Моя блестящая леди (ЛП) - Бек Макмастер

Розалинда считала, что управляет ситуацией, но ошибалась. Она застонала и машинально дернулась. Ей хотелось испытать наслаждение, но только вместе с Линчем.

— Почему? — прошептала Роза, из последних сил удерживаясь над ним. — Чего он… ты… боишься?

Демон мрачно и маняще улыбнулся и вошел еще чуть глубже.

— Он боится меня. Боится выпустить меня на свободу.

Розалинда сжала его, впустив пока лишь головку. Она рисковала не напрасно. Тьма Линча, его голод всего лишь одна сторона медали. Если Роза не примет его темную сущность, то как же он сам сможет это сделать?

Она откинула голову назад и опустилась на него до конца. Юбки накрыли его грудь и живот, и Линч закричал от наслаждения.

У нее так давно не было мужчины. Она вечность не испытывала желания, но Линча хотела с самого начала, хоть и пугалась до жути. Розалинда посмотрела в черные глаза и медленно поднялась, пока в ней не осталась лишь головка. Голубокровный. Когда-то он являл собой ее худший страх, но теперь она понимала, что Линч всего лишь мужчина. Роза закусила нижнюю губу, застонала и вновь опустилась вниз.

— Черт! — Линч резко выгнулся. — С тобой так хорошо!

— С тобой тоже, — прошептала она, медленно и решительно двигаясь на нем.

— Хочу тебя касаться…

Он стиснул кулаки и потянул цепи.

Стоит ли? Розалинда прищурилась и качнула бедрами. Ей так хотелось ощутить его ласки. Она вытащила из волос шпильку и окинула Линча страстным взглядом.

И быстро отомкнула кандалы на его запястьях. Линч схватил ее за бедра и согнул колени, так что Роза склонилась вперед, насаженная на его член.

— Да, — шептала она, двигаясь на нем все быстрее и решительнее, пока он задавал ей темп.

Ловкие пальцы соскользнули ей под юбки.

— Мне так нравится твоя чопорность.

Он раздвинул ее белье, лаская горячую влажную плоть.

— А ты мне нравишься… вот таким… раскованным и неуправляемым.

Сомнение охватило тьму. Роза заметила это и порадовалась победе, пока его пальцы изысканно ее мучили. Вдруг Линч замер.

— Я сделал тебе больно. В Нижнем городе, — произнес он, припоминая.

— Нет. — Она терлась о его пальцы, требуя продолжения. Схватила за запястье, прижалась крепче. — Ты никогда меня не обижал. Во всяком случае, намеренно. Лишь хотел сделать меня своей.

Линч вздрогнул, и его глаза стали серыми. Роза ощутила триумф и замедлила движения.

— Я не помню, — простонал он. — Я вижу… лишь проблески… Как притиснул тебя к стене…

— Иногда мне нравится пожестче. К тому же… — Она подавила стон. — Почему ты считаешь, что мне с тобой не справиться? С полноценным тобой?

Она так бурно кончила, что все тело зазвенело от желания. С тихим вскриком Розалинда рухнула на грудь любовника.

— Боже. О боже!

И встретилась взглядом с широко открытыми серыми глазами. Розалинда чуть не расплакалась и нежно погладила Линча по щеке. Он стиснул ее бедра, перехватывая контроль над ситуацией. Она не могла пошевелиться, едва дышала. Оставалось лишь стонать, пока он двигался в ней, доводя их обоих до экстаза.

На сей раз пути назад нет. Розалинда упала ему на грудь, обмякла, переплела пальцы правой руки с его пальцами.

Линч поднял голову и простонал:

— Роза?

Она почувствовала изменение в его голосе и осознала, что выиграла битву.

— Я здесь, — тихонько ответила Роза и чмокнула холодную кожу его груди.

Член дразняще дернулся в ней.

Линч зарылся одной рукой в ее волосы, а второй обнял Розу, в панике упрашивая:

— Не уходи! Не покидай меня!

Розалинда прижалась к нему и сонно закрыла глаза.

— Я тебя не отпущу. Можешь этого больше не бояться.

Глава 19

Разбудил его стук в дверь.

Линч сел так, что простыня сползла до колен. Тьма пронеслась перед глазами, он глубоко вздохнул и сжал руку в кулак. Сколько это будет продолжаться? Любое резкое движение и звук вызывали в нем голод. Его пугала такая близость к внутренней тьме. Один неверный шаг, и он снова потеряется в тенях, не видя ничего, кроме добычи.

Линч воспринимал своих подручных, как врагов, а миссис Марбери… Тут он осмотрелся, но на коже и простынях остался лишь легкий аромат. Прошлая ночь была откровением плотских радостей. В темноте они еще дважды занимались любовью, пока голод рос, насыщаясь наслаждением. А в промежутке она лежала в его объятиях и шептала признания, крошечные тайны. Факты о себе и жизни, которую вела на улицах до того, как ее нашел отец. О нем она почти ничего не сказала, однако одно это свидетельствовало о многом.

Скорее всего, Роза ушла еще ночью.

«Нет!» — воскликнула тьма.

Дрожащей рукой Линч почесал подбородок и сглотнул.

— Войдите.

Дойл зашел в спальню, неся поднос с флягой теплой крови и аккуратно сложенной газетой «Лондонский стандарт». Линч прищурился, глядя на горло друга, но потом побелел и отвернулся.

Как долго, черт побери?

— Милорд. — Дойл уставился на него, будто искал что-то в его чертах. — Сегодня вы выглядите получше.

Линч резко кивнул.

— И чувствую себя тоже.

Повисло неловкое молчание, и Линч указал на столик. Запах теплой крови снова раскрасил мир в серые тона. Крылья носа затрепетали, но он себя контролировал.

— Сэр, я принес газету и письма, — продолжал Дойл, как и всегда поутру. Или не совсем, учитывая, как напряжены его плечи.

— Что-нибудь интересное?

— Два послания. Совет желает видеть отчет и напоминает, что у вас осталось два дня.

— Как мило.

Настроение испортилось, и черный жар заволок глаза. Возможно, стоит назначить встречу и показать, что именно он думает об их заботе.

— А вот это, несомненно, от одного из ваших голубей. — Дойл протянул бумажку, вскинув брови.

Линч взял сложенную записку, разглядывая потрепанные края запачканного пергамента. Ни один из парнишек, которым он платил, не умел ни читать, ни писать. Линч почувствовал предвкушение, открыл послание и пробежал несколько строк.

“Мне кое-что известно. Встретимся в «Собаке и Чертополохе», Шордич, в двенадцать”.

Линч не узнал почерка, но тут же понял, кто ему написал. Он напрягся и вспомнил миссис Марбери, ее хриплый смех, когда она лежала в его объятиях прошлой ночью, глаза, горевшие дразнящим весельем, когда она нежно целовала его в шею. А вот если пойти на встречу с Меркурием, то получится, что между ними ничего не изменилось, хотя на самом деле его мир перевернулся. Осмелится ли он проигнорировать послание?

Линч сжал бумагу в кулаке. Если он не найдет способа вырваться из хитрой ловушки Эшелона, остальное в любом случае неважно. Ему надо найти что-то, чтобы усмирить принца-консорта.