Моя блестящая леди (ЛП) - Бек Макмастер

Тут кто-то склонился и сжал его за плечи.

— Сэр, это я, Гаррет! — странно невнятно произнес мужчина.

— Где она? — завопил Линч, пытаясь избавиться от металлических кандалов, удерживающих его в лежачем положении.

Кто-то погладил плечо назойливого незнакомца.

— Его больше нет, парень, — хрипло произнес старик. — Отпусти.

— Нет! Дай ему еще болиголова. — Свет скользнул по рыжим волосам, но Линч увидел лишь цвет крови. — Мы подождем. Он вернется!

Линч провалился темноту, обмяк в стальных оковах. Как он ни пытался, но так и не почувствовал знакомый лимонный аромат.

***

Она не видела его уже десять часов. В последний раз Линч кричал и рвался из кандалов…

Розалинда обняла себя руками и уставилась во мрак. Хриплое дыхание Джека, пробивавшееся сквозь фильтр, действовало ей на нервы.

— Где она? — прошептала Розалинда, дрожа от холода. Сегодня он пробирал до костей, будто ужас прошлой ночи проник под кожу. Она считала, что в Гильдии Линч придет в себя, но ничего подобного.

— Придет, — плавно и мелодично ответил Джек.

Только связки не затронул Балфур, по капле вливая в ее брата кислоту, а вот легкие — совсем другое дело, и фильтр в маске — жизненная необходимость. Лондонский смог был слишком грязным, вызывал приступы кашля. Иногда Розалинде казалось, что брату лучше было бы за городом или где-нибудь в окрестностях Средиземного моря, на чистом и теплом воздухе. К примеру, в Италии, где нет голубокровных и правит церковь. Джеку бы понравилось.

Розалинда вытащила из узкого жилета карманные часы. Задняя стенка представляла собой стеклянный пузырь, внутри которого крутились латунные шестеренки, а циферблат был украшен жемчугом. Луч газовой лампы попал на жемчужину, и та засияла.

— Десять. — И тут, будто в ответ на ее недовольство, раздался звон колокола на шпилях старой полусгоревшей церкви. Раз, два, три… Он гудел и гудел, прорываясь сквозь густой туман. — Я должна была пойти вместе с Ингрид.

Окуляр Джека зловеще блеснул в полумраке. Брат хрипло выдавил:

— Ты только что к нам вернулась. Я не отпущу тебя обратно к кровососам.

Розалинда не знала, что ответить. Если бы брат знал, почему она прибежала домой с заляпанными кровью юбками и дрожащими руками, он бы отправился прямиком убивать Линча. А так ей удалось выдумать историю о том, как ее задержал по пути домой какой-то неизвестный голубокровный.

Она впервые солгала старшему брату. Детство в трущобах сблизило их и заставило с подозрением относиться к миру. Они с Джеком годами прикрывали друг другу спины до того дня, когда она попалась на глаза Балфуру, когда очищала чьи-то карманы.

Он узнал в ней свою плоть и кровь, одного из трех детей, которых забрала у него любовница, когда нарушила контракт трэли и сбежала. Розалинда так никогда и не узнала причины поведения матери, хотя вполне могла догадаться. К тому времени ее родительница уже лежала в могиле, а они с Джеком делали все, чтобы выжить. Старший брат знал Розу от и до.

— Я в порядке, — заверила она. — Сама справлюсь.

— Точно? — Он открыл маленький медный фильтр на кожаной полумаске и сунул туда пальцы, чтобы согреть их дыханием. — Ты в последнее время очень рассеяна.

— Я беспокоюсь о Джереми.

— Правда? — Его вкрадчивый баритон привлек ее внимание.

— Ты о чем? Разумеется, я о нем беспокоюсь.

Джек медленно поднял руку в перчатке, убрал прядь волос с лица Розы и осторожно коснулся ее горла.

— У тебя на шее след от укуса. Такой обычно достается от любовника.

Розалинда затаила дыхание. Эту метку оставил Линч в купальне. Прикусил ее шею и оставил засос, о котором Роза совсем позабыла. Она отшатнулась от Джека и подняла воротник повыше.

— Прекрати.

— Ты встревожена. В последний раз ты такой была, когда тебе поручили шпионить за Натаниэлем.

Розалинда отвернулась, уставившись в узкий переулок. Но видела она не кирпичную стену, всю в бороздах и копоти, а лицо Нейта.

Глава лондонского движения гуманистов был необузданным олухом, который выступал на улицах за права людей и даже посмел заявиться в Башню из слоновой кости. Договорившись о встрече с ним, она обвела его вокруг пальца еще на стадии знакомства. Оставалось лишь снять сливки. Неделю спустя они поженились, и Розалинда стала миссис Натаниэль Хакер, змеей в его постели, которая докладывала обо всем Балфуру.

Да, Нейт был наивным, слепым мечтателем и все же лучшим из мужчин. За четыре месяца он растопил ее сердце и заставил сомневаться во всем, что Балфур ей говорил. Конечно, она скрывала свои мысли ото всех, кроме Джека. И постепенно все изменилось. Роза сообщала Балфуру ровно столько, чтобы не вызвать подозрений. И когда начала прислушиваться к речам Нейта, то поверила в них.

Роза металась меж двух огней. Она влюбилась в мужа, но к тому времени Балфур владел ее телом и душой целых восемь лет. Она убивала для него и шпионила. Была его маленьким соколом. И сделала бы для него все, что угодно.

За исключением убийства Натаниэля.

— Кто? — просто спросил Джек.

На глаза Розалинды навернулись слезы. Она покачала головой и резко отвернулась. Что бы брат подумал, узнай он, на какие мысли толкает ее сердце? Натаниэль был человеком, но Линч — голубокровный. Один из тех, кого больше всего опасается Джек.

— Линч? Он это сделал? Заставил тебя лечь с ним в постель? — яростно сыпал вопросами брат.

— Бога ради, как ты мог подумать, будто какой-то мужчина, голубокровный или нет, способен заставить меня сделать то, чего я не желаю?

Джек пристально вгляделся в нее, и Роза поняла свою ошибку.

— Значит, ты хотела с ним переспать?

Проведя рукой по лицу, она поискала глазами Ингрид.

— Он поможет мне найти Джереми. Мне просто надо его привлечь…

— Соблазнить голубокровного? Ты позволишь ему прикоснуться к тебе? Да у него руки по локоть в крови!

— Он не такой.

Джек помолчал.

— Ситуация с Натаниэлем повторяется.

— Нет. — Роза покачала головой. — Я любила мужа. Сейчас все совсем не так, но… Линч… Он совсем не похож на остальных. Пытается бороться со своей натурой.

— Не забывай, кто он такой.

— Я это знаю как никто.

— Ты о чем? — схватил ее за руку Джек.

— Ни о чем.

Роза сжала губы. Утром она зашла в Гильдию, чтобы узнать, пришел ли он в себя, но Линч никого не узнавал. Гаррет не дал ей с ним увидеться, уверяя, что командир только о ней и грезит.

Розу это напугало. Сперва она боялась, что Линч выпьет ее досуха, но ошиблась. Вместо этого демон заявил на нее права.

«Моя», — рычал он.

Можно было только представить ярость Линча, когда он узнает, что она его обманывала. И его боль. Розалинда судорожно сглотнула. Она знала, что сама попала в свою же липкую паутину лжи. Розе не хотелось обижать Линча. Он слишком хороший.