меня так любит обвинять отсутствующий здесь Архимейстер.

Король устало потер алый горизонтальный след от обода тяжелой короны.

— Медовия, твое дело сообщать, лжет он или нет, а не задавать глупые вопросы!

Женщина фыркнула и сложила на груди тонкие руки. Реджинальд глубоко вздохнул и продолжил:

— Ты знаешь, что по моему приказу обязан отчитываться о каждом шаге, своем и ее. Где она была весь день?

— Айрин провела его в моем кабинете, а вечером с моей служанкой самовольно спустилась к озеру. Не отрицаю ее вины, но формально эта территория принадлежит дворцу.

— Неужели? Сегодня днем две девушки, представившиеся твоими служанками, ограбили городской архив и едва не убили библиотекаря. Если бы лекарь не подоспел вовремя, старик бы скончался…

— Какой диагноз поставил лекарь? — бесцеремонно перебил Рунар, чем вызвал всеобщий возмущенный вздох.

Король нахмурился, но ответил:

— Истощение. Из него выпили почти все жизненные силы.

— Демоны, — себе под нос ругнулся маг, хотя следовало сказать «духи».

— Что ты там шепчешь⁈ — взвился Инглот, подскакивая к нему, как старый потрепанный ворон, чем вызвал у Рунара усмешку. — Смешно тебе? Одной девке удалось скрыться, а вторую преследовали шестеро высококлассных магов, но их хваленые заклинания для нее были, как с гуся вода!

— Лорд Инглот, — укоряюще качнул головой лорд Грейсли. — В присутствии короля выбирайте выражения. К тому же, почему бы нам не попросить Рунара раскинуть карты? Они прольют свет на эту пренеприятнейшую ситуацию.

— И что нам это даст? — фыркнула Медовия, недовольно морща нос. — Наверняка они, как обычно, скажут о каком-нибудь зловещем предзнаменовании.

Пока они спорили, Рунар мучительно размышлял о странном поведении магии. Он украдкой постучал пальцами по фибуле у себя на груди и прислушался к магическому отклику. Артефакт по-прежнему признавал его хозяином, тогда почему защищал постороннего? В способность Айрин самостоятельно отражать боевые чары маг не верил. Фибула была создана еще в довоенную эпоху, неужели тут замешаны руны? Мысль показалась ему здравой, но он не успел ее обдумать — в эту минуту Инглоту приспичило продолжить допрос:

— Нам не смогли внятно ответить, что было украдено из архива. Ты имеешь к этому отношение, я уверен, — Канцлер Казначейства упер узловатый палец ему в лицо, — у них была твоя фибула, и маги это подтвердили!

Потеряв терпение, Рунар отбросил его руку и поднялся.

— Ваше Величество, могу я поговорить с вами наедине?

Его выходка очень не понравилась Совету. Рунар понимал, что своими руками только что выкопал себе могилу, а по лицу Инглота становилось очевидно, что мысленно лорд уже присыпал его землей. Но иначе маг не мог озвучить то, что наверняка посеяло бы панику среди остро ненавидевших север Инглота, Фаргора и Дартора.

Король нетерпеливо велел Советникам убраться и потребовал у вошедшего слуги вина.

— Ваше Величество, северные духи…

— С тех пор, как девчонка появилась здесь, ты стал невнимательным, самонадеянным и неосторожным, — Реджинальд спустился с трона, — пренебрегаешь прямыми приказами, — на стол со звоном полетел скипетр, — нарушаешь закон, — следом покатилась корона. — Я не понимал, что Катриса нашла в тебе, когда приказала взять на пост Придворного мага. Я решил, что ей захотелось завести молоденького любовника, пусть и такого безродного пса.

Рунар дернулся, будто от удара. Он знал, что своей жизнью обязан королеве, но Ее Милость не посчитала нужным посвящать кого бы то ни было в причины своих поступков.

— Нет. Дело было в другом, и я не знал, в чем. — Король обрушил на стол кулак: — А я ненавижу не знать о чем-либо! Повернись ко мне! — Рунар подчинился, избегая прямого взгляда. — После того, как она пригрела на груди еще и эту крестьянку, я догадался. Катриса, похоже, испытывает сентиментальную любовь к северянам, и не важно, из какой грязи они выползли. Подойди! — маг покорно приблизился. — Сядь!

Ближе всего к нему стояло королевское кресло во главе стола, и Рунар в глупом бунтарском порыве опустился именно в него. Реджинальд цепко схватил его за плечо.

— Ты решишь все проблемы до приезда Шарибцев и письменно отчитаешься о каждом шаге, или этим займусь я. И упаси господь тебя или твою девчонку выкинуть что-то, пока здесь будет Император Сетар!

— Сетар уже коронован? — хрипло спросил Рунар, ощущая в пальцах противную дрожь.

— Коронован. Сегодня