Чёрное сердце - Архелая Романова

Он прибыл в Дальние земли, подчиняясь приказу короля, который, как мы оба знаем, является родителем прекрасной Виринеи, жены твоего брата. И потребовал, чтобы мою мать выдали ему на блюдечке.

Арист отказался; Лорел была его единственной и любимой дочерью, больше нее он любил только меня, своего внука. Он предложил сделку: его молчание о настоящей краже мертвого камня в обмен на жизнь Лорел. Он умолял Кастера, предоставил ему доказательства о том, что она не может пользоваться силой…

Филипп резко замолчал, осекшись на половине фразы. Когда он заговорил вновь, я увидела тень ярости на его лице, а вокруг клубился темно-серый туман.

– Твой отец убил его. Убил моего деда, а после – мою мать, ворвавшись в замок и отыскав ее в одной из комнат. И уехал. Когда мы с моим отцом вернулись с охоты, то обнаружили два трупа и бабушку в безумном состоянии. Она рассказала нам все, что видела – и мой отец помчался вдогонку за злодеем, убившем его жену.

И не вернулся. Я больше никогда не видел его живым.

Я молчала. По моим щекам беспрерывным потоком струились слезы.

– Это твоя семья, Стела, – тихо проговорил Филипп. – Все это сделала твоя семья. Бабушка отдала меня на воспитание старой подруге, а сама осталась в замке. Не смогла покинуть место, где была так счастлива. Через неделю туда приехала леди Мойра с дружеским визитом. Она хотела выразить соболезнования. Через два дня после ее отъезда моя бабушка умерла во сне.

– Ты не можешь знать, что это сделала она, – бросила я. – Не можешь!

– Могу, – прошипел Филипп. – Я унаследовал силу своей матери. Я чувствую воздействие некромантов даже после гибели их жертвы. Мою бабушку, последнего члена семьи, убила Мойра. Всех моих родных убила твоя семья!

– Если ты хочешь мстить, то почему я еще жива? – крикнула я.

– Ты – другое дело, – почти нежно ответил Филипп. – Ты не воспитывалась ими. Не жила среди них. И ты – моя нареченная. Я не могу причинить тебе боль.

– Если… Если я так важна для тебя, откажись от этого, – попросила я. – Мы найдем другой путь, слышишь? Я могу… Могу воспользоваться своим положением. Могу попросить Рини помочь, чтобы все виновные понесли наказание в соответствии с законом…

– Ты что, не слышишь? – рявкнул Филипп. – Это отец твоей Рини отдал приказ! Сам король! А твой отец выступил в роли палача! О каком правосудии ты говоришь? О каком?!

– Не делай этого, – покачала я головой, рыдая, – не надо. Прошу тебя… Месть не вернет твоих родных. И Рини, и Энтони ни в чем не виноваты. Не трогай хотя бы их…

– Я хочу, чтобы она страдала, – оскалился Филипп. На небе сверкнула молния, туман вокруг стал настолько густым, что я не видела ничего.

Хлынул дождь. Крупные капли забарабанили по моему телу, больно ударяя по местам ожогов и свежим ранкам.

Филипп направил на меня руку, намереваясь вытолкнуть меня обратно.

– Нет! – закричала я, вскакивая на ноги.

– И она будет страдать, – торжественно сказал он. – До самой смерти. А я буду тому свидетелем.

Глава 18

Оказавшись в номере гостиницы, я вскочила с постели, стряхивая капли дождя с рубашки. Ноги мгновенно подкосились от слабости – зашатавшись, я ухватилась за один из столбиков кровати, и сползла вниз, на пол.

Меня трясло от пережитых эмоций, от душевной боли, которую я испытала, слушая Филиппа. Было невыносимо больно – от испорченных судеб его родных, от наших с ним жизней, которые оказались поломаны по чьей-то воле.

Дверь в номер без предупреждения распахнулась. Встревоженный Марек, появившийся в проеме, быстро оценил ситуацию и бросился ко мне, помогая встать.

– Стела, о Боги, что случилось? Ты пыталась встать? Тебе нужно отдыхать, – сбивчиво заговорил он и осекся. Замолчал, а после тихо и недоуменно спросил:

– Почему ты вся мокрая? На улице нет дождя.

Вместо ответа я всхлипнула, вцепившись в его рубашку.

– Марек, пожалуйста… Ты должен мне помочь.

– Тихо, тихо, Стела. Я помогу, только присядь.

Усадив меня на кровать, Марек заботливо накинул на мои плечи одеяло, и завернул, словно бабочку в кокон.

– Что произошло? Ты вся дрожишь.

– Это неважно. Послушай…

– Нет, Стела, – нахмурившись, твердо сказал Крассен. – Я обещаю помочь тебе, но при условии, что ты все мне расскажешь. Все, слышишь? Ни капли не утаишь.

Я покачала головой. Как я могла рассказать такое? О моей семье, о Филиппе… За последнее мне не было стыдно, но не хотелось причинять боль Мареку.

Впрочем, он и сам обо всем догадался.

– Это связано с тем мужчиной, да?

Я кивнула.

– Он обидел тебя? Он что, был здесь?

Марек быстро осмотрел комнату. Я поймала его руку, с мольбой прошептала:

– Марек, не надо. Его здесь нет, и не было.

– Тогда в чем дело, Стела?

Он сжал мою ладонь так крепко, что я поморщилась. Собравшись с духом, почти не веря в то, что я собираюсь сказать, я произнесла:

– Мне нужно оказаться в замке Рогорн.

– Рогорн? Это же твой родовой замок. И он довольно далеко от Стиуза.  Добираться дня два, не меньше…

Марек сморщил лоб, и устало добавил:

– Можем выехать завтра, если ты так хочешь.

– Нет, – я отрицательно мотнула головой. – Мне нужно быть там прямо сейчас.

– Прямо сейчас? Стела, это невозможно! Только…

Марек с изумлением уставился на меня. Я опустила взгляд, затем решительно сбросила одеяло и принялась одеваться.

– Нет, Стела, – возвысил он голос. – Даже не думай! Магией телепортации владеют только опытные и сильные некроманты!

– Я сильная.

– Требуются годы, чтобы научиться этому! И без разницы, с каким количеством силы ты был рожден.

– Мы можем попробовать.

– Нет, и еще раз нет! Боги, зачем тебе это? Даже если у тебя получится, ты не сможешь переместиться в Рогорн! Слишком большое расстояние.

– Но я смогу сократить путь, если перемещусь от Стиуза в Торх, а оттуда – в Мейдо.

– Ты используешь всю свою силу при первой же телепортации. На вторую не хватит.

– Знаю. Именно поэтому я и прошу тебя помочь.

Я села на кровать и нервно затеребила край одеяла, все еще избегая смотреть Мареку в глаза. То, о чем я просила, считалось недозволительным. Делиться магией Смерти можно было только с очень близким человеком: братом, отцом, сестрой или… Супругом. Даже просить о таком считалось постыдным, и Марек имел все основания мне отказать.

Более того,