Загадки академии темных сердец (СИ) - Пожарская Анна

Заставил себя одеться, натянул улыбку — разнюниваться нельзя хотя бы из-за родителей — позавтракал и в компании старших Магреев отправился выслушать о своей участи. По дороге отец и мать молчали, только держались за руки. Зилант лишь вздыхал: всегда вели себя так перед важными событиями, будто тишиной пытались склонить удачу на свою сторону.

В небольшом душном зале, где должны были огласить вердикт, уже сидели Лара и Мад. Лисица положила голову однокурснику на плечо, а тот, что-то нашептывая, гладил ее по рыжим растрепанным волосам. Зилант удивился: вот уж не ожидал, что злой и насмешливый Мад окажется настолько хорошим другом. Хотя, возможно, ларчик открывался просто: староста нравилась ему. Пока был жив Панту, Мад соблюдал кодекс мужской дружбы и не ухаживал за ней, теперь же Лара осталась одна и глупо было упускать такую возможность.

Сел на стул рядом. Родители устроились за спиной. Тишина в комнате нарушалась лишь невнятным шепотом Мада:

— Рыжих принцесс не бывает, — добродушно шуршал он, глубже закапывая пальцы в шевелюре однокурскницы. — Только королевы.

Задевая по пути стулья, вломился корреспондент городской газеты в сопровождении мага-фотографа. Магрей поморщился: обещали не создавать лишней шумихи и даже запретили посторонних, но все равно пустили этих… На все готовы из-за денег. Сделал глубокий вдох, успокаиваясь. Сейчас бумагомаратели не главное.

С другой стороны в зал вошли трое и уселись за столом напротив. Мать положила Зиланту руку на плечо, и тот не задумываясь чмокнул ее в запястье. Хотелось, чтобы родительница волновалась поменьше.

Главный хранитель договора, Фанд Туллер, открыл папку и начал речь. Будто издеваясь, принялся подробно и нудно пересказывать обстоятельства дела. Как хороший обвинитель, ни разу не солгав, а только расставляя акценты в нужных местах, он выворачивал события таким образом, что у Зиланта непроизвольно сжимались кулаки от злости. Поначалу Магрей еще вслушивался, пытаясь придумать хоть какие-то возражения, но потом махнул рукой. Похоже, дело бесполезное. У хранителей есть свое мнение, и они считают его единственно правильным.

Мать впилась пальцами в плечо, Зилант снова чмокнул ее запястье, но в этот раз не помогло — хватка не ослабла. Наконец, Фанд Туллер набрал в легкие побольше воздуха и торжественно возвестил:

— Руководствуясь договором между магами и безмагическим обществом, учитывая все обстоятельства дела, совет хранителей постановил: назначить и Билар Нуини, и Зиланту Магрею в качестве наказания ношение адастрового браслета сроком на два года. Совет считает нужным предупредить, что в случае возникновения дальнейших нарушений мы будем вынуждены руководствоваться более строгими дисциплинарными принципами.

Зилант почувствовал, как сердце запрыгало белкой в груди. Он знал, что не сделал ничего ужасного, но поверить не мог, что все закончилось так благополучно!

— Зил, — еле слышно поинтересовалась мать. Она, видимо, хотела порадоваться, но побаивалась. Уж слишком все противоречило тому, что наговорили знающие люди. — Адастровый браслет — это что?

— Он полностью блокирует магические силы, — прошептал Магрей. — Болезненно, но не смертельно.

Промолчал, что временами отсутствие магии мучает хуже ударов плетьми. К чему лишние подробности, если Нориаль и так милостивее некуда? Ухмыльнулся. Вот теперь можно заняться Мерой. Его Мерой. Однажды он уже упустил эту женщину, и второго раза не будет. Он не даст созвучной уйти. Еще раз поцеловал запястье матери, довольно кивнул отцу, поднялся с места и подошел к Билар. Обнялись, и Зилант, подмигнув, поинтересовался вполголоса:

— Нуини, могу ли я попросить вас об одолжении?

— Конечно, профессор, — с готовностью откликнулась староста. Ее, похоже, тоже обрадовал приговор, и лисица, как предвкушающий прогулку щенок, с трудом оставалась на месте.

Подоспевшие хранители принесли браслеты, и пришлось прервать диалог. Зилант вздохнул было, но потом махнул рукой. Ничего, договорится с ней чуть позже.

***

Мера остановилась напротив лавки горшечника. Той самой, с глиняным кувшином на вывеске. Втянула носом запах жженого сахара. Прикрыла глаза, вспоминая, как катались тут с Зилантом на карусели. С тех пор на улице потеплело. Весна готовилась отдать бразды правления лету. Созвучная улыбнулась. Может, отправить все в бездну, и после прогулки с Лияртом заглянуть в академию? Узнать, как дела у Лео.

Волнение за темных сердец давно вытеснило обиду — до последнего было неясно, согласятся ли хранители на ее условия, — и сейчас созвучная отчетливо ощущала, что скучает по бывшему любовнику. Хотелось снова услышать, как он подшучивает над ее актерским талантом или рассказывает о камнях. Обнять и осторожно коснуться губами губ. Покачала головой. Приговор вынесли вчера, и Магрей наверняка празднует его с семьей и друзьями, зачем навязываться? Желал бы видеть — уже бы зашел в гости. Благо дом родителей Зиланта не так далеко от ее, топать не больше часа. К тому же вечером должна приехать Лара. Если, конечно, от радости не забыла о ее приглашении на ужин.

— Помечтаете позже, — проворчал Лиярт. — Показывайте, где книга.

Мера окинула взглядом сопровождающих ее людей. Даже когда она была с принцем, рядом с ней не крутилось столько народу. Хмыкнула. Знала бы наверняка, где артефакт, непременно рассказала бы. А так одни догадки да неосторожно оброненная Ларой фраза о Великой книге и безысходности. Вздохнула, стараясь отогнать заползавший в душу страх: в прошлый раз безразличие нападало именно около этой лавки.

— Тут, — созвучная указала на прилавок. И выпалила первое, что пришло в голову. — Мне кажется, она в тумбочке с готовыми горшками.

— Кажется? — нахмурился Лиярт.

— Апатия охватывала именно здесь, — невозмутимо пояснила Мера, — но саму книгу я не видела.

— Если вы блефовали, мало не покажется, — прошипел Туллер, давая знак сопровождающим мужчинам. — С вашими приятелями уже не переиграешь, но с вами мы найдем способы.

— Погодите вы угрожать… — отмахнулась Мера, — Во-первых, я не маг и под вашу власть никак попасть не могу, а во-вторых, я не собиралась водить вас за нос. У нас честная сделка.

— Сейчас посмотрим, — ухмыльнулся Лиярт.

Направившиеся к лавке мужчины оттеснили горшечника и буквально нырнули в тумбу под прилавком. Осторожно, один за другим, вынули все горшки. Осмотрели шкаф изнутри.

— Тут ничего нет! — крикнул один из них Туллеру, и тот строго посмотрел на Меру.

Созвучная покачала головой и пожала плечами. По спине пробежал холодок, и теплый ветер показался вдруг ледяным. Что, если она и впрямь ошиблась? И апатия охватывала просто так, а не из-за книги. Тогда точно придется просить помощи принца! Ухмыльнулась. Тей откажет из вредности: просто сошлется на запрет короля.

— Ищите лучше, — прорычал Лиярт, и мужчины снова ринулись в бой.

— Ничего! — повторили через несколько минут.

Туллер покачал головой и направился в лавку. Мера последовала за ним. Перепуганный горшечник окинул затравленным взглядом странных господ, но ничего не сказал. Мера заметила небольшой ящик, будто из-под вина. Вероятно, лавочник сидел на нем, когда рядом не было покупателей. Главный хранитель тоже обратил на ящик внимание.

— Скажите, милейший, что внутри вашей табуретки? — покровительственно поинтересовался он. Подоспевший Лиярт протянул горшечнику значок.

— Понятия не имею, — пожал плечами еще больше оробевший мужчина. И тут же поспешил объясниться. — Паренек принес месяца полтора назад, дал денег, попросил сохранить. Обещал прийти за ним в начале осени.

Мере показалось, что в глазах Лиярта сверкнул шальной огонек. Кто-то из подручных протянул патрону ломик, и он собственноручно сорвал с ящика крышку. Вытащил кипу бумажных рисунков — большую стопку портретов Лары в разных ракурсах. И заглянул внутрь. У Меры язык прилип к небу. Показалось, время замедлилось, и все вокруг будто остановилось. Еле сдержалась, чтобы не спросить начальника: что там?